Кира Леви – Дело леди Евы Гор (страница 3)
Наконец-то карета въехала с чёрного входа на территорию королевского двора. Меня куда-то сопроводили узкими, тёмными, грязными от копоти факелов коридорами. И оставили в комнате с кроватью, небольшим столом у окна и единственным стулом.
– Подождите здесь, – предупредил лекарь и закрыл на замок дверь новой тюрьмы.
Паниковать было рано. Стоило осмотреться, а ещё лучше вытянуться на кровати во весь рост и немного полежать, укрывшись мягким одеялком. Мурча от удовольствия, я понюхала пахнущее свежестью, до хруста накрахмаленное выглаженное бельё. Уже представила себя на кровати, как дверь отворилась, и в комнату вошли две служанки в форме с вышитой изумрудной змеёй на груди фартука.
– Леди Гровенор, следуйте за нами.
Идти пришлось недалеко, в соседние двери. За ними оказалась ванная комната, состоящая из нескольких частей. Сначала меня попросили раздеться. Представив, что я нахожусь на медицинском осмотре, решила не стесняться. Легко избавилась от грязного вонючего платья, оставшись в чём мать родила.
Хотя меня ещё покрывал слой грязи. Чтобы отмыть её, меня поместили в круглую бадью, наполненную ароматной пенной тёплой водой.
Выражение лиц служанок менялось по мере отмывания частей моего тела. У одной оно всё больше выражало сочувствие, у второй так и кричало: за твои грехи ещё и мало!
Под слоем грязи у меня оказалась белая, нежная кожа. Служанки даже сумели вычесать колтуны и вымыть волосы в трёх каких-то отварах трав, отчего те стали шелковистыми и послушными. Не обошли они вниманием и ногти на руках и ногах, придав им аккуратный вид.
После ванной меня усадили на высокий стул с удобной спинкой под наклоном в позиции полулёжа и долго смазывали тело разными мазями. От одних у меня кожа немного немела, от других приятно покалывала и становилась тёплой, словно к месту синяков приливала кровь. Такое SPA длилось несколько часов, пока я окончательно не расслабилась и не уснула прямо на стуле.
Проснулась я одна, прикрытая мягкой, пропитанной каким-то ароматным маслом тканью. Потянувшись, решила посетить комнату уединения, как обозвали туалет аборигены. Справив нужду в большой фарфоровый горшок, я вдруг увидела на стене зеркало. Без сомнений я бросилась к нему!
В отражении на меня смотрела удивлённая молоденькая девушка с белой полупрозрачной кожей фарфоровой куколки. Зелёные глаза в обрамлении пушистых тёмных ресниц, пожалуй, были самыми выдающимися на несколько детском личике сердечком. Тонкий породистый нос, узковатые губы и милая ямочка на правой щёчке.
И этот оленёнок Бэмби мятежница?!
Совсем не моё лицо! Чувствую себя полной дурой, когда внешняя обёртка не соответствует содержимому! А ещё накрывает ощущением несправедливости по отношению к этому эфемерному созданию!
Глава 3. Не родись герцогиней, а родись у умных родителей
– Леди Гровенор! – на два голоса меня звали давешние служанки. Так заорали, как будто бы их живьём резали.
Закутавшись в простынь на манер тоги, я осторожно выглянула в щёлочку двери. А то вдруг и правда ножичком в них кто-то тыкает. Кто его знает, что мне, такой всей из себя «мятежнице», ждать от этого мира?! Вдруг кто-то не смирился с указом короля и хочет моей крови?
Предостережение оказалось напрасным. Просто эти дурынды подумали, что я сбежала. Ага, из закрытого на ключ помещения. Не герцогиня – Копперфильд!
– Леди Гровенор, главный лекарь ждёт вас на осмотр. Мы поможем вам одеться.
И тут началось самое страшное!
Передо мной начали выкладывать то, что тут явно считалось приличной одеждой!
Вы представляете, пять! Пять слоёв одежды! И это без зимней накидки! И всё жутко неудобное. На завязках и шнуровке. С пышными подъюбниками! И корсет с панталонами до колен с прорезью на интимном месте были в наличии!
Укапустив меня, девицы раскраснелись и взмокли. А я дышала в корсете, как больной с эмфиземой лёгких. Вроде бы и делаешь вдохи, а воздуха нет!
Меня даже не радовало собственное отражение. Хотя изумрудное с кружевной кокеткой шёлковое платье шло мне изумительно! Сидело, как влитое! Только туфли из мягкой замшевой кожи с серебряной ажурной пряжкой на невысоком устойчивом каблуке порадовали.
– Откуда эти вещи? – лаская шёлк рукой, я ожидала, пока служанка соберёт мои шикарные волосы в причёску.
Длинные волосы в умелых руках красиво уложились какой-то симпатичной загогулиной. Я такое не повторю! У меня длиннее каскада отродясь ничего не было! А дочке в детстве большего всего причёска «мальвинка» нравилась. А шедевром моего парикмахерского искусства являлась коса, заплетённая колоском.
– Одежда из вашей комнаты, – не сбившись, ответила «сочувствующая» служанка. Вторая на неё так недовольно зыркнула, что искры могла выжечь глазами.
Моей комнаты? Получается, раньше герцогиня жила во дворце?
Молча я наблюдала в зеркало за дуэлью взглядов. Если о чём-то расспрашивать, то не в присутствии нервной девицы. А лучше узнать историю этого тела у главного лекаря. С ним я собиралась обстоятельно побеседовать. Не отвертится! Буду давить на отсутствие памяти!
Пусть лечит. Я больна! На всю голову!
Кабинет главного лекаря больше напоминал будуар стареющей женщины. Всё вычурно и обильно. Статуэтки, вазочки, пуфики и подушечки. Много золотого блеска и завитушек, свойственных стилю барокко.
При моём появлении господин Холл поднялся из-за письменного стола с круглыми боками и кривыми ножками и проводил меня на софу.
С одной из боковых сторон у софы был высокий и широкий выступ. Так что можно было удобно сесть на неё с ногами, выставить локоть на уступчик и подпереть рукой тяжёлую голову. Иномирный диванчик для психотерапии!
– Леди Гровенор, как ваше самочувствие? – вежливо поинтересовался главный королевский лекарь.
– Как? Как у того, кого повесили, – вздохнув, целомудренно опустила глазки к полу. – У меня всё болит.
– Мои помощницы доложили о ваших травмах. Моё лечение уже завтра облегчит ваше состояние.
– Ошибаетесь… – прошептала со слезой в голосе.
Слёзы красивых женщин обычно достают даже до суровых мужских сердец.
– Что вас беспокоит? – доктор нахмурился, вытянул из кармана очередной белоснежный платок и потянулся к моему запястью. Ещё спросил разрешения прикоснуться! – Миледи, вы позволите, я посчитаю ваш пульс?
И посчитал через платок. У меня даже веко дёрнулось. Угораздило меня попасть в мир напыщенных снобов и пуританских взглядов!
– Пульс вам не скажет того, что у меня на сердце. Мне нужна ваша помощь…
На этих словах главный королевский лекарь некрасиво отшатнулся от меня. И я поспешила пояснить.
– Ничего такого! Вы ведь лекарь. Помогите мне вернуть память! Это всё, о чём я вас молю. Расскажите мою историю! Что произошло до того, как я… как меня…
Тут я пустила настоящую слезу, потому что вспомнила, как классно я отметила свой день рождения. И мы с подругами собирались летом слетать на Бали! А там пляж, мы в купальниках и тестостероновые красавчики в плавках вокруг. И теперь я никуда не пое-е-ду-у. У-уу!
– Леди Гровенор! Успокойтесь. Не нужно так убиваться. Вот, выпейте воды! Всё уже позади. Вас помиловали, – мужчина налил в стакан воды из хрустального графина и прежде, чем подать мне, что-то там пробормотал над ним. Мне даже показалось, что вода вспыхнула голубоватым огоньком. Но, моргнув, ничего такого сверкающего больше не увидела. – Конечно, я вам всё расскажу. Что вас интересует в первую очередь?
– Начните сначала. Кто моя семья и где они сейчас?
– Кх, вы и этого не помните?
– Вообще ничего! Чистый лист! Вы представляете, как мне тяжело? За что такие муки? А ведь меня оправдал сам король!
– Вы и короля не помните?
Вот хотелось покрутить у виска. Если я себя не помню, то короля тем более.
– Нет. А завтра аудиенция, – напомнила, вздохнув, и одним махом выпила целебную водичку. Эффект проявился практически сразу. Слёзы высохли, захотелось не только языком молоть, но и действовать. Еле удержалась, чтобы не подскочить с софы.
– Ну, хорошо. Если я вам расскажу, то ничего страшного не случится же? Ведь это и так все знают.
Казалось, лекарь уговаривал сам себя. Ну, его понять можно. Если тут вешают герцогинь, то лишить головы какого-то докторишку совсем не проблема.
– Смелее, – подбодрила. – Расскажите известные факты.
– Вы, герцогиня, появились на свет восемнадцать лет назад двадцать третьего жаркого зарева[1]… – на этом моменте я мысленно чертыхнулась. Случилась же беда попасть в столь юную особу. С таких спрос, как правило, больше. Ещё и названия месяцев непонятные. – Ваши родители Стефан и Флора Гровенор происходили из весьма благородных и древних родов. Ваш отец – старший брат короля.
– Постойте! Король Ричард – мой дядя?!
– Да.
– А почему он король, а не мой отец?
– Ш-шш! – главный лекарь зашипел на меня рассерженной змеёй. – Вы в своём уме?!
– В том-то и дело, что не в своём, – буркнула и постаралась без дополнительных вопросов выслушать рассказ. – Простите мою неосмотрительность. Но я не помню правил престолонаследования.
– Королю Ричарду ещё при жизни власть передал отец. Ваш дедушка поступил по уму. Выбрал лучшего кандидата, твёрдого в своих убеждениях, но способного шире смотреть на мир. А ваш отец… Уж простите за прямоту…
– Ничего-ничего, говорите правду. Я не обижусь.
– Ваш отец был управляемым и слушал льстивые речи недовольных придворных, не желающих менять свой образ жизни.