Кира Ланвин – 24 дня на любовь (страница 10)

И надо бы уйти прямо сейчас. Ни на что не соглашаться. Он уже однажды сделал свой выбор. Осознанно. Так зачем сейчас о чем-то говорить? Мне совсем не хотелось знать, как Максим жил с другой, женился, может быть, а может и нет. Вот только ближайшие часа три я была свободна и компания Макса далеко не самая худшая из возможных. Мне точно ничего не угрожает. Какими бы ни были наши обиды, вредить друг другу мы не станем. А раз так – бояться нечего. В глубине души шевельнулась спрятанная тоска, но я уже давно спокойно с ней жила и могла запрятать её ещё дальше. Ведь чувства к этому человеку мне не нужны, и их не будет. Больше никогда.

Я разулась и пошла за ним вглубь дома.

– Ты ведь тут один живёшь? – спросила я, рассматривая обстановку в доме.

Красивый, теплый, комфортный, но слишком большой дом для одного человека. Несмотря на декор, мягкие ковры и приятные цвета – всё казалось безжизненным. Сюда бы отлично вписалась семья с маленькими детишками.

– Да, – ответил Максим, останавливаясь в прихожей. – Можешь не беспокоится: из шкафа никто не выскочит.

Он сел на большой бежевый диван, ближе к его краю. Я присела с противоположной стороны, бросила рюкзак на пол и, достав телефон, положила его рядом с собой. Проверила время – пока торопиться некуда.

Диван мне сразу пришелся по душе. В его подушки хотелось упасть, провалиться и выспаться. Сама гостиная располагала к отдыху. А может, об этом кричала хроническая усталость, а вовсе не мягкий светлый ворс ковра, так уютно обволакивающий ноги, и не такой же мягкий диван, обнявший тело, и не покачивающиеся, словно убаюкивая, высокие кусты за окном.

– Ха-ха, – ответила я и вдруг вспомнила. – Я же куртку тебе вернуть должна. Совсем забыла и про нее, и про адрес, что ты называл.

– Да забудь про неё. Можешь не возвращать.

– Да нет, я как-нибудь принесу, – настойчиво произнесла я. – Часто ведь бываю рядом.

Макс закинул руку на спинку дивана. То и дело смотрел на меня, не скрывая интереса.

– Как хочешь, – пожал он плечом. – Знаешь, Лиза. Внешне ты почти не изменилась. Стала только красивее. И прическа тебе эта идёт, – заметил Макс, уголки губ которого чуть приподнялись. – Я помню твои длинные волосы. И помню, как их дёргали всякие идиоты и ты бегала за ними.

Я опустила голову на спинку. Немного расслабилась и спокойно рассматривала Макса. Да, было дело.

– И ты мало изменился. Всё такой же. Будто не виделись всего пару месяцев, – ответила я и покачала головой. – И я помню свои косы. Между прочим, это очень больно и неприятно, когда дёргают за волосы. Как хорошо, что ты был одним из тех ребят, кто никогда так не делал. И как плохо, что вас, адекватных, было так мало.

– Я и без этого мог с тобой общаться, – и снова уголок губ приподнялся, взгляд смягчился.

– Это да, точно, – согласилась я.

Говорить об этом не так просто. Одна картинка цепляет множество других, и вот уже в памяти, кадр за кадром, как в ускоренном режиме, проносится фильм под названием «Жизнь до». И как тут сдержать эмоции? Я решаю переключить внимание. Тема неприятная, но не обходить же её стороной?

– Как мама?

Максим еле заметно меняется в лице. Во взгляде появляется грусть и он сразу разрывает зрительный контакт, смотрит в сторону.

– С ней всё хорошо. Живёт теперь в городе. Почти так, как всегда хотела, – невесело говорит он.

Я сама не поняла, как с губ слетели слова. Я ведь лучше других знала, как это важно для Макса и как болезненно… Но, вспомнила вчерашние его тычки, беспричинные упрёки и ответила тем же. Не он один умеет делать больно. И сразу пожалела, заметив, что попала в цель.

– Ого. Что, исполнил её мечты о богатой жизни, а она не изменила своего отношения? Так и не оценила твоих трудов? – с лёгкой насмешкой заметила я. Лучше бы промолчала. Это слишком грязный ход.

На мгновение в его лице мелькнула детская растерянность и тут же исчезла. Мне стало невыносимо стыдно. Нервы надо лечить, а не сеять негатив. Макс холодно посмотрел на меня, словно разглядел что-то новое, и это новое ему не понравилось. Оно не нравилось и мне, абсолютно, но последние годы выдались тяжёлыми. С броней пришло много всего другого, часто ненужного и неприятного. Но это теперь такая же моя часть, одна из граней. Пусть привыкает, если намерен и дальше узнавать. Температура в комнате упала на несколько градусов. Даже пушистые ёлочки за окном задрожали сильнее.

– Да. Я так и остался для неё никем, – спокойно ответил парень и вновь поймал мой взгляд. – Но я не удивлён. А как твоя?

Я пожала плечом, снова устыдившись за свой выпад. Я ведь не такая… Была не такой.

– Она живёт всё там же. Кажется, у неё кто-то появился. Не знаю точно, мы редко общаемся.

Максим кивнул и вдруг встал с дивана, сделал несколько шагов и оказался рядом. Сел так близко, что наши колени теперь почти соприкасались и я непроизвольно отклонилась назад. Его настроение изменилось. Он уже поймал волну, которую я запустила своей издевкой.

– Так мне нравится куда больше. Не люблю дистанцию и тратить время впустую – хмыкнул он, а в глазах вспыхнул злой огонь. – А как насчёт твоих желаний? Всё воплотила в жизнь? Или с лёгкостью забыла, променяла на что-то другое. Кого-то другого… Он того стоил? Деньги всё решили?

– Так. Нормального разговора, видимо, не получится, – вздохнула я деланно спокойно, стараясь сохранять нейтральный тон.

– Почему же? Мы вроде хорошо общаемся. О важном. Как старые добрые друзья. Да? Мы же друзья, Лиза? Я думал, между нами было нечто большее, но, похоже, обманывал сам себя. Ведь так?

– Было. И ты с лёгкостью всё разрушил. Мы не друзья и не станем ими. Не обольщайся, – я снова злилась. Это было проще всего.

Диван уже казался каменным и неудобным. Надо бы встать, послать куда подальше Макса с его шизофренией. Надо же, как всё обернул. Теперь, значит, я виновата? Должна была ждать, пока он наиграется с другой девушкой и соизволит явиться за мной?

– Ты псих, Макс. Может, к мозгоправу обратишься? – с деланным сочувствием предложила я и выпрямила спину.

Но я осталась на месте. Что-то удерживало меня там, не давало сбежать. Только я не могла понять, что именно, кроме того, что мне нужно скоротать пару часов до поездки. С Максимом что-то не так. Он всегда был спокойным, даже слишком, пока его что-нибудь не взбесит, вот тогда начинался кошмар. А сейчас его швыряет из стороны в сторону, точно кто-то балуется, переключая тумблер.

– Мне уже ничего не поможет, – отвечает с пластиковой улыбкой – Ну так что, ответишь на вопрос? – с безразличием прозвучали слова, но я видела – это наносное. Вот только облегчать ему задачу не собиралась.

– Не в этот раз. А как поживает Алёна?

Непроизвольно затаила дыхание. Да какое мне вообще дело до них? Меня это не должно волновать. Но отчего-то волнует.

– Не знаю. Мы давно не общались.

– Да? – будто бы серьезно изумилась я. – Что же могло разлучить такую прекрасную пару?

Максим резко наклоняется – пара миллиметров, и кончик его носа заденет мой нос. Я ощутила его теплое дыхание на своей коже, видела брызги бушующих, но сдерживаемых эмоций в его глазах. Крапинки показались темнее. Но желания отстраниться, как это всегда бывало с Олегом или, о ужас, с Артёмом, нет. Близость Макса пугает, но иначе. Ворошит спящий улей связанных с ним чувств, переживаний и это заставляет меня ещё раз удивиться. Оказывается, не так далеко я их спрятала. Всё на поверхности. Надо лишь чиркнуть спичкой и…

– Я обязательно поведаю эту историю. Но не в этот раз.

Так же резко Макс отстраняется, вскакивает на пол и уходит. Я быстро дышу, провожая его взглядом. Что это было? Что вообще происходит? Так и должно быть? И почему сердце всё никак не угомонится…

Я посидела ещё пару минут, ожидая, что он сейчас вернётся, радуясь короткой передышке. Но Максим не вернулся. Где-то в глубине дома приглушенно хлопнула дверь и больше ничего не слышно. Эм… Он же не ушел?

Я нашла Макса на просторной светлой кухне за… сервировкой стола. Брови удивлённо взлетели. Салфетки, приборы для двоих. Не глядя на меня, он достал пластиковые контейнеры из бумажных пакетов и стал перекладывать еду в тарелки. Аромат пряностей и мяса защекотал нос, заставил желудок сжаться, напомнив, что сегодня в него не попало даже чая.

– Помочь? – спросила я миролюбиво, приближаясь к Максу.

– Да. Кто, как не ты, знает, как я всё это не люблю делать.

– Помню, – согласилась я. – Знаешь, на секунду я решила, что ты ушёл на улицу.

Я достала из холодильника овощи, Максим кивнул на полку, где стояли доски для нарезки. Положил рядом нож. Нам не требовалось лишних слов, чтобы вместе суетиться на кухне. Но чтобы понять друг друга – поговорить всё же придется. Казалось, между нами возникло недопонимание и его хотелось разрешить, наконец, раз уж мы вновь встретились и даже начали общаться.

– Ты, конечно, умеешь выводить из себя, но это не та ситуация, – хмыкнул Макс, набирая в чайник воду. – А я думал, ты уснула – так долго шла.

Я мельком взглянула на парня. Он легко улыбался. И больше мне не хотелось портить ему настроение, хоть и крутилось на языке ещё несколько колкостей.

Закончив с овощами, сполоснула посуду. Повернулась в поисках полотенца, и Максим почти сразу протянул его. Наши пальцы соприкоснулись и я намеренно повторила это, на этот раз мягко удерживая руку парня. Жар импульсами распространялся по телу, но не это сейчас было важно.