Кира Райт – Отбор невест для ледяного принца (страница 28)

Хотя понимаю, что правитель, вероятно, решил проучить сына. Но очевидно же, что сильно долго это не продлится. И тогда он с радостью вернётся обратно. К своему положению, роскоши и… гарему…

Но на моё замечание принц нахмурился:

— Ты решила, что он меня прогнал?

Я развернулась к нему:

— Разве нет?

— Это я отказался…

— Что⁈ — выдохнула.

— Он сказал, что лишит меня прав наследника, мы поругались. Позже за то, чтобы остаться во дворце, отец потребовал жениться на той, кого он мне выбрал. Я ответил, что женюсь только на тебе. И когда он отказался требовать тебя обратно у короля Севера, я отрёкся от всего сам. Связался с сестрой, уговорил рассказать мне, где ты. Правда, обещал отправить гонца с письмом и подарком… соврал. И пришёл сам. Только не подумал, что за пределами дворца никто меня не знает и помогать мне не будет. Пришлось расплачиваться тем, что было на мне из драгоценностей. Теперь понимаю, что зря не взял то, на что всё же имею право. Потому что нам нужно будет где-то жить и…

— Ты из-за меня отказался? — перебила, не веря в услышанное.

— Я много думал. Когда ты исчезла, весь смысл пропал вместе с тобой. Зачем так жить, когда тошнит от тех, кто окружает? Когда больше не радует ни роскошь вокруг, ни слуги. Мне хотелось хотя бы поругаться с тобой, но чтобы ты была где-то рядом. Даже желание занять трон оказалось не таким уж и сильным. И когда я это понял, стало вдруг так легко. Показалось, что всё ясно и логично — мне просто нужна ты. А не всё остальное. Только когда уже шёл пешком, сообразил и ужаснулся тому, что возможно я-то тебе не нужен. И когда ты оттолкнула меня…

— Ты не рассказал мне этого всего. Раньше требовал стать твоей наложницей. А тут раз — и начал целовать. Что мне надо было думать?

— То, что ты подумала в итоге… — принц нахмурился.

После моих слов о любви, он крепко обнял меня у порога. Но сам так их и не произнёс.

Ну ничего… Признания — не главное. Главное он говорил мне сейчас: пытаясь научиться растапливать печь, внимательно меня слушая и рассказав, что истинная причина его появления здесь — не то, что вспылил его отец, а желание быть со мной рядом, ну и конечно его планы по поводу «нашей» жизни.

Моя ладонь коснулась его щеки, ласково поглаживая. И принц, как домашний кот, потёрся о неё сам. Я видела, что он не лжёт, что правда всё это планирует со мной и чувствует сейчас. Но ведь нельзя было забывать о другом.

— А когда твой отец всё же придёт за тобой?

— Он не придёт.

— Адэр… А если придёт? Что тогда будет со мной? — вгляделась в его глаза.

Разрешить себе любить его открыто — опасно. Он же в любой момент может меня бросить, оставив лишь разбитое сердце и испачканную гордость…

— Ты — моя. Всегда была. Смотри… — он взял в свою другую мою ладонь.

Снежинки с неё послушно «впитались» в его кожу.

— Что это значит?

Мы говорили полушёпотом. Вокруг замка бушевала метель, засыпая его сугробами и ударяя ледяным ветром по стеклам окон. В камине тихо трещали дрова. На кухне остывал приготовленный мною раньше бульон. А я бы вечно сидела тут, на ковре, рядом с ним…

— Моя магия признала тебя. Не столько сама по себе, сколько… Она раньше меня осознала мои чувства. И так как я сам их не видел, видимо, решила подать мне знак. Но в это время отец отправил меня к сиренам, и там, под водой, я не сразу понял, что что-то не так. Только когда увидел снежинки на полу в твоей комнате…

— Ты же можешь забрать её обратно?

Хотя пока он тут, мне не было так уж холодно. Но всё время летающие вокруг снежинки несколько нервировали.

— Я не могу заставить её. Не могу объяснить как человеку, что всё понял и пора возвращаться. Остаётся надеяться, что когда я рядом, она поймёт это сама. И вернётся.

— Или заморозит меня, — вздохнула.

— Пока я рядом, не заморозит. Уверен, она это не специально. Просто магия находится обычно внутри меня, поэтому я не чувствую её холода. А ты не можешь ею пользоваться, вот она и липнет снаружи. Меня не зря называли ледяным… Моя магия — это ледяная сила. Я не могу создавать что-то ею, только замораживать, разрушать…

— Неправда, — возразила. — Твои снежинки — очень красивые. Уверена, ты просто не пробовал создать из них нечто прекрасное.

— Я… правда не пробовал… — принц задумался на мгновение, а потом легко взмахнул рукой.

И я ощутила, как на мою голову что-то опустилось. Вскочив с места, бросилась к зеркалу. На моих светящихся волосах красовался искусный ледяной венок. На ощупь он был комнатной температуры.

— Не растает? — спросила, заворожённая этой невероятной красотой.

— Нет, — принц подошёл сзади и обнял меня со спины. — Ты очень красивая…

Мои щёки подрумянились. Приятно.

— А говорил, ничего не можешь создать, — улыбнулась. — За такую прелесть придворные дамы продали бы душу.

Повернулась к зеркалу в пол-оборота, любуясь. Действительно просто волшебно вышло.

— Правда? — оживился принц, и я рассмеялась, откинувшись головой на его грудь.

Уж если он на чём зациклился, то всё ведь. Теперь пока не найдёт способ заработать «нам» на жизнь, не успокоится…

— Сейчас я могу тебя поцеловать? — развернул вдруг меня к себе за плечи.

Улыбка исчезла с моих губ.

Разрешить? А если я права, и его отец предложит ему вернуться, поставив условие оставить меня тут? Разве он не согласится? И что тогда будет со мной? Уж не говорю о том, что вряд ли на моей репутации хорошо отразится нахождение с мужниной наедине в закрытом замке. И как я смогу жить потом, если поверю в то, что могут быть какие-то «мы», а потом окажется, что это лишь фантазии?

— Алита? — принц послушно ждал вердикта, не отводя от меня серьёзного взгляда ни на мгновение. Словно это не просто ответ на вопрос о поцелуе, а нечто куда более важное…

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, я решилась и быстро кивнула, пока сама не передумала. Поверю последний раз только… Позволю себе довериться. А если всё окажется ложью, то как-нибудь справлюсь… Наверное.

Глава 16

Мы лежали в обнимку на разложенном диване у камина. До кухни так и не дошли.

После того, как я дала согласие, вот уже несколько часов только и целовались, прерываясь иногда, чтобы отдышаться. И как же это было приятно!

Всё тело покалывало от новых ощущений. Губы горели. В груди бешено колотилось сердце. Подушечками пальцев, которые тоже кололо от нежности к нему, я проводила по его плечам, с удовольствием наблюдая, как напрягаются под кожей мышцы…

— Никогда тебя не отпущу. Моя только, — принц уткнулся носом в мою шею, периодически её целуя.

Его сильные пальцы то сжимали мою талию, то нежно поглаживали по спине, а потом поднимались вверх и сжимали волосы, чуть оттягивая голову назад, чтобы ему было удобнее целовать. Я поддавалась всему, что он делал. Впитывала в себя эти мгновения, совершенно забыв и о правилах приличия, и о невыполненных домашних заданиях учителя.

Хотелось только прижаться к нему сильнее. Ещё крепче обнять. Забраться под кожу, в самое сердце, чтобы оттуда он меня точно не прогнал потом…

В какой-то момент я случайно коснулась губами его лба, и тут же остановила новую порцию ласк, прижавшись снова.

— Да ты горишь весь! — попыталась встать.

— Неважно, — уложил он меня обратно.

— Важно! — возразила решительно. — Ну же. Пусти. Тебе нужно питаться нормально и много пить. А ты… то есть мы занимаемся непонятно чем.

— Я не против заняться чем-то более понятным, — усмехнулся принц.

Спрятав смущённый взгляд, я легонько толкнула его в плечо. Только о своём и думает…

— Лежи. Я сейчас принесу всё, — выбралась из его рук, напоследок поцеловав всё же в губы коротко, и убежала на кухню подогревать еду и отвар.

Руки дрожали от волнения. Слишком смело я поступала сейчас, позволяя всё это себе и ему. Если об этом станет известно, будет ужасно. Но как можно ему отказать? Когда он смотрит так, что дух захватывает. Когда говорит это всё…

Так и тянуло глупо улыбаться.

Сам ледяной принц тут со мной. Тот самый надменный и холодный, сейчас такой ласковый и внимательный… И всё время говорит о будущем со мной. Правда, я не решалась спросить, что с его гаремом, если он отказался от наследования трона. Пусть он так и не женился на той выскочке, что приходила ко мне разбираться, но наложниц-то куда? Боялась услышать, что гарем всё ещё существует. Потому что после сегодняшнего дня даже мысль делить его с кем-то причиняла боль.

— Ну куда ты пропала? — вырос он на пороге кухни, жадно меня оглядывая.

Голос всё ещё был хриплым. Да и простуда явно не прошла. Хорошо, что у меня крепкий иммунитет, иначе после такого тесного контакта точно заразилась…

— Я бы принесла, — обернулась, выкладывая на стол приборы.

— Я и сам дойду, не растаю, — принц не отводил своих глубоких глаз, отслеживая каждое моё движение.