Кира Иларионова – Код зверя (страница 41)

— Д-да что ж т-так тряс-сет, — заикаясь, пробормотал Лесник, подпрыгивая на полу, как мячик-попрыгун. — И д-долг-го нам т-так ех-хать?

— Николай, — отрывисто ответил Медведь. — Язык. Прикусите.

Интеллигент только открыл рот и тут же страдальчески скривился. Миша покачал головой. Путь отряду перегородила внушительная яма, и чтобы ее объехать, пришлось снова втаскивать машину на железнодорожные пути. Сам процесс, хоть и занимал лишнее время, при помощи лебедки особого труда не составлял. А вот последующая езда уже стоила парням не одной шишки. И прокушенных языков. Потому все бойцы молчали, вцепившись руками в закрепленный по стенам груз, да и просто держась зубами за воздух. Только не в меру разговорчивый Лесник продолжал совершать одну и ту же ошибку.

Вскоре «Шишига» съехала с насыпи, и тряска прекратилась. По кунгу пронесся дружный вздох облегчения. Заметив, что Макс проснулся, насупившийся Лесник перебрался к нему ближе и снял с шеи повязку, чтобы оценить состояние раны.

— Нет, что-то определенно не так, — тихонько бормотал он. — Почему до сих пор кровит? Эх, мне бы сюда оборудование, анализы сделать…

Заметив, что Николай начал менять повязку, Вика со вздохом поднялась на ноги.

— Погоди. Дай я посмотрю.

С любопытством глянув на охотницу, мужчина отодвинулся, галантно предлагая ей место рядом. Сев на колени, девушка закрыла глаза. Скривившись от стрельнувшей в голове боли, подняла веки. Переплетение пульсирующих нитей постепенно становилось все отчетливее. Энерготоки пронзали все вокруг, будто сшивали полотно мироздания. Где-то едва заметные, тусклые, где-то — яркие, полные жизни. Этими пучками, затейливыми клубками и виделись охотнице живые существа. Один из таких клубков прямо перед ней, на полу. Там, где у человека должны располагаться легкие, нити поблекли, — энергия билась в них вяло, неохотно. Приобретала сероватый оттенок. Бесцветное пятно, как гангрена, начало расползаться дальше по телу, заражая все новые и новые узелки.

— Видишь что-нибудь, Виктория? — прошептал Николай.

Вика взмахнула рукой, жестом предлагая ему помолчать. Сняв с шеи Макса незакрепленные бинты, легонько коснулась раны тонкими пальчиками. Парень улыбнулся и вновь попытался что-то произнести, но лишь невнятно засипел и закашлялся.

— Молчи, — буркнула Вика.

Охотница прижала вторую ладонь к содрогающейся груди Макса и глубоко вздохнула. Представила, как под ее сердцем образуется теплый светящийся комочек энергии. Как он делится на две неравные части и спускается по рукам. Под пальцами с тихим шипением закупоривает разрез на шее питерца. А сквозь правую ладонь всасывается в чужие энерготоки. Как несется по тускнеющим нитям, заставляя поврежденные клетки регенерировать.

Макс со стоном выгнулся дугой, оттолкнув девушку с такой силой, что та ударилась многострадальным затылком об откидную скамейку. Схватившись руками за голову, Вика свернулась на полу кунга в клубочек.

— Эй, ты в порядке? — спросил Фрунзик, аккуратно помогая охотнице сесть. — Что случилось?

Девушку била мелкая дрожь. Лицо побледнело, по лбу ручейками скатывался пот. Расфокусированным взглядом она пыталась уследить за плавающими перед глазами черными мушками.

От новых вопросов снайпера отвлек удивленный возглас Николая. Макс твердо сидел рядом с беззвучно хлопающим ртом Лесником. Разрез на его шее потемнел и затянулся, следы болезни как будто ластиком стерли с его улыбающейся физиономии. Наклонив голову, питерец хрустнул шеей.

— Я не понял, что именно ты сделала, красавица, — проговорил парень чуть хрипловатым голосом. — Но…

— Не благодари, — грубо перебила его Вика.

Оттолкнув руки Фрунзика, охотница отползла в дальний угол кунга и расслабленно села, прислонив гудящую голову к стене. Ее холод постепенно остудил полыхающий, как сухой лес, череп. Шум в ушах медленно стихал. Пройдет еще некоторое время, прежде чем она полностью восстановится. И Вика надеялась, что это произойдет до остановки на ночевку. Бледное лицо и вспотевший лоб — это ничего. А вот если парни заметят, что она едва держится на ногах, то без очередной порции подколок не обойдется.

— А я все-таки скажу тебе спасибо, — тихо проговорил Макс, присаживаясь рядом с девушкой.

Остальные бойцы отряда вполне правдоподобно делали вид, что их вовсе не интересует происходящее. Только Николай нет-нет, да останавливал на девушке едва не светящиеся от любопытства глаза.

— Сказал? — буркнула Вика. — Молодец. Тогда топай отсюда.

— Ну, не будь такой злюкой, красавица, — хохотнул парень.

Подняв голову, Макс начал разглядывать потолок. Там на подвешенном на кронштейнах сиденье ерзал Лис. Не придумав ничего лучше, в наказание за происшествие на поляне капитан загнал парня на место оператора. И, судя по тихой недовольной ругани, Лис успел там набить не одну шишку и окончательно испортить настроение.

— Значит, ты можешь не только быстро регенерировать сама, но и умеешь лечить других? — спросил Макс.

— Не умею.

— Но…

— Я не умею лечить, — более грубо перебила парня Вика.

— А что ты тогда сделала?

Охотница выдохнула сквозь сжатые зубы. В очередной раз поняв, что проще ответить, чем отмалчиваться, она медленно наклонила голову и посмотрела на питерца.

— Это сложно. Ты все равно не поймешь.

— Не попробуешь, не узнаешь, — Макс улыбнулся.

Эти улыбки выводили Вику из себя. Они были настолько открытыми и добродушными, что сопротивляться им просто не получалось. Да и не было сил на сопротивление. Выпрямившись, девушка снова глубоко вздохнула.

— Тела всех живых организмов, а также воздух, земля, вода, — все, что ты видишь, состоит из молекул. Из химических элементов. Которые, в свою очередь, состоят из протонов, нейтронов, электронов… И кучи всякой белиберды с научными названиями. Все они скреплены связями. Электрохимическими, электромагнитными… Не суть важно, — Вика помолчала, подбирая слова. — Главное, что целостность организмов поддерживает текущая в этих связях энергия. Она образует своеобразную сеть, от состояния которой зависит жизнь того или иного организма, субстанции, вещества. Особенно сложная и яркая она у одушевленных, — девушка вновь наклонила голову и посмотрела на Макса, — предметов.

— Имеешь в виду людей и животных?

— Да, — охотница на мгновение поджала губы. — Если человек ранен или заболел, его энергосеть нарушается. Связи разрываются, и тело… Если в грубом приближении, в пораженном месте тело начинает распадаться. А я могу видеть эти прорехи. И латать их.

— То есть ты умеешь лечить, — подытожил парень.

— Нет, — Вика слегка мотнула головой. — Лечение — это когда ты своими руками зашиваешь раны, вырезаешь пораженные ткани. Что-то делаешь сам. А я только подпитываю поврежденные энерготоки собственной энергией. Активизирую клетки. Непосредственный процесс заживления происходит уже самостоятельно.

— То есть, помогая другому, ты… Эм. Вредишь своему организму.

— Именно.

Девушка облегченно вздохнула. На удивление, Макс ее понял. Практически все. Перспектива разъяснять, почему не стоит к ней бежать с любым порезом, Вику определенно не радовала.

Некоторое время парень молчал, обдумывая полученную информацию. Так или иначе, но охотница умела лечить. Хоть и не без вреда для себя. В современном мире подобная способность могла бы стоить прилично. Только вот…

— А насколько серьезные раны ты можешь латать?

— Если тебя интересует, умею ли я воскрешать мертвых, — то нет. Что-либо сделать с телом я могу только до того момента, пока жив, — девушка постучала пальчиком по виску, — мозг. Если произошло короткое замыкание, то сколько ни питай отдельную ветвь механизма, по всей цепи ток не пойдет.

Вика подтянула под себя ноги и сложила руки на коленях.

— Да и слишком обширные повреждения я вряд ли смогу устранить.

— Почему? — Макс удивленно вскинул брови. — Ведь тогда после стычки с Блокадником ты практически с нуля восстановилась.

— Одно дело — я сама. Здесь все просто: мозг жив, он послал сигнал, раны затянулись. С другим человеком все сложнее. Мне необходимо переправить свою энергию в его тело. И тут вновь включаются законы физики. При передаче происходят потери. И чем быстрее необходимо действовать, — а при смертельных ранах восстановление должно быть перманентным, — тем больший поток я направляю и тем больше — теряю.

— И сколько энергии необходимо, чтобы вернуть человека с того света? Буквально.

По грустной ухмылке девушки парень понял ответ еще до того, как она его произнесла.

— Даже с условием, что я могу перерабатывать некоторые элементы своего организма в чистую энергию — как тот же меланин, — Вика провела пальцами по седой прядке у своего лица, — одного человека на это не хватит.

Ночевка прошла без происшествий. Наученные горьким опытом люди не отходили далеко от машины без необходимости. А цветущие растения и вовсе оббегали десятой дорогой. За ужином Николай вкратце пересказал капитану диалог питерца с Викой, что стало причиной глубокой задумчивости Ермолова. С одной стороны, наличие в группе медика такого рода вселяло определенное спокойствие, но с другой — тревожило, учитывая истинную задачу их сумасшедшего тура. И поведение самой девушки лишь подогревало беспокойство.

После происшествия на поляне бойцы, за исключением разве что Лиса, прониклись к охотнице своего рода уважением. Не всякий смог бы действовать так же решительно и точно. Трахеотомия человеку без медицинского образования только на первый взгляд кажется элементарной. На деле же дилетант скорее просто перережет спасаемому товарищу горло. Как ни печально, но подобные случаи в Полярных Зорях случались.