Кира Сафина – Двое (страница 2)

   Завязала края футболки в узел, чтобы она не опустилась на ожог. Пошла пастись по грядкам. Мы живем на Урале, лето здесь очень короткое, а зимы длинные, холодные и затяжные. Наша земля не плодородна, но, все же что-то вырастить за это лето мы успеваем. Ирга. Плодоносный кустарник с изобилием сочных, ярко-фиолетовых ягод. Отец обещал его срубить, потому-что ему много лет, и он уже больше походит на небольшое дерево, лишь мое пристрастие к этим ягодам, пока спасает ему жизнь. Самое главное на них не наступать, иначе обувь после не отмыть. Так и будешь ходить с фиолетовыми пятнами, пока нога не вырастет из этой обуви.

   Эти ягоды был мой завтрак и обед. По дороге к домику закусила все укропчиком. Взглянула на свой живот, боль уже совсем прошла, опустила футболку, довольно потерла руки.

   Выключила печку, осмотрелась по сторонам, все было заляпано жиром. Немного покопалась в шкафу, нашла старый носок и принялась им оттирать стены и стол, заметая следы своего присутствия на даче.

   Куриные ножки выглядели весьма аппетитно, я облизала пересохшие губы, но не разрешила себе оторвать даже маленький кусочек. Аккуратно сложила курицу в пакет. Взгляд упал на сковородку – это самая главная улика, как же ее отмыть в холодной воде? На улице стоял накопитель с водой, открыла кран, подставила сковороду под струю. Затем намылила губку мылом и начала тщательно оттирать дно. Пальцы заледенели от холодной воды, но я с усердием продолжала тереть, пытаясь устранить остатки жира.

   Вскоре мой труд увенчался успехом. Вернулась в домик, окинула комнату взором, убеждаясь, что ничего не выдает моего присутствия здесь. Закрыла дверь, положила ключ под коврик.

   Впереди долгий путь до парка. Мчусь, сломя голову, мне нужно успеть. Ровно в три часа один мужчина, которого накануне выписали из больницы, остался на улице. Ему было некуда идти, хотелось кушать, а мне хотелось ему помочь. Что может сделать двенадцатилетний ребенок? Я могла отдать ему только свой ужин, но придумала гораздо лучший вариант. Ведь найти оправдание для матери, почему моя тарелка осталась полной, было не в моей власти. Пришлось схитрить, надеюсь, что мой маленький обман, никто не сможет раскрыть.

   Большой сквер, усаженный березами, я так люблю эту часть города. Здесь тихо и спокойно, никто не отвлекает от мыслей. Люди спешат по своим делам, обходя стороной это чудесное место. Здесь так много скамеек, но они всегда были пустыми. Быть может поздним вечером они заполнялись, но мне ни разу не довелось это увидеть. Темнеет у нас очень рано, а дорога домой занимает долгих четыре километра. Родители всегда коротали свои вечера перед экраном телевизора, просматривая очередную серию бразильского сериала. Меня пускали в комнату, только, когда начиналась программа «Спокойной ночи» малыши. Такой короткий, но самый любимый период, который вовлекал меня в мир другой реальности. Я знала, что она не существует и все это проекция чей-то фантазии. И как же мне нравилось, хоть на такое короткое время становиться зрителем этих сюжетов. После начинались новости, а мне всегда было велено идти спать. Так проходил каждый мой вечер. Я слышала, как за окном, кто-то громко хохочет, но я не могла встать и посмотреть. Любой шорох из моей комнаты сопровождался бурным недовольством матери. Я всегда старалась избегать любого контакта с этой женщиной. Молчание в нашей семье был признаком стабильности и гармонии. Зачем ее нарушать?

– Извините, вы не подскажите сколько сейчас времени? – я обратилась к мужчине, быстро шагающему по скверу. Он был недоволен, что его внимание привлёк маленький ребенок.

– Половина четвертого. – буркнул прохожий и помчался дальше.

   Я сокрушенно села на скамью. Неужели опоздала? Озираюсь по сторонам. Никого. Я полна разочарования, во мне чувство, что я подвела голодного человека. Болтаю ножками, крепко сжимая пакет с курицей в своих руках. Время шло, но я не двигалась с места, ожидая, что мужчина обязательно скоро появится.

   Начинает смеркаться, у меня больше нет возможности ждать. Аккуратно положила пакет на скамейку, осмотрелась еще раз, по-прежнему никого. Разочарованно побрела в сторону дома.

   У входа понимаю, что на моих плечах нет школьного рюкзака. С досадой стучусь, тайно надеясь, что родители ничего не заметят. Дверь распахнулась, мать хватает меня за шиворот и с силой затаскивает на кухню. За столом сидит отец, укоризненно смотрит на меня. Я опускаю глаза, как нашкодивший котенок.

– Эмма. Почему ты прогуляла школу?

   Я обреченно выдыхаю. Не знаю, что ему сказать.

– Эмма. Я задал тебе вопрос. – его голос звучит очень грозно. Внутри меня все сжимается от страха. Есть у него кожаный, армейский ремень, которым он постоянно меня пугает. Он ни разу им не воспользовался, а что, если сейчас настал тот самый момент?

   Мать дает мне подзатыльник и громко кричит.

– Где ты болталась, маленькая дрянь?

– Я? – чуть слышно шепчу себе под нос.

– Ты. – отец тоже переходит на крик.

– Я хотела накормить в парке голодного мужчину.

– Что? – он с недоумением встает, опираясь большими кулаками о стол.

– Вчера встретила человека, который хотел кушать. Сегодня отнесла ему свежий хлеб. – не стала рассказывать им о своем дачном приключении, чтобы не усугублять из без того болезненную ситуацию.

– Где ты взяла деньги?

– Подруга дала. – от произнесенной лжи, мои щеки налились багровым цветом, еще немного и разрыдаюсь.

   Мать хватает меня за футболку и начинает трясти.

– Отец взгляни на нее! Мы из кожи вон лезем, чтобы дать ей все самое лучшее, чтобы она ни в чем не нуждалась. А, она бродит по улицам и бомжей кормит, прогуливая школу!

– Нина, отпусти ребенка, последние мозги из нее вытрясешь. – мать отпускает меня, но все же награждает очередным подзатыльником. Я молча тру голову, и обреченно поглядываю на отца. Вижу жалость в его глазах, это меня успокаивает.

– Эмма, – он громко выдыхает, садится на стул, – Дорогая, я много работаю, часто не бываю дома, все что я хочу и все, что я прошу от тебя – это хорошо учиться.

– Хорошо, папочка. – смотрю себе под ноги, с трудом проглатывая наступающие слезы.

– Ты поняла меня?

– Я не подведу тебя.

– Неделя домашнего ареста. Из школы сразу домой, хватит бродить по улицам.

– Хорошо папочка.

2 Глава. Аслан.

   Пять утра, еще нет солнца, на небе виднеются звезды, они заглядывают через перекошенное окно моей комнаты. Я скинул с себя одеяло, пропитанное влагой, оно совсем не согревает. Озяб. Быстро встаю, потираю руки, пытаясь хоть немного согреться. Натянул свитер, зашнуровал старые, ботинки, они были на два размера больше, чем моя нога. Выскочил на улицу, мой друг уже ждал, недовольно посвистывая себе под нос.

– Аслан, ты, что так долго? – Али бросил бычок в траву и нервно притоптал его ногой.

– Проспал.

– Пошли, нам нельзя терять время.

   Мы вышли на дорогу, немного прошли вперед и сразу свернули на тропу, ведущую в темный лес, по скалистым обрывам, мы должны взобраться до самой вершины. Там дальше будет хорошая дорога, что значительно облегчит наш долгий путь.

Карабкаемся наверх, цепляясь за ветви деревьев, колючки от кустов, иногда впиваются в руки, но ты настолько увлечен процессом, что не обращаешь на это никакого внимания. Когда закончим нашу миссию, возьму иглу и достану занозы, а пока не имею права себя жалеть.

   К рассвету мы вышли на ровную дорогу. Во рту все пересохло. Срываю немного земляники, чтобы утолить голод. Утром мать вернется с ночной смены, должна принести хоть немного еды, если это конечно удастся. На пропускном пункте, строгий контроль. Иногда нам улыбается удача и в гостинице, где она работает, проводят банкет. Тогда мы устраиваем настоящий праздник живота. Это такая редкость, поэтому запоминается надолго. Заснуть с чувством набитого желудка, пока единственная моя мечта в этой жизни. Я так устал быть нищим. Но, скоро все закончится, я поступил в морскую академию. Смогу получить престижное образование, а после солидный заработок. А пока мы с ребятами используем все возможности, чтобы хоть немного выручить денег и купить свежего хлеба. Но, это мой последний поход, а дальше я сделаю все, чтобы прорвать блокаду нищеты, сложившуюся временем. Я простой человек, с легкостью принимаю все, что есть и в любой ситуации смогу найти выход. Даже находясь в таком бедственном положении, как сейчас, я смело могу заверить, что счастлив. Лес стал моим вторым домом, ведь я вырос здесь. Мне известна каждая тропа, каждый ручеек, а могучие хвойные деревья не раз становились моей ночной обителью.

   Проверил карман брюк. Мешки на месте, скоро мы в них соберем зеленый чай, он уже созрел на широких плантациях моей родины. Там я научился быть тихим. Мы падали на землю, ползи пластуном к плантациям, а затем затаившись, срывали листы, но так, чтобы ни один куст не шелохнулся. Это целое искусство, постичь которое меня заставил голод. Было важно остаться незамеченными, все поле было под контролем стражников, они были владыками этих земель. А, мы нищеброды, жаждущие урвать хоть какие-то крохи.

   Спустя десять километров, мы добрались до места. Заветная цель уже совсем близко. Поднимаю голову вверх, надо мной кружит орел, издавая прерывистый клекот. Провожаю взглядом его бесшумный полет. Мысленно собираюсь с силами, а затем падаю на землю, плотно вжимаясь в поверхность, начинаю ползти. Трава щекочет мое лицо, пытаюсь ее смахнуть, изящно изворачиваясь, так, чтобы пыль не вздымалась надо мной.