Кира Полынь – Госпожа по вызову, или Мужчина, я пошутила (страница 24)
Тяжело вздохнув, я постучала ладонью по месту рядом с собой, приглашая подругу сесть и выслушать все, что я узнала о нем за столько короткий срок. Мне просто необходимо было поделиться хоть с кем-то своими переживаниями насчет перспектив этой затеи. И никто, кроме Алмазовой, не смог бы этого понять. Поэтому подруга, чуть сощурив глаза, медленно опустилась рядом.
— Значит так. Он женат, — Лерка хлопнула губами, но я не дала ей шанса перебить. — Но разводится. Его жена не дружит с головой и взорвала его машину.
Нижняя челюсть подруги просто рухнула вниз и, казалось, стукнулась об пол.
— Коля сделал мне предложение, но я его послала на глазах у Михаила.
— Михаил, значит, — коварно потерев подбородок тонкими пальцами, Алмазова прищурилась, продолжая выслушивать вываливающиеся на нее факты.
— Еще его жена застала нас в постели, и я прикинулась его девушкой. Потом он предложил мне стать его девушкой понарошку, но я отказалась.
— Хм… Продолжай.
— После работы мы поехали к нему ужинать, и…
— И?
— И он предложил мне стать его девушкой.
— Понарошку?
— Нет. Уже по-настоящему.
— И что тебя смущает?
— Все, Лер! Все, блин, меня смущает! То, как познакомились, как общались, как переспали и сколько раз…
— Сколько? — лукаво переспросила она. — Здоровый, активный мужик, Кир, чем ты недовольна? То, что женат был, так это ерунда. Он же не школьник с безупречной репутацией и отсутствием послужного списка!
В словах Леры всегда был смысл, только вот я, видимо, еще не была готова его услышать.
— А его жена?
— Заметь — будущая бывшая. Дети есть?
— Я не знаю…
— М-да, ну да ладно! Неважно. Главное, что бывшая.
— То есть ты советуешь переезжать?
— Нееет! Это было максимально тупо, — засмеялась она, махнув ладонью в воздухе. — Просто… не выпускай его из виду. Узнай получше, на свиданки побегайте.
— И как ему сказать?
— Словами через рот, Кир. Словами через рот! И на будущее: чур, я свидетельница на твоей свадьбе!
— Какой свадьбе? — Раздался мамин голос, и мы дружно обернулись к двери.
Женщина, судя по намотанному на голове полотенцу, только вышла из душа и не слышала моего возвращения. И сейчас, прижимая ладони к груди, она удивленно и испуганно таращила глаза, шепча одними губами:
— Какая свадьба?..
Глава 34. Михаил
Михаил
— Моя клиентка настаивает, чтобы вы приняли к рассмотрению факт того, что ее муж изменял ей.
Сухонький пид… представитель закона выкладывает на стол распечатанные фотографии в отличном качестве. На них я якобы целую Киру, прямо на улице у крыльца ее магазина.
На мгновение залипаю.
Какая же она все-таки сочная. Невысокая, фигуристая, что видно даже сквозь этот салатовый ужасающий балахон, который она называет курткой. В моих руках смотрится такой крохотной, но органичной.
Член в штанах приветливо дернулся, напоминая о том, как эта жопка утром бегала передо мной голышом, пытаясь укрыться в ванной.
— И вследствие регулярных измен просит удовлетворить иск на заявленную сумму в качестве моральной компенсации.
Женщина-судья внимательно рассматривала предоставленные ей доказательства. По вздернутой тонкой брови стало понятно — она не на моей стороне. Явно испытывая к мужчинам самые горячие, в плохом смысле, чувства, вершительница правосудия язвительно взглянула на меня, требуя ответа.
— Прошу принять во внимание, что это не любовница, а девушка. К тому же мы начали встречаться уже после того, как было подано заявление на развод.
— Это не отменяет того факта, что вы все еще находитесь в браке, — отрезала она и отвернулась, намереваясь меня игнорировать.
— Как и снимки, сделанные в один вечер, а точнее, вчера, не доказывают регулярности «измен».
Маринка побелела, злобно поджав губы и локтем пихнула своего адвоката, чтобы тот что-нибудь сделал. Не ожидавший протеста с моей стороны, этот сверчок начал что-то мямлить, но, взяв себя в руки, добавил уже куда четче:
— Факт остается фактом. Вы нанесли моральную травму моей клиентке, очернив в ее глазах суть брака и института семьи.
— Не думаю, что я к этому причастен. Секс в туалете со своим боссом доказывает, что ваша клиентка еще до меня познала все суть грехопадения. Я лишь не захотел закрывать на это глаза, подав заявление на развод.
— Это так? — оживилась судья, выразительно глядя на мою будущую бывшую.
— Ложь! Он все врет! Я ему не изменяла!
Все. Приехали.
Сейчас визг на десять минут, а потом нас выставят, в который раз перенося предварительное слушание. И еще сидеть, сука, в этой дыре и ждать у моря погоды — то есть пока разродится судебно-исполнительный конвейер.
А мне хочется Кирину задницу рядом, и желательно подальше от этого города. Вернуться в столицу, к делам, было на первом месте, но и наличие мышки в радиусе досягаемости этой драной кошки нифига не радовало.
А она будто специально тянет, срывая уже которую официальную встречу своими истериками. Только к адвокатишке своему все взывает, подписать согласие на дележку имущества.
— Не изменяла! — голосит Рина, брызжа слюной и хлопая побелевшими под помадой губами. — Нет доказательств! Нет!
Закатил глаза. Не сдержался.
Мысленно стукнув бывшую лбом об стол, положил перед судьей другой снимок. Качеством не хуже, чем Маринкины, хотя и сделаны были на телефон.
— Вы бы хоть предупреждали, — бурчит кошелка, жадно всматриваясь в голую задницу моей супруги, скачущую верхом на пузатом мэне в строгом и дорогом пиджаке. Узкая туалетная кабинка — не съемочная площадка, конечно, но света люминесцентных ламп хватало, чтобы разглядеть, что это Марина, а под ней далеко не я.
— Извините, сигнальную ракетницу не прихватил, — ответил ей в тон, а мадам почему-то расцвела, словно я подарил ей надежду во весь мужской род. — Прямое доказательство измены, ставшее причиной развода. Со стороны вашей клиентки было бы просто глупо доказывать сейчас обратное. Так ведь, Марин?
— Пошел ты! — прошипела она, тыча в мою сторону заостренным красным ногтем. — Пошел ты, Громов!
— Прекрати, Марин. Веди себя достойно.
— Кто ты, чтобы мне указывать? Хватит, я долго молчала, но ты сам виноват в том, что я сейчас скажу, — суетливый адвокатишка занервничал, дергая Маринку за руку и намекая ей захлопнуть рот, пока не поздно. — Я вышла за тебя замуж только потому, что ты слепой осел!
— Марина! — предчувствуя инсульт, тоненько провыл адвокат.
— Гражданочка! — возмутилась судья.
И только я сидел и улыбался, разглядывая лопату, которой моя бывшая копала себе яму. Придать бы ей еще скорости, а то сидеть здесь надоело. Мышку хочу.
— И пока ты здесь, Хасан перекупает твоих клиентов, — ядовито прошипела она, упираясь руками в стол и хищно наклоняясь вперед. — Ну как, Громов, съел? Ты скоро станешь банкротом. Нищим, одиноким и никому не нужным. Господин судья, — обратилась она к немного удивленной женщине, которая слабо понимала, о чем идет речь.
— Ко мне обращаются «ваша честь», — поправила она, косо взглянув на адвоката, закрывшего лицо руками.
— Да насрать. Он свободен. Ничего мне от него не надо, пусть чешет куда хочет. Я все равно внакладе не останусь, Хасан меня обеспечит.
Демонстративно стянув колечко с левой руки, она насадила его на безыменный правой, как обручальное, тем самым показав мне «фак».