Кира Полынь – Царевна для Ворона (страница 24)

— Благодарю вас, господин! Благодарю!

Стоило старику скрыться, как я обернулась к мужу, заинтересовавшемуся моим вопросительным взглядом.

— Почему просто не отдал? Проверял на вшивость. — Пояснил он. — Откажись этот бедняк делиться, не получил бы ничего.

— Умно.

— Хвалишь? — красивые губы разрезала коварная улыбка. — Даже дышать по-другому стала. Твоя добродетель получает возбуждение от добрых дел, дорогая супруга?

Мне оставалось лишь согласно кивнуть.

— Тогда я надеюсь на награду сегодняшней ночью, ведь добрых дел я планировал совершить немало. Ну же, хоть улыбнись, Альба! Неужели не занятна игра в добряка? Я надеялся, ты оценишь.

— Я ценю, мой господин. И запоминаю.

Следующей стала молодая девушка в заштопанном, перешитым по нескольким меркам сарафане и с пыльным платком на голове. Цвет волос я разглядеть не сумела, но огненно-рыжие брови и раскосые зеленые глаза сообщали, что девушка пользуется интересом у мужчин.

— Господин, — мягко поклонившись, просящая даже не взглянула в мою сторону, чем заставила Ворона ухмыльнуться. — Я хотела просить вас о работе. Моей матушке с каждым днем все тяжелее, болезнь берет свое, и я готова на любую работу, лишь бы поднять ее на ноги.

— Любую? — игриво уточнил мой муж.

— Любую.

Кокетливо качнув пышной грудью, мерзавка задрала нос, ощутив свое выигрышное положение. Только вот мне стало несколько дурно от ее опрометчивой глупости.

Никогда не соглашайся с Вороном. Не обещай ему себя с головы до ног — останешься без тела, все сожрет и не подавится.

— Моим конюшим давно не хватает женского тела. Будешь удовлетворять их — плачу три золотых за каждый раз. На такую работу ты согласна?

Красивое девичье лицо перекосило. Щеки раскраснелись, будто от пощечины, и в глазах поднялась мутноватая пелена.

Да, глупая, это явно не то, на что ты надеялась.

— Но, господин…

— Да или нет?

— Я девственница, — рухнув на мостовую, девушка сразу же сменила тактику, притворно скрываясь за маской невинности.

— Да или нет?

Хлюпая носом, девчонка согласно закачала головой. Мелко вздрагивая, она едва сдерживала грудной рев, пытаясь взять себя в руки и распрямить спину.

— Хорошо. Иди в замок и проси Верону. Ей требовалась помощница-кухарка. Если устроишь ее — можешь работать.

Ошарашенный мокрый взгляд был таким пронзительным, что у меня невольно закололо в носу. Дрожащими губами девушка выдавила «спасибо» и, не поворачиваясь спиной, удалилась.

— А в чем заключалась эта проверка?

Ворон лишь хмыкнул.

Глава 33

— Она готова была пойти на это ради того, чтобы вылечить мать. Да, девчонка с характером, но Верона быстро вправит ей мозги и поставит на место.

Невольное уважение к его подходу меня не покоробило.

В конце концов, он действительно дал ей шанс честным трудом заработать монеты, что в этом плохого? Даже сама проверка, довольно бездушная и бесчеловечная, принесла плоды, возвращая девушку с небес на землю.

— Следующий!

Две женщины приблизились к нам, гневно сверкая глазами друг на друга. Одна была полненькой, с редкими волосами, расписанными седыми нитками, а другая обнимала себя за тощие плечи, обиженно поджимая губы.

— Что у вас для меня?

— Господин! — воскликнула полненькая. — Эта мерзавка обвиняет меня в воровстве! Распускает слухи, что я украла у нее теленка!

— Врет? — равнодушно спросил Ворон.

— Врет! Ничего я не крала. Это моя телка отелилась да померла, оставив приплод.

— А ты что скажешь?

Женщина, чей вид был слегка болезненным, потупила взгляд, но, взяв себя в руки, тихо и разборчиво произнесла:

— Телка ее сдохла потому, что черным зерном отравилась. И не была она стельной! Это мой брат привел теленка, корове не хватало молока, чтобы его выкормить. Умирал теленок, понимаете? Хворой был да косоногий, я его выходила, выкормила, последнее отдавала.

— И что вы от меня хотите? Еще по теленку? — усмехнулся мой муж.

— Рассудите, господин. Честным судом.

— Раз просите… — на мгновение задумавшись, мужчина свел брови к переносице. — Зарубите теленка и поделите пополам.

— Согласна!

— Нет! — изможденная женщина рухнула на колени, склоняя голову. — Пусть забирает его, только не убивайте! Пусть забирает!

Глядя на женское отчаянье, Ворон поднялся со своего места и неспешно подошел к женщине. Запрокинув голову, она смотрела на него заплаканными глазищами, огромными, как два блюдца, и очень уставшими.

— Теленок твой. Сейчас же иди и забери его под свой кров, — холодно сказал Ворон. — Стража тебе поможет. А ты, — обратился он к пухленькой, которая от ужаса вжала голову в плечи, — должна знать — я ненавижу, когда мне врут.

— Господин, я не…

— Ты украла чужую скотину и присвоила ее себе. Ты пыталась обмануть меня, лгала, глядя в глаза. Какое наказание ты для себя изберешь: пятьдесят ударов плетьми или дорога позора?

Я видела этот момент, когда ее уверенность треснула, как разбитое зеркало.

Нет, Ворона невозможно обмануть, он знает, как вытащить истину наружу, знает, как раздвинуть ребра, чтобы достать до самого нутра и выяснить правду.

— Дорога.

— Стража! На позорный столб ее, и сто ударов плетью. Пусть подыхает прикованная. Пятьдесят ударов тому, кто попытается ей помочь и решит проявить милость, сняв воровку и лгунью раньше срока.

— Господин! Прошу! Господин!

— Знаешь, в чем была твоя ошибка? — спросил он, склоняясь над поставленной на колени пышке, которая только хлопала губами, скрученная двумя бравыми стражниками. — Дорогая, не подскажешь ей?

— Милость выбора подвластна только Ворону, — прошептала и проглотила выступившую горечь на языке.

Никогда не знаешь, что от него ждать. Никогда не можешь предугадать мысли, черными птицами снующие у него в голове. Все вокруг иллюзия выбора, только Ворон решит, что и как будет на самом деле.

Красноречивый взгляд мужчины подтверждал мои мысли.

Ворон все знает. Все видит. И уверен в том, где твое слабое место.

— Уведите. Зовите следующего.

Вернувшись на свое место, Ворон лениво вытянул ноги, будто только что подписанный приговор совершенно не затронул ни одной струны в его душе. Если она, конечно, была. Может, там, внутри у него лишь зыбкое болото, где нет света, воздуха и только рой черных мошек, стремящихся ослепить своим маревом.

— Господин.

Тонкий женский голос заставил меня судорожно повернуться. От резкости движения в глазах все размазалось, но лишь на мгновение.

Только не это. Боги, помилуйте хотя бы их! Демон со мной, но они невиновны!

Моя мать и сестры неуверенно сжимались в стайку, бросая пугливые взгляды то на меня, то на моего супруга, не решаясь сказать и слова. А Ворон, напротив, заинтересовался, вытягивая голову и укладывая ее на подставленный кулак.

Он рассматривал их, разделывал, как мясник шикарный отруб, думающий, с какого места начать. Он прекрасно знал, кто это. Растягивая губы в кровожадной улыбке, перевел на меня пронизывающий взгляд.