Кира Легран – Шанс для злодейки (страница 48)

Книга шлёпнулась на пол. Радвин подлетел ко мне, вздёрнул на ноги и затряс так, что мой затылок застучал о стену. С потолочных балок посыпалась пыль.

— Родной сестрой? — Глаза его горели безумием. От чёрного горя в них стало трудно дышать. — Родной сестрой?! Моя сестра любила этого придурка Олбриджа, моя сестра никогда и слова поперёк не говорила отцу, моя сестра не владела магией! Я знаю, кто ты на самом деле!

Внутренности покрылись льдом и разом треснули.

Клацнули зубы, я едва не прикусила язык.

— И кто же?

Болтанка прекратилась. Тяжело дыша, Радвин смотрел на меня с такой ненавистью, что от неё было больнее, чем от его рук, стискивающих мои плечи.

Задним числом я удивлялась, что никто об этом не подумал. Должно быть, роль сыграло то, что ни у меня, ни у мессира не было по-настоящему близких людей. Откуда нам знать, каково это — изучить кого-то настолько, что перемены в нём нельзя упустить.

Может, ещё получится отыграть назад. Придумать объяснение, которое убедит его. Но я видела перед собой не часть плана, не подчёркнутое имя в списке целей, а безутешного брата, который потерял сестру. «Мы будем думать о морали, хотите вы того или нет», — сказал Эдельгар. В нём был этот стержень, несгибаемый даже под весом огромной ставки.

Дурной пример заразителен.

— Скажи это, — попросила я, не отводя взгляда. — Кто я?

Его лицо исказила судорога, дёрнулись губы. Злая чёрная птица, готовая выклевать глаза. Может, он сам не хотел верить тому, о чём догадался, ещё искал во мне ту, с кем делил детские игры.

И не находил.

Карие глаза сузились.

— Демон, — выплюнул Радвин с ненавистью.

— Чего?..

Я застыла с раскрытым ртом. Шестерёнки в мозгу заклинило, а потом провернуло в обратную сторону.

Нет, есть в этом что-то лестное, но всё-таки перебор.

— Чт… Какой ещё демон? Ты в своём уме вообще?

— Замолчи, — меня снова встряхнули. — Не пытайся меня одурачить. Там написано про все ваши уловки.

Он кивнул в сторону брошенной книги. Сейчас она лежала обложкой кверху, было видно заглавие, вычерченное серебром: «Демонология первого уровня: призывы и таинства». Какие призывы, подумала я. Какие таинства. Сумасшедший дом.

— Да не демон я!

— Демон именно так бы и сказал, — отрезал Радвин.

Он отпустил руки, и я пребольно грохнулась на пол.

— Твою-то!.. — вырвалось сквозь сжатые зубы. — Я из другого мира, это правда, но не демон! Такой же обычный человек, как и ты, меня вообще засунули в это тело, не спросив!

Радвин бросил в меня презрительный взгляд и быстро начеркал несколько линий, завершая рисунок пентакля. Незнакомый, какое-то нагромождение кругов и ромбов. Пока что он меня не слишком беспокоил — без магии им всё равно не…

Об пол стукнуло и раскатилось, когда Радвин дёрнул ткань свёртка. Прямо перед моим носом лежали немного оплавленные чёрные свечи, по матовым бокам которых бежала руническая вязь. От них едва заметно фонило магией, чуждой мне и неприятной. Как будто могилой тянет.

Когда фитиль первой, установленной на рисунке, вспыхнул, фон стал гораздо сильнее.

Могила распахнула свои объятия.

— Ты где взял эту дрянь?

Почему-то он ответил. Наверное, всё ещё не мог отпустить привычное полностью.

— С этими свечами ты… В смысле, Айрис, призвала тебя. В тот день я нашёл её здесь… То есть, тебя нашёл… — Он вконец запутался и мотнул головой. — Я верну всё, как было. Ты отправишься обратно в ад или где ты там обитаешь. А сестра вернётся в наш мир.

— Не хочу тебя расстраивать, но вряд ли из этого что-то выйдет.

— Боишься? — Ещё одна свеча заняла своё место. Если выживу, заставлю взять на контроль квартал алхимиков и каждую лавку в нём. Такие вещи не должны продавать любому дилетанту! — Правильно делаешь, мерзкое отродье.

— Да послушай же меня, идиотина! — заорала я в отчаянии. — Я не демон! Спроси у мессира Вальде, он всё знает!

— Как удобно, что он не может ответить, — Радвин обернулся через плечо, сверкнув глазами. — С твоим появлением всё покатилось под откос. Покушение на принца, смерть короля, Верховный маг исчез. Олбриджа травят на собственной помолвке. Дворец полон страха и яда — а тебе только этого и надо, да?

— Это всё случилось бы и без меня. Только Эдельгар бы умер! И ты, кстати, тоже! Я здесь, чтобы предотвратить это.

— Ложь — главное оружие демона, — явно процитировал он.

Последняя свеча замкнула цепь.

Языки пламени взвились на ладонь вверх и окрасились в болезненную зелень. У меня заложило уши, как от резкого перепада давления. Теперь ясно, почему Айрис едва не погибла от ритуала призыва — для игры с такими силами маловато одной книжки и почти нулевого дара.

Внутри круга свечей переливалась, отражая мёртвенный зелёный свет, нестабильная полусфера. Кажется, Радвин её не видел. Зато отлично разглядел испуг на моём лице.

Он отступил от пентакля, сейчас похожий на демона куда более моего. Неотрывно глядя на круг, глубоко вдохнул — бегун за секунду перед стартом.

Извиваясь, я гусеницей поползла в сторону. Не чтобы сбежать, ясное дело, но хотя бы сбить одну из свечей!

Он схватил меня за шиворот и крепко встряхнул, потянул вверх. Я дёрнулась, попыталась лягнуть его связанными ногами, но затея была обречена на провал.

— Пришло время расплаты, — твёрдо сказал он. — Катись в преисподнюю!

И втолкнул меня в круг.

Я мешком рухнула в центр пентакля. Разорванная телом полусфера снова сомкнулась, как пасть, наконец-то получившая добычу.

Пламя изумрудными столбами взвилось почти до потолка. Магия двигалась вокруг меня, как живая — осязаемая масса, похожая на рыхлое желе. От скользкого касания паника подступила к горлу. Каждую мышцу парализовало от омерзения, зашевелились волосы. Она обтекала меня, пробовала на вкус, готовая вонзить зубы глубже и выдернуть из тела.

Но не нашла нужного.

Вместо любимого деликатеса ей подсунули ржавый гвоздь.

Масса всколыхнулась, отпрянула от меня. Задрожала, словно от возмущения.

И рассеялась.

Пламя опало. От фитилей потянулся дымок, пронзительная вонь палёной шерсти ударила в нос. После яркого света артефактов обычные свечи показались неправдоподобно тусклыми.

Я увидела лицо Радвина и подумала, что могла бы одурачить его на какое-то время. Притвориться, что гениальный план сработал, а потом сбежать. Очень просто обмануть того, кто настолько исполнен надеждой.

Вместо этого я с трудом села на поджатые ноги. Сдула упавшую на нос прядь и сказала:

— Ну что, теперь поговорим нормально?

Глава 60

Мой план попахивал авантюрой. Вернее, от него разило так, что ни один уважающий себя человек не подошёл бы на расстояние ближе пушечного выстрела. Но я нутром чуяла, что должна это сделать.

Как доказала практика, мои предчувствия не стоит игнорировать.

— Ах, нутром… — повторил Радвин, когда дослушал. Интонация говорила сама за себя: он не одобряет ни единой буквы из сказанного.

После того, как мне удалось его уговорить снять верёвки, дело не особенно продвинулось дальше. Но хотя бы демоном меня больше не обзывали и не грозили немедленно переправить в геенну огненную — уже хорошо.

Как же низко упала моя планка ожиданий от жизни.

Мы сидели в чайной комнате на втором этаже. Ей пользовались так редко, что я не могла вспомнить, как же она выглядит при свете дня. За высокими окнами только-только занимался рассвет, просачивался между задёрнутыми шторами белесой дымкой. От единственной свечи почти не было толку — светлячок посреди ночи, — но я не стала зажигать больше, чтобы не видеть выражения лица Радвина.

Со скрипом, со сжатыми зубами, он принял мою историю на веру. Человек практического склада, сорванный ритуал он засчитал как более весомый аргумент, чем мои слова.

Но даже если я не порождение тьмы… Для него это ничего особенно не меняло.