Кира Леви – Розыгрыш или реальность (страница 77)

— Это будет долгий рассказ, — дракон зашёл вглубь квартиры, не ожидая моего приглашения, и сел в кресло, на котором чаще всего сидел, когда бывал у меня в гостях. Я расположилась на диване.

— Я начну издалека. Наша раса возникла одной из первых на заре времён. Ортанцы наделили нас знаниями, которые мы приумножаем и сохраняем. Ты знаешь, что нас считают мудрейшей расой среди Правящих. Многие цивилизации возникли благодаря нашим технологиям, в том числе и твоя. Какие-то мы создали и отпустили в свободное плавание, за какими-то неусыпно наблюдаем. Как, например, за твоей. Наш интерес долгое время был направлен по разным направлениям, кроме одного: мы не обращали внимания, что происходит с нашей расой. Увлеклись и пропустили тот момент, когда численность драконов стала критически мала. Часть из нас занялась решением этой проблемы. С привычным энтузиазмом мы взялись за дело, но результата всё не было. Было выдвинуто множество теорий и практически все они оказались неверными. Кроме одной — «Теории Истинных Пар», выдвинутой молодым драконом, — Герман замолчал, подбирая слова. — Что такое Истинная Пара? Это ни что иное, как наиболее удачное совпадение генетических характеристик двух особей, при котором они дадут наиболее сильное и перспективное потомство. Основная задача каждого индивида любой расы — это дать потомство, оставить свой генетический материал, чтобы продолжить существование вида. Осталось доказать теорию на практике. Для этого мы и используем выведенный нами вид людей.

— Это бесчеловечно! — глухо отозвалась я на его откровения. — Нельзя так с живыми разумными существами.

— Ты слишком наивна, Карина, и слишком много переняла от обычного человека, — снисходительно ответил он на моё возмущение. От его слов неприятно засосало под ложечкой. То, о чём я, в принципе, знала, сейчас получало подтверждение. — Вижу по выражению твоего лица, для тебя не является чем-то новым то, что ты не совсем человек? — удивлённо спросил он и довольно улыбнулся. — Моя умная девочка.

— Я не ваша! — буркнула, протестуя.

— Моя, — безапелляционно припечатал дракон. — Часть моего генома в тебе. Ты мой удавшийся эксперимент, — со звенящей в голосе гордостью заявил он.

Я поёжилась от его высказываний и уверенного тона. Знать, что я всего лишь объект эксперимента, неприятно и по-детски необоснованно обидно. Но слова — это только слова. Важнее, как сам себя воспринимаешь. Чувствуешь себя вещью — будешь вещью, чувствуешь рабом — будешь рабом. А я чувствую себя цельной личностью, человеком!

— А что, были неудачные? — скептически посмотрела на него.

— Безусловно, — пожал он плечами. — Исследования длятся, начиная с момента зарождения человека на Земле. Мы не всегда вмешивались, чаще наблюдали за вашим саморазвитием. Ваш вид склонен к саморазрушению, поэтому всё же приходилось вмешиваться и корректировать программу развития. В шестидесятых годах двадцатого столетия мы решили дать человечеству возможность ускоренного развития и внедрили некоторые технологии в вашу повседневную жизнь. Эксперимент продолжается.

— И, тем не менее, я не признаю вас. Даже если вы меня создали, я не бесправна. Я личность с самосознанием и принципами. Я думаю, говорю, чувствую.

— Я и не отрицаю, — дракон спокойно согласился со мной. — Тебя и создавали, чтобы ты была такой… особенной, — уточнил он, выделяя последнее слово.

— Если откинуть моё происхождение, то я не отличаюсь от миллиона других женщин планеты Земля. Какая разница, как я появилась на свет. Жизнь-то я проживаю свою, — в свою очередь пожала я плечами. — Или вы утверждаете, что и перемещение на другую планету и встреча с мужьями — это всё ваших рук дело?

Герман помолчал, прежде чем ответить на последний вопрос. Этот завязавшийся разговор предполагал откровенность, но так ли нужна вся правда? Кто бы что не думал, но он привязался к этой молодой женщине. Играло ли в этом роль кровное родство или личностные симпатии, острый ум и приятный характер женщины — неизвестно. Вероятно, всё в комплексе. И ему не хотелось увидеть в её глазах разочарование и горечь от правды. Случайным ли было перемещение на Терру? Нет. И встреча с командорами тимеррийцев была срежиссирована. А вот с момента выбора двумя командорами, а не одним, её своей вея, наступила череда случайных событий, не предусмотренных сценарием, но их тщательно отслеживали. Поэтому и не составило труда подгадать время и место, чтобы забрать Карину для проведения завершающего этапа исследований, уже зная о её интересном положении, и в тот момент, когда она осталась без внимания супругов.

Этот тупица Лаллос даже не понял отведённой ему роли в этом спектакле. Всего-то стоило сыграть на его тщеславии и усомниться в легитимности правления, пока Эол Аноноркхад, настоящий наследник престола, находился на планете вместе со своей обретённой Танатой. Идиот разбил пару и не допустил других мужей забрать жену. Идеальное время и место — всё сошлось так, как и было вычислено аналитиками. Обширная агентурная сеть на планетах и кораблях, продвинутые технологии, способствовали проведению операции без накладок. Неучтённый фактор — это сама Карина, которая не забыла ничего.

— На Терру ты попала не случайно, а вот встреча твоих вайне и других супругов — это судьба, — торжественно, даже пафосно произнёс он, сознательно умалчивая правду.

Лицо девушки озарилось внутренним светом радости и счастья, вызывая трепет в душе дракона и гордость за своё создание. Да, всё правильно. Она должна верить в свою судьбу и быть счастливой рядом с любящими мужьями. И от этого понимания было спокойно и радостно, не за себя, а за неё. Наверное, именно такие чувства испытывают родители, радуясь счастью своих детей. Это приятно и хочется, чтобы так было всегда.

— Ты готова вернуться к ним? — сдерживаясь, чтобы не улыбаться в такой серьёзный момент, спросил он. — Готова оставить Землю навсегда?

Решение принято, и отступать молодой дракон не собирался. Ожидая ответ, он рассматривал собеседницу. Запоминал черты лица, на которых отпечатались переживания последних месяцев из-за расставания с любимыми. Отмечал, как оно изменилось в связи с беременностью. Видел, как она прикрывает веки, старясь сосредоточиться, обдумывая его слова, как загорается от вспыхнувшей надежды свет в её глазах, как сбивается спокойный ритм дыхания, и она замирает на несколько мгновений, подавшись навстречу — ещё не веря, но уже надеясь на то, что правильно истолковала заданные будничным тоном вопросы. Как просто, и как сложно ей ответить на них. Выбор… То, чем люди предпочитают владеть… Сомнения и метания… То, чему подвержено человечество… Довериться или нет? Сыны Земли недоверчивы в своей массе, особенно, если уже обжигались.

— Я должна дать ответ сейчас? — напряженно спросила Карина и сжала руки в кулачки, чтобы не было видно нервную дрожь пальцев. Контроль эмоций, как же слабо он ей даётся.

— Ты успеешь попрощаться с родителями, — ровно ответил дракон, понимая, что это очень важно для женщины. Привязанность людей к родителям не у всех человеческих особей проявляется одинаково, но как раз у Карины она гипертрофирована. Возможно, это связано с генами сашшитов. Для них семья-колония — смысл существования. Всё построено вокруг родителей, дарующих жизнь. Их потеря тяжело сказывается на младшем поколении, но при этом запускается механизм дальнейшего развития колонии, как переформатирование.

— Когда, как и где я окажусь? — всё больше нервничая, девушка сцепила руки в замок. Губы мелко дрожали, глаза лихорадочно блестели.

— Когда — как будешь готова. Как — через портал. Где — на Терре. Портал переместит тебя туда, где ты оказалась в первый раз. Ну а мужья уже встретят тебя там. Проведёшь в посольстве тимеррийцев пару дней, пока они заберут тебя, — сжато и по существу ответил дракон и поднялся, давая понять, что разговор окончен. — И дай мне руку — не могу смотреть, как ты изводишь малышку своими переживаниями.

Негодование, смешанное со смущением, вспыхнуло во мне.

— А кто виноват в том, что я переживаю и нервничаю?! — вспылила, но руку дала. Какую бы неприязнь я не испытывала к дракону, но помнила, что мне всегда становилось легче, когда он касался меня. Теперь я понимала, почему. Он энергетически подпитывал мою девочку.

— Как ваше настоящее имя, Герман, — снова перешла на вежливое обращение. Всё же время, когда мы с ним общались по-дружески, не вычеркнуть и привычка говорить «ты» закрепилась.

— Гермиус Нордрагон, второй сын Правителя Октавиуса Нордрагона, — отрекомендовался он вежливо, не кичась высоким происхождением. И на прощание сказал:

— Ты можешь связаться со мной в любое время, как только будешь готова оставить Землю.

— Хорошо. Я позвоню вам, как только решу все вопросы.

Дверь за ним закрылась, а вот напряжение не ушло вслед. Страх перед расставанием с родителями был велик. Я хотела, чтобы меня нашли мужья, и представляла, как улечу с ними, но ни разу не задумалась над тем, что родители-то останутся. А как же они будут без меня? Сейчас, когда появился реальный шанс вернуться в мою новую, собственную, достаточно необычную семью, я расстроилась. Как же быть?

Недолго думая, быстро собралась и поехала на квартиру родителей. По дороге снова и снова возвращаясь к диалогу с драконом. Эгоистично, но я не думала о других людях, о человечестве в целом, которое, по словам Гермиуса, возникло только из-за неуёмного желания драконов что-либо исследовать и экспериментировать. Я думала о приземлённом — о своей судьбе и жизни, о мужьях и ребёнке, о своих родителях и родителях мужей.