Кира Хо – Свободное падение (страница 1)
Кира Хо
Свободное падение
Глава 1. Утенок в лебедя превратился
Влад
– Она хорошенькая? – спрашивает друг, вызывая этим мой смех.
– Смотря с чем сравнивать. Мои ассоциации всегда были с гадким утенком. Ну, знаешь, низкая, доска доской, – поморщился. – Еще этот маленький нос, вечно сующийся не в свое дело. Помнишь моя мама узнала, что мы курили за школой? – друг кивнул. – Вот это она нас и сдала.
Стоим на парковке у торгового центра, подпирая каждый свой байк. Тот, кто стоит напротив – Тихий – мой лучший друг. Зовут Макс Тихомиров, и его прозвище никак не сходится с его натурой. Всегда на движе, и любой кипиш не то что поддерживает – он его создает. Почти налысо стриженая голова, темная одежда, руки покрыты татуировками, как и у меня. Весь его вид кричит об опасности, но он добрый человек, хотя и бывают проблемы с агрессией.
Начало лета порадовало солнцем и хорошей погодой, но плохими новостями. Утром за завтраком мама и Виталя «обрадовали» тем, что в страну прилетает Виолетта и что часть лета мы все проведем одной семьей в каком-то интересном месте. Не, ну Виталя-то был рад, да и мама, вроде, тоже. В конце концов, их: «маленькая девочка наконец-то закончила учебу и возвращается домой», спустя пять лет частной школы. Я, кстати, так и не понял, почему ее туда отправили.
Не то чтобы это прям плохие новости, потому что я ровно отношусь к названной сестре, которую, по сути, знал от силы пару лет в свои четырнадцать-шестнадцать. Просто лето хотелось провести по-своему. Но мне тонко намекнули, что раз я не учусь, то буду слепо подчиняться «дружественной» затее родителей.
Выходные мы с друзьями решили провести в загородном доме, и потому теперь закупали все необходимое. Алкоголь, еда, простые напитки – все это уже было погружено в машину еще одного друга, Жени.
Махнули рукой отъезжающей машине на недолгое прощание.
– Ты же помнишь, что утенок лебедем стал? – Макс пихнул меня кулаком в ребра, нагло улыбаясь.
– Не, не тот случай, я думаю, – хмыкнул и сел на мотоцикл, сняв его с подножки.
– Тогда, если она норм, можно я подкачу? – весело поиграл темными бровями.
Я фыркнул.
– Без проблем.
– Щас куда? – друг повторил то же самое со своим байком.
– Домой. Мама накрывает обед в честь приезда Виолетты. Мне сказали быть.
Нажатие кнопки, рев запустившегося движка и рой довольных мурашек по моему телу. Самая большая моя любовь – мотоцикл. Сколько девушек было в моей постели, но еще ни одна не вызывала таких эмоций, как этот двухколесный зверь.
– До вечера? – спрашивает друг, перекрикивая два движка.
Цепляю шлем на голову и киваю, а после выезжаю с парковки.
Адреналин. Страсть. Наслаждение. Вот что вызывает внутри меня этот хищник подо мной. А хищник внутри так и вовсе пытается сорваться с цепи.
Скорость за сотку в черте города, но мне плевать. Теплый ветер не кажется таковым на скорости, но это только на пользу: обдувает разгоряченное тело, создавая шикарный контраст. Голые руки в черной футболке остужаются и крепко держат руль, прибавляя скорости. Легкая вибрация отзывает внутри песней.
Свобода – единственное правильное слово. Такое же чувство, как в роупджампинге, когда летишь в свободном падении к земле и сердце замирает от ожидания, а когда резко отбрасывает назад, то и сердце уходит в пятки. Хочется еще. Больше.
Единственный минус скорости – быстро приезжаешь на нужное место. Дом встретил привычной тишиной загородной жизни. Проехал по подъездной дорожке и поставил мотоцикл в гараж аккурат между двумя родительскими машинами. Шлем на сиденье и сразу через гаражную дверь в дом.
Нос обдало приятным запахом маминой стряпни. Всегда удивлялся, зачем она готовит, если работает двадцать пять на восемь, как и Виталя.
– Влад, это ты? – мелодичный голос матери доносится с кухни.
– Еще кого-то ждешь? – ответил вопросом на вопрос.
Прошел по стеклянному коридору и завернул влево на кухню.
– Летта скоро будет. Помоги накрыть на стол, – вручила стопку тарелок мне в руки запыхавшаяся мать.
Уже выходя в столовую, спросил, бросая через плечо и повышая голос:
– Виталя поехал за ней?
– No1, – по-испански ответил Виталя, заходя в столовую из другой двери. – У меня поставки срываются, не успевал. Отправил за ней Андрея.
Подошел ближе, когда я почти расставил тарелки по четырем сторонам стола, и протянул руку для рукопожатия. Мы с ним, кстати, не виделись со вчера несмотря на то, что живем в одном доме.
– Ты где пропадал? В офис когда собираешься? – спросил он, отпуская руку.
Я не учился. Вертел я эту учебу на причинном месте. Да и зачем, если бизнес матери дает полную свободу действий. А в нем я кручусь с шестнадцати. В восемнадцать и Виталя позволил мне помогать в своем бизнесе. А потому в нынешние двадцать я был частым гостем в его офисе и левой рукой, как сам он любил повторять по-доброму смеясь.
– Сегодня суббота, – смотрю на отчима, подняв темную бровь. – Ты сам дал добро в выходные там не появляться.
– Siento2, забыл, – извинения снова на испанском и добрая улыбка.
Хлопнул меня по плечу и плывущим шагом пошел на кухню к матери.
За шесть лет я привык к отчиму. Он добрый романтик по отношению к матери и справедливый тактик по отношению ко мне.
Иными словами, мы друзья. Не те, кто делит стакан и женщину, а те, к кому идут за советом. Да и к его хаотичным вбросам на испанском я попривык, но по первости даже подбрасывало от психа.
Хотя в те четырнадцать лет, что мать притащила меня в этот дом, я бунтовал как мог. Не пытался принять «нового» отца взамен старому, который систематически избивал маму и швырял с лестницы меня. Мне, подростку, было сложно объяснить, что Виталя вытащил маму из капкана приближающейся смерти, и только годам к семнадцати я понял, что это было к лучшему. Особенно наблюдая, как мать цветет и пахнет рядом с ним.
Единственное, что продолжало смущать даже в семнадцать – наличие сестры. И хотя она уехала за границу, сам факт ее существования не укладывался в голове. Но, к счастью, мне та-ак похер на нее.
Разложил приборы и расставил стаканы. Несмотря на обилие денег в семье, общие обеды и ужины всегда проходили стараниями домочадцев, что не могло не капать на нервы. Но со временем и к этому привык.
Как раз когда я направлялся на кухню, из нее вышла мама и, закатывая глаза, по-доброму цокнула языком.
– Переоденься, Влад, – пронося противень с какой-то едой, сказала она. И бросила через плечо: – Воняешь выхлопами своего орудия смерти.
Сама была одета как в журнале. Узкое черное платье, высокая красивая прическа светлых волос и извечный легкий макияж.
Когда они только поженились, все думали, что я родной сын Витали: он такой же темноволосый, как и я. А мама что тогда, что сейчас выглядела на тридцать, а не на свои сорок пять.
Посмеялся над мамиными словами и поднялся по лестнице на второй этаж. На душ и переодевание у меня ушло десять минут с перерывами на маты и ругань: мы будто посла встречаем, а не члена семьи.
Переоделся в такую же футболку, но уже белую, и темные джинсы. Заглянул в зеркало и немного взъерошил мокрые черные короткие волосы. Брызги парфюма – и пошел обратно вниз.
Оказывается, этих десяти минут хватило, чтобы я пропустил приезд «сестры». Она стояла у входа боком ко мне и разговаривала с родителями.
Остановился на последней ступеньке, смотря на грациозную девушку с гибкой фигурой и милым лицом. Круглые формы, плавные изгибы тела, темные волосы чуть ниже плеч – все в духе ее испанской крови. А небесного цвета ангельские глаза настолько выделяются на смуглом лице, что не заметить ее невозможно. Только взгляд-то выдавал хищницу. Вот это я, блять, понимаю – утенок в лебедя превратился.
Она медленно поворачивает голову, словно чувствует мое присутствие.
– Привет, Влад, – звонким голосом с по-настоящему женской улыбкой говорит Виолетта. Да, это уже не тот подросток, которого я помнил.
Меня будто опять битой ударили! Стою как придурок: глаза широкие от шока, дышу часто, будто кросс пробежал. Мне бы хоть слово выдавить, а она светится вся.
Сглатываю ком в горле и как можно ровнее отвечаю:
– Привет.
Она игриво подмигивает голубым глазом, а я чувствую, как по телу прокатывается волна жара и в штанах становится до неприличного тесно.
Кладезь женской энергии
Diablos3! Мало мне было отвратительного полета из-за непрекращающейся головной боли, так еще и отец не приехал встречать. Вижу Андрея – помощник отца – на поле посадки рядом с черным джипом и зло выдыхаю.
Несмотря на мое обучение в частной школе в Швейцарии, папа приезжал регулярно, наверное, боялся, что я забуду, как он выглядит. Оксана, кстати, приезжала вместе с ним, но никогда не брала с собой Влада, за что я безумно ей благодарна. Всегда бесил этот хмурый взгляд тощего засранца. Настолько, что я была счастлива уехать из родного дома. Но факт того, что папа смог обрести счастье после смерти мамы, не мог не радовать мое детское сердце, хоть и маму я любила до невозможности сильно.
Удивительный факт: с Оксаной мы сразу нашли общий язык.
Андрей приветственно улыбается, протягивая руку и помогает спуститься с последних ступеней трапа.
– Добрый день, Виолетта Витальевна.
– Привет, – широко улыбаюсь, всем видом показывая, что ничего у меня не болит.