Кира Фарди – Попаданка с прицепом (страница 65)

— Странная реакция на судук, — пробормотала рядом дама Лита.

— Со мной? Ничего. А вот что случилось с тобой? Ты превратился в ангела?

Я вскочила с места и полетела к Бертану. Меня бросало из стороны в сторону, словно я села на ковер-самолет и закачалась на воздушных потоках. Бертан удивленно поднял брови. Ко мне кинулись слуги, но он остановил их движением руки.

— Я сам…

— Сам? Что ты сам можешь? — хихикнула я и дернула спинку его стула. — Или ко мне, мой повелитель.

Не успел Бертан опомниться, как я плюхнулась к нему на колени, взяла лицо в ладони и невольно залюбовалась. Мой суровый правитель — такой душка! Так бы и съела его вместо райской птички. Я лизнула кончик его носа. М-м-м! Как вкусно!

Бертан вздрогнул и отстранился. В его глазах заплескалась паника.

«Что, голубчик, не привык к такому поведению женщин?» — веселилась про себя я, не понимая, откуда берется это безудержное веселье. И вдруг увидела свое отражение в его расширившихся зрачках. Рот распахнут в смехе, глаза блестят, распущенные волосы — дыбом, словно их подняло статическим электричеством.

А оно уже гуляло по телу. Покалывало в кончиках пальцев, вызывало дрожь в коленях и губах, вырывалось с хриплым дыханием. Я даже не заметила, что зал внезапно опустел. Смотрела только в глаза Бертана, чувствовала его руки на своей талии и медленно таяла от просто сумасшедшего наслаждения.

— Виолетта, ты торопишься, — Бертан попытался снять меня с колен.

— Почему? Я хочу тебя, а ты тоже полон готовности.

Я шевельнула бедром и задела напряженную часть тела правителя.

— В нашей стране не принято такое поведение.

— Ой! Да ладно тебе!

Мне надоело ждать поцелуя. Я наклонилась и сама впилась губами в жесткие губы Бертана. Кажется, мой кавалер растерялся и сразу не отреагировал. Сидел, как каменный истукан, неподвижно.

Нет, современные девушки так быстро не сдаются. Не хочет по-хорошему, не понимает призыва, заставим пожалеть! А как насчет французского поцелуя?

Зубами я прикусила нижнюю губу Бертан и потянула на себя, и он невольно раскрыл рот. Мой капризный язык тут же воспользовался приглашением. Он проник внутрь и встретился с соперником.

А дальше… дальше я уже ничего не соображала. Целовала Бертана так, словно прощалась на всю жизнь. Он не сопротивлялся и уже через секунду начал отвечать. Его ладони крепко держали меня за талию, а потом я вдруг взлетела и оказалась у него на раках.

Бертан вскочил и понес меня к лестнице. Как мы оказались наверху, я даже не заметила. Уже лежа на широченной кровати, я срывала с себя и с него одежду, как безумная. В какой-то миг Бертан замер и отстранился.

— Нет, так нельзя! Нужен обряд.

— Да пошел ты со своими брачными плясками подальше! — закричала я, сгорая от страсти. — Иди ко мне, мой повелитель!

Я дернула Бертана на себя, и мы провалились в рай.

Глава 47

Вернее, в рай провалилась только я. Где в этот момент был Бертан, я не знаю. Наверное, ошалел от счастья, что свалилось ему на голову. Или настолько был шокирован моим поведением, что сбежал от меня, как только я заснула.

И все.

На следующее утро я узнала, что он покинул поместье Первого Советника, поручив нас с котом Кисо и его помощникам.

Я ничего не понимала и все время растерянно спрашивала то у начальника охраны, то у Стейка:

— Я чем-то обидела правителя?

— Почему он так поступил со мной?

— Получается, воспользовался и бросил, как ненужный хлам?

— Моя госпожа, — отвечал на все мои вопросы Кисо, — правитель мне не докладывает о своих намерениях.

Но по тому, как он прятал глаза, мне стало ясно, что Бертан решил взять паузу, как говорят в нашем мире.

Стейк вообще отмалчивался. Он обиделся на меня за то, что я вела себя не как истинная леди, а как девушка с улицы Красных фонарей.

— Котик, ну, прости ты меня, бестолковую! Это все их судук виноват. Откуда же я знала, что его надо пить особым методом.

Способ употребления судука я выяснила у дамы Литы сразу, еще лежа в постели.

— Скажите, что входит в состав вашего напитка? Почему мне вчера снесло крышу?

— Крышу? — дама осторожно посмотрела наверх.

Кажется, она вспомнила, как летали столы, стулья и посуда по всему замку. Мне стало стыдно, а из груди вырвался тяжелый вздох. Она перевела испуганный взгляд на меня.

— Ну, это выражение такое, — поправилась я. — Словно с ума сошла после того, как проглотила ваш судук.

— А… этот напиток делается из драгоценной ракии (я сразу вспомнила восхитительные оранжевые плоды, которые срывал Микаэль в саду) и настаивается в специальных бочках несколько лет.

— Но ракия оранжевого цвета, а ваш судук был прозрачным и газированным, походил на шампанское.

— Я не знаю, что такое шампанское, — улыбнулась дама Лита, — но сок ракии бродит и теряет цвет, когда его настаивают с ядом гринди.

— Что? С чем настаивают? — я схватила кувшин для умывания и стала яростно полоскать рот. — Зачем вы мне яд в кубок налили? Бертан! Бертан! Где ты? Вы отравили правителя?

Я вскочила с постели и кинулась к двери в чем мать родила. Дама Лита испуганно преградила мне дорогу.

— Моя госпожа! Не волнуйтесь, все нормально! Судук не яд. Он вызывает сильное возбуждение, если его пить неправильно. Нужно маленькими глотками и с перерывами, чтобы он медленно поступал внутрь. А вы залпом.

— Так, значит я вчера банально отравилась? — опешила я, наконец пришла в себя и накинула на тело простыню.

— Нет, что вы! — замахала руками толстушка. — Судук должен слегка повеселить, не больше.

Повеселить, как же! Вот я и развлеклась по полной программе! То-то от меня сбежал Бертан! Хотя… рассказ дамы Литы не объяснял поведение правителя. Он-то прекрасно знал, какое действие оказывает напиток.

«Черт! — новая мысль буквально сбила меня с ног. — Это не я его чуть не изнасиловала. Это он воспользовался моей отключкой, чтобы сделать свое поганое дело!»

Не прощу его! Ни за что!

— Ох! Виолетта, — тяжкий вздох прервал мои мысли. — Ты уж определись, чего хочешь? Сама на правителя запрыгнула. Знаешь, я слышал поговорку: Суч…

— Ах, ты мелкий проказник! — я замахнулась на кота, который выполз из-под кровати, полотенцем. — И сколько времени ты там подслушиваешь?

— Бертан ушел, Стейк пришел, — гордо заявил о себе в третьем лице кот.

— Получишь у меня сейчас!

— Молчу, молчу, молчу!

Стейк, прихрамывая важно потопал к двери.

Хоть я и отвлеклась на пикировку со питомцем, но мне все равно было тревожно. Если спонтанная ночь принесет нежелательную беременность, мои намерения вернуться домой накроются медным тазом.

— Идиотка! — ругала я себя, трясясь в повозке Первого Советника, которую позаимствовал Кисо.

— А то, — поддакивал Стейк.

— И ты меня не остановил, зараза?

— От заразы и слышу. Как же! Остановишь тебя! Прешь как танк, не разбирая дороги. Дел натворила, теперь не ной!

Да, кот был прав. Стони, не стони, а уже ничего не исправишь. Зачем раньше времени голову пеплом посыпать? Дождусь месячных, а там видно будет.

Кисо сопроводил нас в столицу. Я опять поселилась в крыле Микаэля. Мальчик так обрадовался, словно уже не чаял меня увидеть. Мы играли, складывали пазлы, учились говорить. Ребенок на лету схватывал все, что я ему рассказывала, и через две недели мог уже составлять предложения и маленькие истории.

Он оказался удивительно талантливым художником. С того момента, как я показала ему, что можно рисовать на песке и на дощечках, он не расставался с палочками и кистями. Риса, которая по-прежнему преданно служила мне, сшила мальчику специальную сумку, куда положила полую трубку с чернилами и принадлежности для рисования.

И вот наступил тот день, когда Микаэль пошел на Совет не просто поиграть в камушки, а по делу: хотел представить исторические события в лицах (кстати, моя идея!). Он вернулся ко мне с деревянными книжками, сплошь покрытыми рисунками.