Кира Леви – Выбор сердца (страница 2)
— Ты отправишься со мной. Хочу знать, что ты рядом, Риана. Твоё присутствие сдерживает меня от необдуманных поступков.
— Ты уверен? Твоя мать будет не рада видеть меня рядом с тобой.
— Какое это имеет значение, Риана? Важен только мой выбор. А я ХОЧУ, чтобы ты была со мной. Я мужчина и мне выбирать, кому находиться рядом.
В ответ я лишь крепче обняла его за талию и положила голову на грудь. На душе было неспокойно от предстоящей поездки и встречи с Эльвиминой Ледяной – матерью моего мужчины и вдовой правителя края Ледяных драконов.
Мой Валард был третьим сыном и благо не стремился занять трон правителя. После гибели отца, а на то время я уже третий год жила на Истрее после моего попадания сюда, на трон взошел Даргард — старший брат. И вот сейчас он тоже погиб. Следующим престол должен был занять Бранард, средний брат. А значит, присутствие Валарда в родительском замке грозило затянуться на время прощания со старшим братом и коронации среднего брата. Перспектива так себе, но не смертельно. Затолкав поглубже ощущение надвигающейся беды, я храбро улыбнулась своему избраннику.
— Я буду рядом, любовь моя, пока тебе это будет необходимо.
***
Валард ушёл к лаэрду Номерею обсудить случившееся и договориться о дракарах — ездовых ящерах. В дороге нам предстояло пробыть дней пять, и это только в том случае, если нас ничего не задержит в пути, что для Истреи было нормой. Прощальнаяя церемония с умершим правителем длилась десять оборотов, то есть десять истрейских суток. На это время бездыханное тело правителя помещалось в ритуальную ледяную пещеру и все родные успевали проститься с ним и пожелать возрождения в новом теле сильного воина.
Я всё ещё не покинула спальню Валарда. Кутаясь в тонкую простынь, стояла у окна и вглядывалась вдаль сквозь почти сплошную стену дождя. Зловещие раскаты грома слышались всё ближе и сильнее. С некоторых пор я не выношу грозу.
— Мара Риана, — тихий зов служанки неожиданно прозвучал за спиной. Я так погрузилась в свои мысли, что не заметила её появления. В другой обстановке это могло стоить мне жизни.
— Подкрадываешься? — скосила глаза на юную девушку. От моего вопроса та пошла красными пятнами и отчаянно замотала головой.
— Нет, госпожа. Меня прислали помочь вам собраться в дорогу.
— В дорогу… — я всё ещё думала о том, что узнала этим утром. — Я уже однажды собиралась в дорогу, и где я оказалась в итоге? И что ждёт меня в конце этого нового пути?
Служанка непонимающе смотрела на меня, не зная, что ответить или как себя вести, и только переступала с ноги на ногу, вцепившись руками в моё домашнее платье.
— Мне нужно искупаться, прежде чем надевать платье. Оставь его на стуле. Позаботься о горячей воде. Давай, поспеши, мара. Лаэрды ждать не любят.
Девушка ускорила шаг и вышла из спальни.
Мир Истреи был близок к средневековью на Земле. Не было здесь централизованного водоснабжения, канализации. Чтобы искупаться, нужно было наносить воды с кухни, чтобы справить нужду — использовать ночную вазу. Это, пожалуй, являлось самым большим неудобством, к которому я так и не привыкла. Магия здесь присутствовала. Но, к сожалению, направленность у неё была только одна — боевая. Весь мир был словно заточен под то, чтобы войны длились всегда.
Ждать служанку я не собиралась. Мне стоило побыстрее привести себя в порядок, чтобы успеть поговорить с опекуном. Для этого подойдёт и холодная вода, оставшаяся со вчерашнего дня. Мы с Валардом так и не воспользовались ею вчера.
Меня терзало плохое предчувствие, что дорога в ковен Ледяных станет для меня последней. Виски ломило от ноющей боли, мышцы тянуло после ночных упражнений. А ещё подташнивало после вчерашнего пира. Я так давно не пила вино, что уже забыла, каким бывает похмелье. Стоило бы размяться, разогнать кровь, но времени не оставалось.
Отпустила края своей импровизированной одежды и переступила через мягкую ткань, белым облаком упавшую в ноги. Поёживаясь от холода, прошествовала в место, именуемое умывальней. Проходя мимо большого зеркала в массивной резной оправе, быстро взглянула на своё отражение и отвела взгляд. Я давно уже перестала походить на саму себя, ту, что попала с Земли на Истрею. Когда-то каштановые, теперь побелевшие до платины, волосы уже отросли до поясницы, тело приобрело рельефы и потеряло излишнюю мягкость. Черты лица оставались прежними, но словно обновились и застыли в возрасте двадцати лет, против моих тридцати шести на момент попадания. Только синие глаза оставались без изменений. И что удивительно — никаких лишних волос на теле. За пять лет здесь я омолодилась, словно кто-то запустил какую-то программу обратного отсчёта времени и сейчас достиг желаемого результата. Моё отражение напоминало о том, что я никогда не вернусь на Землю.
Эта история началась пять лет назад. Тогда меня звали Арина Андреевна Талина, и я была одним из семи с половиной миллиардов жителей планеты Земля.
---
Оборот - время за которое Око Танагра делает один оборот вокруг планеты и восходит между двумя пиками Восточной гряды.
2. Глава 2. Как не нужно отправляться в путь во время дождя
Тот августовский день я помню так, как будто бы всё происходило вчера. Я провожала сына на самолет до Берлина. Мы расставались с ним на год.
Моему Артуру исполнилось семнадцать лет. Он окончил одиннадцать классов и решил, что уже достаточно взрослый, чтобы жить вдалеке от мамы. Его решение уехать учиться в Германию не было спонтанным, и я знала, что это время когда-нибудь настанет, но сердцем и душой не хотела расставаться со своим ещё маленьким, но таким уже взрослым ребёнком. Как бы я не хотела его отпускать, я уважала его решение. Благо, он уезжал не на пустое место, а к своему отцу, с которым мы на тот момент были в разводе уже семь лет.
В своё время развод с Егором был скорее закономерным, чем таким, что принёс бы мне душевную боль или разочарование. Наши отношения изжили себя.
Работа бывшего мужа, да и моя, собственно, — это цепь бесконечных командировок по городам и весям нашего земного шарика. Мы не смогли сохранить пылкую любовь молодости. Возможна ли любовь на расстоянии? Не отрицаю её существование, но в нашем случае этого не произошло. Наверное, мы не любили друг друга настолько, а может, в череде бесконечной гонки вверх по карьерной лестнице забыли, что когда-то любили. Одним словом, всё перегорело.
К своим тридцати шести годам я достигла всего, к чему стремилась на профессиональной ниве. Карьера была в приоритете. Только с разводом я пересмотрела систему ценностей. И вынесла на первый план отношения с сыном, как самую важную и значимую цель. Она привнесла новый смысл в жизнь нашей маленькой семьи. Каждый день, вставая утром с постели, я ни о чём не сожалела и чувствовала себя, как никогда ранее, живой и свободной.
К тому времени я перестала колесить по миру и осела, занимаясь воспитанием Артура и уделяя ему всё своё свободное время. Сын это ценил.
У меня вырос прекрасный ребенок: сильный духом, целеустремлённый, открытый, компанейский, способный сострадать и быть жёстким при необходимости.
Когда я провожала сына в аэропорту, он обнял меня в последний раз перед долгой разлукой на целых триста шестьдесят пять дней и, поцеловав на прощание, весело махнул рукой со словами:
— Ну, мам, не плачь. Не средние века, ты будешь меня видеть каждый день по скайпу, — ещё раз обнял, клюнув в щёку, и, закинув сумку на плечо, пошёл на свой рейс.
Знала бы я тогда, что разлука продлится не год, а станет бессрочной.
Самолёт плавно взлетел, унося моего ребёнка прочь. И я осталась одна с гадким чувством потери и одиночества в душе.
Когда в моей жизни наступали такие моменты, когда я начинала себя жалеть, а ведь и это было мне не чуждо, я уезжала туда, где мне могли помочь облегчить эту боль.
Юлька или, правильнее сказать, Юлия Викторовна Антонова, моя подруга детства, жила в селе Залесье вместе со своим любимым мужем Дмитрием и многочисленными ребятишками, мал, мала, меньше. У них их было десять. Все были свои, родные и самые любимые, хотя восемь малышей друзья взяли из детского дома. Димка, человек творческий по натуре, организовал дома столярную мастерскую, а Юля, прекрасная хозяйка, смогла запустить в ближайших от их села городах сеть мини-пекарен. В этой части бизнеса была и моя доля. Всё спорилось в руках у Антоновых. Эти двое были удивительными людьми. Они могли одарить своим светом и теплом каждого, кто оказывался на их орбите.
Добротный дом, что достался Димке от его бабушки, стоял в метрах пятидесяти от лиственного леса, узким клином отсекавшем дом от полноводной реки с крутыми берегами.
Я часто приезжала в это живописное и немного уединённое месте, чтобы набраться сил, «подзарядиться энергией», как шутя говорила, чтобы снова вернуться в свой суетный город.
Ещё с утра, до отъезда сына, решила не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Путь в Залесье обычно занимал три часа, но не в тот день…
Отвлекаясь мыслями о поездке к друзьям, старалась не думать о том, как там проходит авиаперелёт сына. Сама за свою жизнь тысячу раз летала самолётом, а вот сейчас, когда Артур там, в небе, без меня, разволновалась, снова и снова возвращаясь к нему мыслями.