Кира Лафф – Мой сводный препод (страница 54)
- Ладно, тогда слушай…
Он смотрит в пустоту перед собой и погружается в воспоминания.
Мне кажется, ему неприятно вспоминать о прошлом, и я очень ценю, что он решил всё-таки мне открыться.
- Моего старшего брата, Диму, все любили. Отец и мама в нём души не чаяли. Он был весёлым и обаятельным. За меня в школе заступался… Когда отец с мамой ссорились и неделями не разговаривали, он всегда был рядом со мной, помогал, оберегал… Я рос довольно упрямым и нелюдимым, в то время как Дима… в общем, он был душой компании везде, где появлялся.
Внимательно слушаю Влада, а у самой сердце в груди замирает. Ведь я помню, как однажды Влад рассказал мне о том, что его родного брата больше нет в живых…
- Мы были лучшими друзьями, несмотря на разницу в шесть лет. Но… всё изменилось, когда Дима закончил школу. Тогда мы жили в другом городе, и брат поступил в местный ВУЗ на юридический. Однако у нашего отца были на него другие планы. Он хотел, чтобы брат больше вникал в его «бизнес». Мы знали, что отец занимается чем-то нелегальным, и мама умоляла его не впутывать в свои дела сыновей. Помню, как она стояла перед ним на коленях в гостиной нашего дома… Как просила его не брать Диму на какую-то «встречу». Но отец просто оттолкнул её с пути и заставил брата пойти с ним.
Влад делает паузу и тяжело вздыхает…
- Их не было всю ночь. Мы с мамой не спали. Она плакала, явно понимая - что-то пошло не так. А я по-детски успокаивал её как мог… Отец пришёл только под утро. Один. Разбитый, печальный. Оказалось, что на той «встрече» что-то пошло не так, брата ранили, он в больнице. Мы с мамой тут же собрались, чтобы поехать к нему, но… не успели. Когда мы приехали, Дима уже умер.
Влад рассказывает эту печальную историю как-то отстранённо. Но я всё равно чувствую горечь его утраты. По щекам текут тихие слёзы…
- Я был жутко зол на весь белый свет. На отца, на мать, на себя и даже на Диму… Юношеский максимализм зашкаливал, и я поклялся, что когда-нибудь отомщу отцу за то, что он втравил Диму в свои дела… Но тогда я был всего лишь пацаном и ничего не мог. На следующий день мама сбежала от отца, забрав меня с собой. Мне было четырнадцать. Мы уехали в другой город, жили в нищете, на съёмных квартирах, перебивались случайными мамиными заработками… - Я крепче сжимаю ладонь Влада. – Она заставила меня пообещать, что я больше никогда не свяжусь со своим отцом. Но спустя годы я, всё же, нарушил обещание.
- Поэтому ты сказал, что вы с мамой сейчас не общаетесь? – тихо переспрашиваю. – Она думала, что ты стал работать на него после того, что случилось с твоим братом?
- Да. Когда мне исполнилось восемнадцать, я уехал в Москву, поступать на юридический. Отучился, написал диссертацию. А когда проходил практику в прокуратуре, то познакомился там со следователями, ведущими дела по организованной преступности. Угадай, кого они тогда взяли в разработку?
- Твоего отца? – с замирающим сердцем спрашиваю я.
- Они годами пытались проникнуть в его группировку, но всё было тщетно… Торговля оружием, сутенёрство, рэкет и многие другие преступления, которым не находилось доказательств. Свидетелей находили мёртвыми, документы странным образом исчезали…
- И тогда ты вызвался помочь?
- Была сформирована тайная оперативная группа. Я должен был вступить в ряды преступной группировки, и, заручившись доверием отца, найти доказательства его многочисленным преступлениям…
- Влад… - сжимаю его ладонь в своей. – Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через такое…
Кладу голову на его плечо и обнимаю любимого. Он кажется напряжённым, но когда я приникаю к нему ближе, Влад немного расслабляется.
- А… какую роль играла в этом Вероника? – тихо спрашиваю, решая расставить все точки над i.
Губы Влада округляют хитрым полумесяцем.
- Всё ещё ревнуешь?
- Вовсе нет! – поднимаю брови. – Ничего я не ревную… Просто… просто интересно стало, вот и всё…
- Вероника, сама того не зная, сливала мне информацию о своём отце. О его делах с моим, об их совместном «бизнесе» и тому подобное… Мне даже удалось убедить её ответить на мои вопросы перед камерой. Пришлось сказать, что мы репетируем «допрос», если ею, вдруг, заинтересуются органы.
У меня от его слов глаза на лоб лезут.
- То есть ты ей врал? – серьёзно смотрю на него.
- Ей – да, - кивает, спокойно выдерживая мой взгляд. – Тебе – нет.
Влад проводит пальцем по моим волосам, а потом берёт за подбородок, поднимая его вверх.
- Тебе я никогда не врал, детка.
- Ага, - закатываю глаза. – Просто не договаривал! И, кстати, кого это вы с Виктором хотели в саду закопать?
- О, малышка, - Влад прищуривается. – Слишком много будет знать, волосы поседеют…
Внезапно он подхватывает меня за талию и придавливает к дивану, на котором мы сидим.
Быстро смотрит на часы.
- Ещё пять минут… - шепчет хриплым от возбуждения голосом. – А потом…
Касается моих губ своими и быстро просовывает в мой рот язык, не давая сказать ни слова против. Не сказать, чтобы мне так уж хотелось сопротивляться… Чувствую, как под его рубашкой ходят стальные мышцы. Жар его тела проникает и в меня тоже. Я загораюсь в его руках как спичка. Да… мы ждали слишком долго!
Глава 77
Влад
Мне кажется, я ещё никогда и ни с кем не был так близок. Половину жизни я учился прятать свои эмоции под панцирь. Сперва не показывал тоски по брату, чтобы поддержать маму в трудный период, потом стал шпионить за отцом, чтобы заставить его ответить за свои преступления… Кажется, до этого момента полной откровенности перед любимой женщиной, я и не жил вовсе. Так, просто существовал. Перебивался случайными связями, платил за интим тем, кто не требовал откровенности… При этом, думал, что всё у меня нормально. Всё в порядке.
И только теперь, чувствуя под собой нежное трепещущее тело, я, наконец, ощущаю, что дышу полной грудью. Вся боль и тоскливые воспоминания прошлого отступили, стоило лишь открыться ей. Зря я так долго тянул, надо было рассказать раньше.
- Я хочу тебя, детка… - шепчу ей на ушко, прикусывая нежную кожу. – Хочу быть рядом с тобой, в тебе… навсегда…
Теперь мне сложно представить, что когда-то я думал о ней плохо. Кажется, словно полюбил её с первого взгляда. Просто не сразу понял это… Прошлое пеленой закрывало от меня все чувства. Я смотрел на жизнь через заляпанное стекло горечи, утрат и предательств. И вот теперь эта чистая девочка провела по нему ладошкой, убрав годами копившуюся пыль и грязь. И я могу видеть чётко.
Сердце бьётся чаще. Как локомотив несётся к заветной цели – стать ближе, как можно ближе к ней.
Все эти чувства охрененно непривычные. Они сбивают с толка, путают мысли. Теперь кажется странным, что ещё недавно секс не обязательств меня вполне устраивал... Наутро я забывал, как зовут тех, кого трахал. Это было очень удобно в выстроенном мной мире… Мире, где всё было не тем, чем казалось.
Я долго плутал по этим неясным дорогам, но теперь перед глазами вспыхнула путеводная звезда. Я протягиваю руку и дотрагиваюсь до её пылающего жара.
Задираю коротенькое платьице, которым она ненарочно весь вечер соблазняла меня. Обвожу по кругу пупок, а потом приникаю к нему ртом и повторяю языком движение пальцев. Вася нервно втягивает животик и её рёбра проступают чётче словно холмы в волшебной долине. Мои пальцы скатываются с пологих склонов, спускаясь ниже к жаркой влажности её узкой пещеры.
Мне нравится разгадывать заманчивую географию её тела. Тела, в котором скрыто маленькое тайное сокровище. Самое ценное, что теперь есть у нас – наш крошечный малыш.
Никогда раньше не позволял себе спать с женщиной без предохранения. Но с Васей меня переклинило… Наверное, подсознательно хотелось связаться с ней навсегда. Проникнуть так глубоко, чтобы уже никогда не разлучаться.
Двигаю пальцами вниз, обводя нежные складочки.
Горячие и скользкие они трепещут от моих прикосновений.
С губ любимой срывается сладкий стон, и она слегка изгибается в пояснице, бесстыдно подставляясь под мои ласки.
Член воинственно натягивает ткань брюк. Хочу её так, что терпеть невозможно.
Клитор блестит от смазки. Знаю, ей хочется, чтобы я его потрогал.
Прикасаюсь губами, слизывая прозрачные капли.
- Да… ещё… ммм…
Малышка стонет всё громче. Изголодалась также, как и я.
Дотрагиваюсь до нежно-розового бугорка пальцами и слегка оттягиваю его вверх, сдвигая нежную кожу. Потом повторяю это ещё и ещё.
- Ааах, - моя малышка дрожит всем телом.
Её руки хаотично двигаются по кожаной обивке дивана, впиваясь в него ноготками.
По каменному стояку проходит ток. Пульс бьётся ниже пояса. Когда смотрю на её распахнутую киску самоконтроль сбоит.
Приспускаю вниз джинсы и дёргаю её на себя, пододвигая ближе за бёдра.
Обхватываю член в кулак и двигаю по нему несколько раз. На головке тут же выступает жемчужная капля.
Перед глазами плывёт. Блядь. От нетерпения всё тело подрагивает. Я, ведь, должен быть с ней нежным! Обещал себе, что в этот раз сделаю всё ласково… Но когда головка касается горячих складок, я забываю обо всех своих обещаниях. Резко подаюсь вперёд бёдрами, погружаясь в раскрытое лоно.
Вася поражённо смотрит на меня широко распахнутыми глазами. Её брови сходятся к переносице. Закусывает губки, хватаясь за мои предплечья, тянет на себя.