Кира Лафф – Перчинка для мажора (страница 15)
- А ты молодец, - Вейн хвалит меня. – Даже не буду спрашивать, где ты научилась.
- В школе, - без задней мысли отвечаю я, не в силах оторвать взгляд от необычного для меня органа.
- В школе? – Вейн сжимает зубы до хруста. – В смысле? С кем?
Его глаза прищуриваются, а я не могу сдержать смех от его внезапного приступа ревности.
- Училась на банане, - поясняю, и тучи на его лице рассеиваются.
- Ясно, - он приближается ко мне, заставляя снова откинуться на спину. – Как мне повезло заполучить такую прилежную ученицу.
Его голос понижается, переходя в бархатистый шёпот.
Вейн берёт меня за колени и разводит их чуть шире.
Взволнованный трепет проходит по телу. Несмотря на то, что я так давно хотела этого, сейчас, когда дошло до дела, чувствую, как начинаю нервничать.
- Всё будет хорошо, малышка, - шепчет он мне на ухо, словно читая мои мысли. – Я буду очень нежен.
Вейн ласково гладит меня по голове, а потом слегка приподнимает её и кладёт мой затылок себе на ладонь. Так уютно… словно он меня баюкает… Чувствую, как его дыхание становится более тяжёлым и частым. Он касается моих складочек, там внизу. Сперва проводит по ним головкой, а потом утыкается во вход.
Поражённо выдыхаю. Ничего не могу поделать с собой и напрягаюсь, замирая на месте.
- Ты такая красивая, - шепчет он мне на ухо. – Я люблю тебя, Перчинка. Люблю…
Он давит сильнее, и я чувствую, как моя дырочка расширяется под его размер. Новое, очень острое чувство нарастает в точке соприкосновения наших тел. Стараюсь не обращать на него внимания, но через несколько секунд оно становится настолько нестерпимым, что я начинаю скулить и извиваться под его мощным телом. Вейн очень тяжёлый. Придавливает меня к поверхности крыши. На секунду замирает, а потом вдруг резко двигается бёдрами вперёд.
- Ааа! – кричу я от острой боли, что кажется разрывает всё внизу. – Стой! Стой! Подожди!
Чувствую, что на глазах выступают слёзы. Это просто невыносимо терпеть!
Вейн тут же замирает, но не выпускает меня из крепких объятий. Упираюсь ему в грудь руками, почти готовая отстранить. Там внизу всё ноет и болезненно пульсирует. Моя киска так сильно сжимается вокруг его члена, что кажется, в ней недостаточно места, чтобы он поместился там полностью…
- Вейн, я…
- Тихо, тихо, - его шёпот кажется до странного спокойным. – Ты молодец, Кари, ты просто молодец…
Он целует мои пересохшие губы. Так трепетно и нежно ласкает мой язык своим, что на секунду я забываю о боли… Она всё ещё не отступает, но отодвигается куда-то не край сознания, давая простор другим ощущениям.
Вейн аккуратно стирает мои слёзы подушечками пальцев, а потом опускается ниже, дразнит грудь, играет с сосочками. Я снова начинаю постанывать от удовольствия и расслабляюсь.
Тогда он делает плавное движение. Мои ладони тут же сжимаются в кулаки. Зажмуриваюсь и начинаю дышать глубоко и часто. Боль уже не такая сильная, но она всё ещё есть.
- Всё хорошо, - повторяет он мне на ухо, слегка ускоряя темп, - ещё немного, девочка…
Его лоб покрывается испариной. Я громко стону, ощущая его в себе. Мне хочется дать ему всё, что у меня есть… и даже если ради этого нужно немного потерпеть, то я готова и на это.
Его палец пробирается между нашими телами, ласкает клитор, который тут же отзывается на дразнящие прикосновения. Это странное удовольствие, смешанное с острой болью, растекается по телу, лишая способности трезво мыслить. Мне хочется, чтобы боль прекратилась… Но одновременно хочется, чтобы он продолжал эти плавные движения и ласки, которые так сильно будоражат все рецепторы.
Вейн берёт меня под попку и меняет угол проникновения.
- Ах… - поражённо выдыхаю я, пытаясь подстроиться.
Кажется, словно он сдерживается со мной… я переживаю, вдруг ему не понравится… вдруг я не так хороша, как его предыдущие…
Выгибаюсь в спине и робко начинаю двигать бёдрами навстречу ему. Сперва каждое новое проникновение заставляет меня зажмуриться, но, к своему удивлению, через некоторое время я всё больше начинаю ощущать нечто необычайно острое и даже… приятное…
Я будто оголённый нерв, который он щекочет лёгким пёрышком. Ощущения на грани… прямо как тогда, когда он шлёпал меня ремнём. Тогда мне тоже было больно, но потом… вдруг стало приятно…
Его пальцы зарываются в моих волосах. Вейн начинает двигаться всё резче и мощнее. С каждым толчком я открываю всё новые грани этого процесса. Хватаю ртом воздух, чувствуя, как всё его тело напрягается.
Его умелые ласковые пальцы дразнят клитор, и я тоже чувствую, как всё в животе как-то странно скручивается.
Хватаюсь за его спину. Там, внизу я сжимаюсь вокруг него так плотно, что чувствую каждую вздыбленную венку. Задыхаюсь… Прижимаюсь очень плотно, стремясь слиться с ним в единое целое и…
Внутри всё словно замирает на мгновение, а потом взрывается яркими искрами. Тело дрожит и дёргается, острый ток сносит всё на своём пути. Я захлёбываюсь в этом цунами и впиваюсь ногтями в спину Вейна, которого тоже, кажется, накрывает. Он хрипит и врезается в меня с бешеной силой, но я больше не чувствую боли. Я вообще ничего не чувствую…
Распахиваю глаза и мне чудится, словно небо обрушивается на нас, а звёзды сливаются в единое блестящее и переливающееся фейерверком пятно…
Мне хочется, чтобы это мгновение остановилось. И я тоже застыла. Вместе с любимым… Навсегда вдвоём.
Глава 19
Карен
Мы оба тяжело дышим. Наши покрытые капельками пота тела пробирает дрожь. Молчим какое-то время, глядя друг на друга с счастливыми улыбками.
Вейн снова целует меня, а потом отстраняется. Снимает презерватив, пока я разрешаю себе просто лежать и блаженно вглядываться в небо…
Теперь я женщина. Всё случилось так, как я не смела мечтать даже в самых жарких и порочных фантазиях. Отчего-то мне страшно подумать о том, что будет дальше. Страшно загадывать. Кажется, что эти мысли могут спугнуть эйфорию, что переполняет грудь.
Когда Вейн рядом со мной, я чувствую себя сильной. Словно все жизненные страхи и сомнения по поводу будущего отступают, туман рассеивается, и я, наконец, могу увидеть свой путь.
- Я не вернусь во Францию, - тихо говорю я.
Любимый застёгивает ширинку и ложится рядом, накрывая меня своей футболкой. Запах его тела и парфюма заполняет лёгкие… Дышу им в прямом и переносном смысле.
Парень ложится на бок, рядом со мной. Свожу ноги плотнее, чувствуя, насколько влажной стала моя промежность. Даже от еле заметных движение между ног всё неприятно ноет. Но я стараюсь не подавать вида. Ведь я стала старше. А взрослые должны уметь терпеть.
Вейн смотрит на меня задумчиво.
- Думаешь, отец разрешит тебе не возвращаться? – он проводит пальцами по моему лбу, щекам, подбородку. Это ласковые, дразнящие движения ужасно отвлекают от мыслительного процесса.
- А я не буду спрашивать, - улыбаюсь ему я.
- Моя свободолюбивая девочка, - на его щеке опять появляется заветная ямочка. Дотрагиваюсь до неё. Всегда хотела потрогать… Даже не верится, что сейчас я могу так просто к нему прикасаться…
- Что же ты будешь делать, Кари? - он берёт меня за руку и подносит к губам. Почти не касается моей ладони, лишь опаляет её горячим дыханием.
- Не знаю, - пожимаю плечами я. – Переведусь в колледж в штатах. Необязательно в Нью-Йорке… Хочу сбежать…
- Куда?
- В Эл-Эй? – мечтательно улыбаюсь я. – Или в Сан-Франциско! Всегда хотела жить на западном побережье! Море… пальмы… - Сжимаю его ладонь пальцами. – Поехали вместе?
Морщинка неуверенности залегает у него на переносице.
- Ты думаешь, твой отец так просто это оставит? – Вейн немного хмурится.
- Плевать на отца! – с жаром говорю я. – Знаешь сколько раз он звонил мне за последний год?
- Сколько?
- Трижды! – в горле встаёт неприятный ком. – Трижды, Вейн! И так было всю жизнь, понимаешь? Я для него ничего не значу! – признание даётся мне с трудом, но когда я произношу эти слова, то, как никогда в жизни, чувствую их правдивость. – Он хотел, чтобы родился мальчик. Ведь мой старший брат с детства отказывался плясать под его дудку. Отец хотел надёжного наследника… Ну а итоге родилась я.
Вздыхаю. Не хочется омрачать такой чудесный вечер разговорами от нашей ненормальной семейке.
- Детка, - его рука ложится на мои плечи и прижимает меня к себе крепче. – Мне очень жаль.
Он зарывается носом в мои волосы и целует лоб.
- Поэтому я хочу уехать, - твёрдо заявляю я. – С тобой…
Мне чудится, что Вейн улыбается мне в лоб. Пользуясь моментом, я набираюсь храбрости и спрашиваю его:
- Тебя, ведь, тут тоже ничего не держит?
С замиранием сердца жду ответ. Вейн так мало рассказывал о своей семье… Со слов Блейка я знала лишь то, что последние тринадцать лет он живёт с отцом и мачехой… Судя по тому, что иногда он неделями жил у нас дома, Вейн не очень близок с семьёй.