Кира Леви – По воле короля (страница 74)
— Я так и знала, что вы будете предвзяты! Наплетёте герцогу на меня! Захватчица! — взвизгнула баронесса, размахивая перед лицом Лиссандры осколком, зажатым в руке.
Герцогиня перехватила руку Клотильды за тонкое запястье, борясь со взбесившейся баронессой.
— Он мой! Пока вас не было, герцог любил только меня! А вы всё испортили. Околдовали его. Небось, поите его приворотным зельем, — зло выплюнула блондинка, сверкая чёрными провалами зрачков, на дне которых клубился туман.
Лиссандру повело, она с трудом удержалась на ногах. В процессе борьбы уже цеплялась за Клотильду, чтобы не грохнуться в ноги соперницы. Эта непредсказуемая особа на всё способна. С неё станется добить лежачего и сказать, что сам виноват.
— Успокойтесь, — несмотря на миниатюрные размеры, баронесса оказалась очень сильной. Лисса с трудом удерживала руку с осколком подальше от своего лица. Баронесса выворачивалась придушенной змеёй. Лиссандра кое-как разжала руку Клотильды с острым осколком. В пылу борьбы обе женщины раскраснелись, дышали тяжело. Острый край керамики оцарапал руку. Боль немного отрезвила, и Лисса резко толкнула от себя баронессу, заваливая ту на лавку.
Блондинка плюхнулась на сидение и горько расплакалась, падая лицом на подставленные руки на столешнице.
— Я не хочу, — сквозь всхлипы раздавалось жалобное тоненьким голоском. — Простите, простите… — Лисса угадывала слова за шмыганьем и плачем.
Слов после происшествия не было. Хотелось побыстрее избавиться от общества ненормальной баронессы.
В той как будто бы боролись две личности. Одна сильная и наглая, идущая по головам к своей цели, а вторая робкая и ведомая, привыкшая скрываться.
Лиссандра зашипела от боли, в пылу драки она не чувствовала, что порез глубок. А сейчас опустила глаза, рассматривая глубокую царапину на ладони, пересекающую линию жизни ровно посредине.
— Я расскажу милорду и о беременности, и о том, что вы на меня напали.
— Это вы на меня напали! — Клотильда стремительно подняла голову. — Я вся в синяках.
Она продемонстрировала руку в красных пятнах, грозящих стать отменными синяками. У Лиссандры кроме царапины, да и та быстро затягивалась, считай на глазах, ничего не было.
— Вам рот не заткнёшь. Говорите, что хотите, леди. Только думайте о последствиях. За клевету положены плети.
— А вам бы только плёткой махать! Извели дядюшку и храмовника, думаете, победили? — баронесса заливисто рассмеялась, откидывая голову назад и неожиданно подмигнула герцогине. — Спасибо за осмотр, миледи.
Встав с лавки, вперевалочку она направилась к дверям. Стоило двери за ней закрыться, как баронесса довольно улыбнулась. Посмотрела на ясное небо и скривилась, почти неслышно бормоча себе под нос:
— Драконы предсказуемы, фениксы глупы. Но мне это на руку. А ты, если ещё раз высунешься, я тебя уничтожу. Осталось совсем немного, и я…
Грозное рычание отвлекло Клотильду. Узрев через ветки почти лысых кустов мальчишку с волком, она торопливо направилась в сторону замка. В кармашке платья лежал осколок кружки, измазанный в крови феникса.
Почти все ингредиенты были готовы, если верить старинному манускрипту. А пока стоит заглянуть на кухню и покормить прожорливое дитя оборотня.
***
Эрик выглядел не слишком заинтересованным в том, что рассказывала Лиссандра. Он словно спрашивал лишь потому, что должен, а не потому, что для него это важно. Герцогиня чувствовала исходившее от супруга напряжение. И только сделав вывод о вероятной измене баронессы, Эрик вернул внимание к разговору.
После драки Лиссандра всё думала над странным поведением баронессы. Для себя она решила ничего не скрывать от супруга. Уж лучше ей самой рассказать, чем потом Клотильда будет ныть и настраивать против неё герцога.
Эрик выслушал супругу. Его удивлению не было предела.
— Миледи, драка? Вы не преувеличиваете? Я с трудом вас в драке представляю, а баронесса ещё слабее.
— Сама не поняла, что на неё нашло. В неё словно чужой дух вселился! Но я не видела это по ауре. Так что скорее всего это последствия того, что она носит мальчика. Его магия может так влиять на поведение баронессы.
Это была правдоподобная версия, но слабая. Внутреннее чутье подсказывало, что это не так. Лиссе очень не хватало Веданы, чтобы обсудить ситуацию.
— Я накажу её за дерзость. Пускай посидит без развлечений в своей башне. А как ваша рука?
Лиссандра протянула герцогу гладкую ладонь. Благодаря проснувшейся регенерации от царапины не осталось даже следа. Только фантомное ощущение пореза.
— Всё зажило. А что расскажете вы, милорд? Вас не было на ужине, как и половины мужчин. Те, что присутствовали на обеде, предпочли отшутиться. Но вы же не будете скрывать от меня что-то важное? — Лиссандра продолжала кутаться в одеяло, хотя уже согрелась и хотела бы надеть ночную рубашку, но разговор был важнее собственного комфорта.
— Ничего непоправимого, — Эрик отодвинул прядь золотых волос за маленькое ушко, очертил контур лица, отвлекая внимание герцогини от значимого разговора. — Неправильно использовали взрывающиеся шарики мэтра Ори. Произошла цепная реакция. Загорелся фитиль на одном, а от него все шарики, что хранились на оружейном складе. Хорошо, что там после испытания оставалось только несколько штук.
Это была официальная версия, чтобы не пугать женщин и детей. Заранее тревожить супругу Эрик не хотел. Лиссандре и без того хватало дел и забот, что бы ещё думать о возможном прорыве.
На самом деле всё было куда как хуже. На двери в Потумирье лопнул один из запорных замков, ослабляя сдерживающую древнюю магию. И совсем плохо было то, что остальные два тоже были повреждены. Как это произошло? Никто не знал. Но на покорёженных остатках замк
Герцог провёл пальцем по губам Лиссандры и коснулся их лёгким поцелуем, потом углубил и запустил руку под одеяло, поглаживая бедро супруги. Расчёт был прост: отвлечь от темы. Стратегия сработала, и Лиссандра расслабилась, покоряясь напору Эрика.
Уже глубокой ночью, когда герцогиня мирно посапывала на его плече, Эрик снова задумался над тем, что происходит в замке и на линии разрыва. Нужно было как можно скорее попасть в королевскую библиотеку. В последнее время происходит слишком много тревожных событий. И гонцу не доверишь передать послание королю. Да и при личном разговоре можно больше рассказать.
Глава 46. О ведьме и мастере Вигоре
В замке было суетно. Эрик с небольшим отрядом и алхимиком уехал куда-то с утра, хотя вчера никуда не собирался. Лиссандра не стала гадать о причинах. Ей и без того хватало дел. Праздник Урожая проводился на горке осени. И с сегодняшнего дня в крепость стали прибывать лорды из разных точек герцогства. Больше полумесяца герцогиня занималась подготовкой к этому мероприятию. И чтобы разместить гостей достойно, и накормить, и досуг обеспечить.
Слишком давно ничего глобально не менялось в замке. А сейчас время пришло. В замке были вычищены все комнаты, вплоть до крыши, где селили слуг. Мебель починили, постельное перетряхнули, перестирали, а что пришло в негодность — заменили на свежее. Для огромной стирки были приглашены несколько десятков женщины из городка и ближайших селений. Неделю бельё стирали-сушили, выглаживали тяжёлыми утюгами с маленькими огневицами внутри. За нелёгкий труд Лиссандра платила, не скупясь.
Все швеи были обеспечены работой под завязку, а чтобы успеть всё до праздника, заказы делали и в соседних феодах герцогства.
Под самой крышей разгрузили несколько хламников. Лиссандра внимательно просматривала залежи вещей, что веками скапливались прошлыми хозяевами и не выбрасывались. Всю рухлядь в этот раз выкинули. А вот картины, написанные маслом, и портреты предков Эрика, гобелены, вышитые его бабками, тётками, и старинный флаг рода Гренстонов — это герцогиня оставила. Семейное достояние было вычищено, выстирано, и работы древних мастеров и мастериц заиграли новыми красками.
Один из проходных коридоров из торжественного зала в спальную часть замка превратился в портретную галерею. Мэтр Ори смог аккуратно прорубить дополнительное окошко во внешней стене напротив стены с портретами. Мастер Колби застеклил его витражом с гербом герцога Гренстона, и теперь каждое утро дракон вспыхивал алым, стоило светилу коснуться лучами его крыльев. На пол постелили мягкую ковровую дорожку, вытканную мастерицами из призамкового городка.
Гобелены расцветили чёрный камень стен коридоров на гостевом этаже и на этаже, где постоянно жили придворные.
Замок преображался. Отмытый, вычищенный внутри, он больше не производил того гнетущего впечатления, как в момент, когда принцесса со своими людьми увидели его впервые. Это касалось и людей. Теперь не было праздношатающихся слуг. Количество обслуги уменьшилось на треть. Мужчины и женщины ходили важно, в форме, правда, поболтать никто никогда не отказывался. Лисса думала, что это отличительная черта южан, но оказалось, что и северяне не прочь почесать языки. Так-то событий мало происходило, а сейчас поводов для болтовни было много, только успевай просеивать сплетни через сито правды и домыслов.