Кира Измайлова – Городская магия (страница 10)
– Хватит, – приказал Давлетьяров, и я снова застыла с огненным шаром в руке. – Давай мне.
Я послушно переправила ему заряд. Огненный шарик лег Давлетьярову в ладонь, померцал пару секунд… и угас.
– Недурно, – сказал он, смерив взглядом тяжело дышащего Серегу. – Немного изменим задание. Правила практически те же самые. Вы получаете заряд, но не передаете его сразу, а поглощаете. Затем генерируете новый, чуть более сильный – Чернова, это к тебе относится! Чуть более сильный, а не впятеро сильнее! – и передаете дальше. Уяснили? Тогда начали.
Это было немного сложнее, тем более, что Давлетьяров задал приличный темп. Поглощаемый заряд вызывал неприятную щекотку, а мне ещё постоянно приходилось следить за собой, чтобы не переборщить с собственным зарядом.
Из круга выбывали почти в той же последовательности, только Света на этот раз продержалась на удивление долго. Уже вышли Рита, Леша, Сергей, а мы всё развлекались. Наверно, дело было в том, что в этой «игре» мы не только отдавали энергию, но и получали её, что облегчало задачу. Я уж было решила, что Светка меня переиграет, но Давлетьяров всё же скомандовал:
– Стоп. Чернова, заряд мне!
Я выполнила приказ, из чистой вредности чуть прибавив энергии.
– Ну почему? – заныла Светка. – Я ещё могу…
– Чернова! – не обращая на неё внимания, рявкнул Давлетьяров. – Ты намеренно пропускаешь мои слова мимо ушей? Таким зарядом ты могла её убить!
Светка немного побледнела, а я мысленно зарычала. Вот гад! Что ж он думает, я совсем дура, посылать Светке такой силы заряд? Я же вижу, что ей его не принять!
– Закончили с игрушками, – резко сказал Давлетьяров. Сегодня он был, судя по всему, в особенно дурном настроении. – Мишень все видят?
Мишень стояла на прежнем месте.
– Объясняю один раз, – произнес Давлетьяров. – Принцип всё тот же. Вы посылаете заряд в мишень, он возвращается, но заметно усиленный. Ваша задача – перехватить его, поглотить и при этом остаться в живых. Поэтому не усердствуйте особенно. Чернова, ясно тебе?
– Ясно, – буркнула я. Что ж он ко мне прицепился-то? За полную идиотку держит, что ли?
Первым пошел Леха. Задача немного осложнялась тем, что стоять надо было спиной к мишени, а генерировать и посылать заряд только по команде Давлетьарова. Леха попал в мишень в пятого раза, правда, заряд перехватил лихо. Рита особенно не усердствовала, поэтому отстрелялась быстро, поставив «огнемет» на минимум. Сергей справился вполне сносно, а Света, хоть и попадала в мишень, никак не могла заставить себя поймать возвращающийся заряд. Наконец настала и моя очередь.
Я встала спиной к мишени, внутренне собралась, но команда всё равно прозвучала неожиданно. Я обернулась, нашарила глазами мишень, одновременно генерируя заряд, и послала его точно в цель. Секундой спустя я сообразила, что сделала что-то не то. Когда же я поняла,
– Ложись!! – Сильный удар сбил меня в траву, и тут же над моей головой пронесся огненный шквал. Краем глаза я увидела Давлетьярова, принимающего на себя весь чудовищной силы энергетический поток.
Через пару секунд я решилась приподнять голову от земли и оглядеться. Наш полигон пересекала изрядной ширины выжженная полоса, мишени вообще не было, ребята осторожно поднимались на ноги, а Давлетьяров стоял надо мной, отряхивая сажу и пепел, и так замысловато матерился, что я даже заслушалась.
Давлетьяров чуть ли за шиворот вздернул меня на ноги, сильно встряхнул и проорал прямо мне в лицо:
– Ты соображаешь, что делаешь?! Голова у тебя на плечах есть?!!
– Я… я… я не нарочно!.. – начала я заикаться с перепугу. Я же действительно не нарочно! Что я идиотка, такие фокусы устраивать?
– Завтра же твоей ноги здесь не будет!! – продолжал бушевать Давлетьяров.
– Игорь Георгиевич… – смогла я вставить словечко. – У вас кровь…
Давлетьяров как-то сразу успокоился, отпустил меня и, прижимая к носу быстро намокающий алым платок, скомандовал нам возвращение в стены родного университета.
На следующий день полевых испытаний у нас не было, и я потащилась в библиотеку. В дороге меня перехватила Лариса Романовна. Я удивилась – она уже давно ничего у нас не вела, что ей могло от меня понадобиться?
– Добрый день, Наина, – поздоровалась она.
– Здравствуйте, – несколько обескураженно ответила я.
– Наина, я бы хотела с тобой поговорить… – начала Лариса Романовна, и я напряглась. Уж не поручил ли ей Давлетьяров сообщить мне радостную весть об отчислении? – Об Игоре Георгиевиче…
– Чего-о?! – У меня глаза на лоб полезли.
Лариса Романовна словно и не заметила моего остолбенения, продолжая:
– Я знаю, он вчера грубо с тобой обошелся, сгоряча пригрозил отчислением…
– Да я сама виновата, – попробовала я отбиться. – Не рассчитала немножко. У меня, знаете, как будто предохранителя нет – срабатываю сразу на полную мощность…
– Ничего, с возрастом научишься управлять собой, – приободрила Лариса Романовна. – Я просто хотела предостеречь тебя от ошибки… Понимаешь, пару лет назад здесь училась одна девочка, очень талантливая, но… чрезмерно ранимая. Один раз Игорь вот так же сорвался, накричал на неё – и она ушла. Мы всем коллективом убеждали её остаться, но тщетно…
– Ну я ж не тургеневская барышня, – буркнула я. – Подумаешь, наорал. Не отчислил бы…
– Нет, что ты, тебя не отчислят, – успокоила Лариса Романовна. – Во всяком случае, из-за этого происшествия… Просто я хотела предупредить, чтобы ты не принимала близко к сердцу всё, что может наговорить Игорь.
– Вы, конечно, извините, – не выдержала я, – но он мог бы быть и повежливее…
– Не суди его строго, Наина, – серьёзно сказала Лариса Романовна. – Игорь блестящий маг, действительно талантливый, сейчас таких очень мало. К сожалению, он вынужден был оставить практическую деятельность и заняться преподаванием. Естественно, ему это не нравится…
– А почему он практику бросил? – поинтересовалась я.
– На то были свои причины, – уклончиво ответила пожилая дама. – Могу лишь сказать, что в молодости он наделал ошибок, за которые до сих пор расплачивается…
Я вздохнула.
– Он что, базовое заклинание попытался изменить?
– Нет, что ты! Он прекрасно понимал, что такое даже ему не под силу, – улыбнулась Лариса Романовна. – Наина, я бы охотно рассказала тебе… хотя бы для того, чтобы ты не повторила его ошибок, но – не могу. Извини, это не мои секреты.
– Да я ничего… – пробормотала я.
– Ты уверена, что у тебя всё в порядке? – уточнила Лариса Романовна.
– Да конечно! – сказала я. – Я ж говорю – я не кисейная барышня, и какая-то там ругань на меня не действует.
– Отлично, – кивнула она, и мы распрощались.
Днем позже я как ни в чем не бывало явилась на полевые занятия. Сегодня мы отрабатывали электрические заряды, что было сложнее, чем заряды огненные – требовалось особым образом держать руки. Давлетьяров чуть не сорвал голос, объясняя нам, как и что нужно делать.
В конце концов получилось у всех, кроме меня. Мне никак не удавалось уловить нужную позицию, и я поняла, что ещё парочка ехидных Лешкиных замечаний или Ритина улыбочка, и я позорно разревусь. Я стиснула зубы и попыталась ещё раз. Безрезультатно.
– Локоть выше, – произнес голос у меня над ухом. – Кисть чуть доверни вправо. Да не так же…
Я была готова провалиться сквозь землю, когда Давлетьяров, встав позади меня, взял меня за локти и поставил мои руки в нужную позицию.
– Пробуй, – велел он.
Я послушно дала импульс… и между моими напряженными пальцами проскочила-таки зеленоватая искра, оставив после себя неприятное покалывание в кончиках пальцев. Давлетьяров, хлопнув меня по плечу, отошел. Я, честное слово, не знала, куда деться, и только через несколько минут до меня дошло, что ребята посматривают на меня не с ехидцей, а с невольным уважением и даже завистью. До сих пор Давлетьяров ни разу не удостаивал кого бы то ни было личной консультации, не говоря уж о помощи! Интересно, это его Лариса Романовна накрутила, или он и в самом деле чувствует себя виноватым из-за того, что обругал меня вчера последними словами? Скорее первое, конечно. Угрызений совести у такого субъекта нет и быть не может!..
Так или иначе, но помощь оказалась своевременной, и вскоре я догнала и перегнала признанного было первым «громовержца» – Леху. Правда, я старалась соразмерять усилия, так что на этот раз обошлось без эксцессов.
К счастью, эта часть курса быстро закончилась, Давлетьяров оставил нас в покое, и у нас появился новый преподаватель. Это был ветхий на вид, но необычайно резвый дедок Афанасий Никитич. Между собой мы звали его дедом Афоней, и он, по-моему, отлично об этом знал. Дед Афоня преподавал нам левитацию. Это было нечто! Сам дед, похожий на старика Хоттабыча, весело кувыркался в воздухе метрах в пяти над землёй, наблюдая за нашими отчаянными попытками оторваться от земли и ехидно комментируя происходящее. Внешне это очень смахивало на то, как орел поглядывает сверху вниз на глупых кур, бестолково хлопающих крыльями.
За этими экзерсисами незаметно кончилось лето. Снова начались аудиторные занятия, появились новые, ещё более сложные предметы. Не стану их называть, всё равно обывателю эти наименования ничего не скажут. Давлетьяров у нас больше не появлялся. Странно, но мне было как-то скучно без его ядовитых нотаций. Остальные же преподаватели были подчеркнуто вежливы и никогда не позволяли себе повышать голос.