Кира Измайлова – Рыжий дракон (страница 4)

– Нет, господин, – подумав, сказала она. – Там меня отдали бы в жены тому, кто заплатил бы дороже, привел коней или овец… И лет в одиннадцать я уже была бы женой какого-нибудь состоятельного мужчины. Младшей женой, – уточнила она. – И ухаживала бы я не за одной лишь принцессой, а за всеми старшими женами, их детьми, самим мужем, конечно же… На меня взвалили бы самую грязную работу: прибираться, стирать, а это, скажу вам, в наших краях непросто. Нет, я не жалею ни о чем.

– Почему же тогда ты плакала?

– Сама не пойму, господин, – после паузы ответила Азиль. – Дома… Дома я была бы пусть и младшей женой, но женой уважаемого человека. Другой не сумел бы заплатить за меня выкуп, я все же племянница вождя. А что трудно… все так живут!

– А здесь? – Дариан загородил ее от ветра.

– Здесь я сперва была будто… – она задумалась, подбирая слова, – будто диковинный зверь. Знаете, в столице есть зверинец, там держат чудищ даже из самых дальних стран… Я всегда их жалела: они привыкли к жаре или холоду, к лесу или простору, а тут только клетка да зеваки. Так и я…

– Ну только не начинай снова плакать, – серьезно сказал он, взяв девушку за подбородок. – Мало тебе сегодня было простора?

Он улыбнулся, увидев, как вспыхнули у нее глаза.

– Облака сверху – как ковыль в степи, стелются по ветру, – сказала вдруг Азиль. – А потом, когда солнце совсем уж было зашло – будто маки цветут. Вы видели, господин, как цветут маки? Или тюльпаны? Много-много, вся долина до самых гор становится алой. Говорят, когда-то там кипела битва, пролились реки крови, потому и маки цветут…

– Нет, не видал, – честно ответил он, – но теперь очень хочу взглянуть. Правда, до весны еще далеко, но я пока разведаю дорогу, я ведь там никогда не был. Вроде кто-то из братьев летал, да они сейчас далеко, не спросишь. А ты наверняка никогда не видала теплого моря и пальм. Вот прадедушка вернется, расскажет, как лететь в те края, непременно там побываю… Захочешь, и тебя возьму. А пока идем вниз. Холодает, да и ужинать пора, я что-то проголодался… Только, – добавил Дариан, – очень тебя прошу, не надо больше яда. Не люблю я его.

– Никогда… – тихо ответила Азиль и вдруг вцепилась зубами в свой палец. Кровь капнула на древние камни. – Никогда я не попытаюсь убить вас, господин, кто бы ни отдал мне такой приказ, и уж тем более по доброй воле!

– Ты сказала, – серьезно ответил он. – Я услышал. Пойдем домой. Полетаем еще вместе?

– Если возьмете меня, не откажусь, – ответила девушка. О принцессе она и думать позабыла.

Однако принцесса о своей наперснице не забыла.

– Говори, что там? – приказала она, когда Азиль принесла ей ужин. – Он еще жив?

– Он едва не убил меня, – невыразительно ответила та, глядя в окно. На бархатном черном небе расцветали все новые и новые звезды. Каково ночью в небе? Может, Дариан не откажется вылететь и в темноте? – Он почуял яд сквозь запах всех приправ, какие только я сумела здесь найти, и захотел, чтобы я попробовала блюдо первой.

– А ты?..

– Я уже поднесла кусок ко рту, когда он меня ударил, – немного приврала Азиль. – И сказал, что я лгунья, и что он ничего больше не возьмет из моих рук. А в живых оставил только ради того, чтобы я прислуживала вам, госпожа.

– О, Создатель! – принцесса бросилась на постель. – Ну где же наши солдаты? Расстрелять это чудовище из пушек, да и дело с концом! Отчего медлит отец, как ты полагаешь?

– Я не знаю, госпожа, о чем изволит думать ваш батюшка, – ответила Азиль смиренно. – Быть может, он тоже знает легенды и ждет, пока объявится герой, который сумеет выручить вас единолично?

– Глупости какие, – нахмурилась Лилиана. – Против такого монстра – в одиночку? Это просто нелепо!

– Но когда-то рыцари сражались с драконами. Так записано в хрониках.

– Да-да, только и умирали сотнями! Весь цвет рыцарства погиб в этих глупых сражениях… – Принцесса гневно фыркнула. – С ним и армия не вдруг справится, даже при поддержке колдунов. Я читала, как погиб один из сильнейших мастеров своего дела: дракон попросту прихлопнул его хвостом, как надоедливую муху! А что уж говорить о тех, на кого они дохнули пламенем? Нет, Азиль, силой с ним не справиться, тут нужна хитрость… Кстати, где ты пропадала столько времени?

– Дракон отнес меня на высокую скалу и оставил там, чтобы я подумала и раскаялась, – ничтоже сумняшеся солгала та. – Спуститься я никак не могла, скала отвесная, а внизу утесы. Я очень замерзла, госпожа, там сильный ветер, а чайки так и норовят выклевать глаза.

– Создатель, какой ужас! – содрогнулась Лилиана. – Как хорошо, что не я оказалась на твоем месте, я сразу умерла бы от страха!

– Несомненно, госпожа.

– Значит, яд он чует, – задумалась принцесса. – А ты могла бы его… ну… ты говорила, что умеешь…

– Я умею, госпожа, только ведь для того, чтобы зарезать кого-то, нужно подойти вплотную, а он к себе так близко не подпустит, – сказала Азиль, на мгновение представив, как это она полоснет по горлу Дариана. В закатном солнце его вихры казались медными, а глаза были будто камень в том дальнем переходе: вроде бы темный, а зажги огонь – и в нем зажгутся золотые искры. И улыбка у него была хорошая, не насмешливая, просто… улыбка. Ей давно никто не улыбался просто так. – Врасплох его не застать, слух у него лучше кошачьего, шаги услышит, хоть босиком иди, все равно. А наброситься из-за угла – так я ему по плечо, не достану просто. Я уж это обдумала, пока стояла на скале.

– Нет, ну должен быть способ! – нахмурилась Лилиана и подперла подбородок рукой. – Раз прежде их убивали…

– Их убивали рыцари, моя госпожа, в латах, с пиками и мечами, им помогали колдуны, а у меня даже ножа нет. Я могу стащить один на кухне, но разве это оружие?

– Да уж… дракон, убитый кухонным ножом, вот была бы потеха! – усмехнулась та. – А еще того лучше – дракон в клетке. Послушай! Азиль! Ты же знаешь всякие травы, ты говорила, что во дворике много чего растет…

– Сонник там точно есть, госпожа, – кивнула Азиль, понимая, к чему клонит ее хозяйка.

– Ну вот! Нужно просто опоить его и… – принцесса выразительно провела кончиком пальца по горлу.

– А потом что, госпожа? Пускай даже я сумею подлить отвар ему в пищу, он уснет, но когда проснется, то, даже если будет связан, просто превратится в чудовище, а этого никакие веревки не выдержат. Были бы наготове воины, другое дело, но мы с вами с ним не совладаем, – серьезно сказала Азиль. – А сонного я зарезать не смогу, и не просите, госпожа, за такое Создатель проклянет!

– Так что же, выходит, он непобедим? – растерянно произнесла Лилиана. – Не может такого быть, у него должно найтись слабое место! Послушай, Азиль… Попробуй сойтись с ним поближе! Разговори, расспроси о том, как они живут… Тут ведь точно жил не он один, замку много веков, и портреты на стенах я видела. Давай, иди, извинись, скажи, что ты хотела выручить меня, а у вас ведь не просто травят, а и глотки режут направо-налево, верно?

– Да, госпожа, – сказала та и встала, собрав посуду.

Отравить гостя – несмываемый позор, но разве Лилиана могла об этом знать? Зарезать – дело другое, только не опоенного сонным отваром, ибо это тоже позор, так даже с врагом поступать зазорно. Но разве же принцесса поймет?

– Иди, иди, я сама умоюсь, а ты утром расскажешь, что да как, – подогнала ее Лилиана и упала на подушки.

Конечно, сперва принцессе было страшновато, но теперь казалось, что эти волнительные переживания только на пользу. Какая другая знатная девица может похвастаться тем, что томилась в плену у дракона? Правда, он мог бы быть и посимпатичнее, проявлять побольше такта и хотя бы разговаривать с пленницей почаще!

Может, не стоило прикидываться немой? Азиль, хоть и живет при дворе много лет, все равно не может усвоить куртуазного обращения. У этих дикарей обращение простое, отец как вспомнит вождя племени, так передернется, да и у Азиль сквозит сквозь привитые манеры это вот первобытное, грубое… Но надежнее такой служанки не сыскать, это уж точно!

Пускай попытается, решила Лилиана, вдруг да сумеет сойтись с этим драконом, он тоже хорошими манерами похвастаться не может!

– Ты что не спишь? – спросил Дариан, удобно расположившийся в кресле с книгой и бокалом вина под рукой. – Что-нибудь случилось?

– Нет, господин, – покачала головой Азиль.

– Ты присядь, – сказал он, – что стоять? Как говорит прабабушка Эдна, в ногах правды нет. Только сама вечно носится, как ураган.

– Вы всегда говорите о прабабушке, – заметила она, присев на краешек кресла, – это, должно быть, очень достойная дама?

– Не то слово, – Дариан отложил книгу. – Прадедушка обожает рассказывать историю о том, как она пришибла придворного колдуна хвостом. Вместе с конем. Сам он не видел, потому что умирал, но…

Азиль нахмурилась.

– Прабабушка была человеком, – пояснил он, видя, что девушка не понимает, – а стала драконом, такое случается. Прадед перепутал ее с принцессой, принес вот сюда, так она с ним и осталась. Сколько лет миновало, а живут душа в душу, хотя, конечно, норов у прабабушки тот еще, с ней даже урожденные драконы стараются не связываться. Она и крупная вдобавок, я и то мельче буду.

– А как же так вышло? – несмело спросила Азиль.

– О, это семейная легенда, – улыбнулся Дариан. – Ее приехали выручать из плена, она тоже, кстати, у принцессы была в услужении. Вот… Явилось целое войско, какой-то рыцарь вызвал прадеда на честный бой, как полагается, он вылетел, а его колдун исподтишка подбил. Прадед и рухнул в море. Тут бы и конец ему, но прабабушка задала им всем жару и его спасла. Что ты так смотришь?