Кира Лихт – Золото и тень (страница 21)
– Ты вообще ничего не съела! – заметила Джиджи и пододвинула ко мне маленький контейнер «Тапервер». – Попробуй мой пудинг с семенами чиа. Он без сахара. Надеюсь, пихтовый мед ты любишь.
– Спасибо, это очень мило с твоей стороны.
Что-нибудь сладкое будет сейчас очень кстати! Я открыла крышку контейнера и отшатнулась. Пудинг пах как лекарство от простуды.
– У серебристой пихты очень терпкий запах, – сказала Джиджи и уставилась на меня, с нетерпением ожидая, когда же я попробую пудинг.
– Неужели? – вяло отозвалась я. Невозможно съесть то, что пахнет как еловая пена для ванны! Бабушка такой пользовалась.
Джиджи оживленно закивала.
– Он очень полезный!
Что ж, судя по запаху, пудинг и правда «полезный». Вот только обычно я не думаю о своем здоровье, когда ем десерт… И что, скажите на милость, мне делать с этим пудингом? Меньше всего я хочу обидеть Джиджи… Мои размышления прервал пронзительный, полный страха крик – какая-то девочка звала Джемму по имени.
От удивления все замерли на месте, а Джемма вскочила так резко, что чуть не опрокинула стул.
– Что случилось, Коринна?
– Там…
К нашему столику, тяжело дыша, подбежала маленькая девочка. Ее глаза были широко раскрыты, а на щеках выступили красные пятна.
– С Кэлвином беда! Пойдем скорее!
– Что с ним? Где он?
– Пойдем! – Коринна схватила Джемму за руку и потянула за собой. На вид девочке было не больше пяти. Рядом с ней Джемма выглядела великаншей.
– Я с вами! – сказала Джиджи и тоже поднялась.
– И я! – торопливо добавила я.
– Возьмите наши вещи, ладно? – крикнула Джиджи, обернувшись к одноклассницам. Те согласно закивали, хоть и казались напуганными и сбитыми с толку.
Коринна так волновалась, что с трудом могла дышать.
– Он… Он просто…
– Подожди. – Джемма притянула девочку к себе и без лишних церемоний взяла на руки. Коринна вцепилась ей в шею и обхватила ногами, как маленькая обезьяна. – Где он? В детском садике?
Коринна кивнула.
– Нам велели оставаться на улице, но Кэлвин захотел пойти в класс и поднялся на третий этаж… – Девочка судорожно всхлипнула. – А потом… а потом он помахал нам из окна и случайно выронил свою игрушку. Она застряла на дереве. Кэлвин захотел ее достать, но высунулся слишком сильно и тоже упал на дерево! Миссис Грин вызвала «Скорую» и пожарных, но я жутко боюсь, что он свалится, – сказала Коринна и разразилась слезами.
– Господи! – воскликнула идущая рядом со мной Джиджи. – Бедный Кэлвин! Мы должны что-то делать!
Судя по всему, Кэлвин – это брат Джеммы. Какая ужасная ситуация!
Джемма побелела как полотно и ускорила шаг. Вскоре мы перешли на бег и добрались до детского сада, примыкающего к школе. Там царил настоящий переполох. Дети плакали, воспитательницы с ума сходили от волнения. Оно и понятно… Джемма передала рыдающую Коринну воспитательнице – оказывается, девочки уже хватились, – и мы помчались на третий этаж. У злосчастного окна собралась целая толпа. Кто-то связал две простыни – наверное, чтобы поднять Кэлвина, но потом от этой идеи отказались. Джемма бросилась к окну, и все расступились, пропуская ее.
– Кэл? Кэл! Не двигайся, прошу тебя! Я здесь, мы тебя вытащим! Не смотри вниз! Хорошо, Кэл?
Мы с Джиджи тоже высунулись из окна. Несколько учителей попытались с нами заговорить, но мы не обратили на них внимания. При виде Кэлвина у меня перехватило дыхание. Мальчик плакал, его лицо покрывали царапины. Поскользнувшись, он свалился на огромную глицинию, которая, к счастью, смогла выдержать его вес, и запутался в длинных лианах. Пышные заросли скрывали нижнюю часть тела до живота. Наверняка мальчику больно и неудобно, но, судя по всему, глициния спасла ему жизнь. По крайней мере, на время.
Стоило Кэлвину увидеть Джемму, как он заплакал пуще прежнего и протянул к ней руку.
– Стой смирно, Кэл! – испуганно закричала Джемма. – Тебе нельзя двигаться!
– Будьте благоразумны. Пожарные и «Скорая» уже в пути, – сказал один из учителей, обращаясь в основном к Джемме. – Мы хотели бросить мальчику простыню, но решили не рисковать. Слишком высоко, он может не удержаться. Мы связались с вашими родителями, они уже едут. Поговорите с ним. Успокойте. Сейчас это все, что можно сделать.
– Я и сама это вижу, – отрезала Джемма. – Эй, вы все! Отойдите! Отойдите от окна! Вы его нервируете!
Учитель попятился.
– К вам двоим это не относится, – прошептала Джемма, заметив, что мы с Джиджи переглянулись. – Вы мне нужны. Не уходите.
– Кэлвин справится, он крепкий! Совсем как его старшая сестренка! – Джиджи бодро улыбнулась и потрепала Джемму по руке, но Джемму, похоже, эти слова не успокоили.
Тем временем внизу началось оживление: директриса привела старшеклассников, притащивших два гимнастических мата. Для этого понадобилось аж восемь человек из футбольной команды – такими большими и тяжелыми были маты. Футболисты принялись укладывать их под окном, и я снова посмотрела на Кэлвина. К счастью, учителя держались от нас на расстоянии.
– Джемма! – от душераздирающего крика Кэлвина у меня чуть сердце не разорвалось. Этот мальчик даже младше Коринны, ему, наверное, года четыре. Он вырвал руку из лиан и потянулся к Джемме. Зашуршали листья, из-за смещения центра тяжести одна из веток сломалась, и Кэлвин соскользнул ниже. Мы закричали. Перегнувшись через подоконник, Джемма чуть не упала вниз и быстро выпрямилась. Узловатые ветви глицинии угрожающе застонали. Надолго их не хватит…
– Неужели мы ничего не можем сделать?! – всхлипнула Джиджи, ее глаза блестели от подступающих слез. – Кэлвин совсем близко! Неужели мы никак не можем помочь?!
Ветви затрещали, застонали. Джемма в ужасе ахнула. Джиджи разрыдалась. И вдруг все стихло, все звуки как будто замерли, и мир погрузился в безмолвие. Лишь мое сердце глухо стучало в груди.
«Голод…»
Я вздрогнула и невольно высунулась из окна. Казалось, голос раздается откуда-то издалека.
«Нет сил… Спасите…»
Я обескураженно заморгала. Голос звучал тихо, но я отчетливо его слышала.
«Как же есть хочется…»
Это говорила глициния.
«Ты голодна?» – мысленно спросила я.
«Да. Здесь плохо. Я всегда голодна. У меня нет сил…»
Мне очень жаль глицинию, но сейчас я могу думать только о Кэлвине.
«Никаких сил…»
В следующую секунду сломалась еще одна ветка, и глициния застонала от боли. Кэлвин закричал, но я этого не услышала. Одно стало ясно как день: он сейчас упадет.
«Спаси мальчика, и я помогу тебе! Пожалуйста, спаси его! – взмолилась я. – Он не должен умереть! Я тебе помогу. Я позабочусь о тебе. Обещаю!»
«Дочь Истока», – вздохнув, устало произнесла глициния.
«Да?»
«Помочь тебе – мой долг. Ты не обязана об этом просить».
«И все же я прошу».
Глициния задрожала, словно собираясь с силами.
«Приготовься».
В следующую секунду мир снова включился. Вернулись окружающие звуки, зрение прояснилось. Я посмотрела на подруг и сказала:
– Джемма, протяни к нему руки. И ты тоже, Джиджи!
Девочки так удивились, что ничего не спросили. Мы разом перегнулись через подоконник. Позади послышались крики учителей.
– Давай! – вслух выкрикнула я, забыв обо всем на свете.
Глициния зашелестела цветами, накрывая ими Кэлвина, словно покрывалом. Одна из лиан обвилась вокруг мальчика и подняла его наверх, цветочное покрывало поднялось следом. Кэлвин испуганно вздрогнул, но не издал ни звука.
– Святые ежики, – выдохнула Джиджи.
Теперь мы можем до него дотянуться! Глициния наклонилась слегка в сторону, чтобы казалось, будто во всем виноват ветер. Джемма схватила Кэлвина, перетащила его через подоконник и обняла. Брат с сестрой зарыдали, крепко прижимаясь друг к другу.
«Большое спасибо! – Я посмотрела на глицинию, поглаживая Кэлвина по спине. – Я не забуду о своем обещании!»