Кира Фарди – Попаданец с секретом (страница 43)

— Что ты, гадина, сделала? — кинулся к ней тот.

— А ну, сдай назад! — перед ним встал Михаил. — Шустрый какой нашелся!

— Роман Викторович, давайте не ссориться. Я сняла на видео все, что вы сейчас делали. Если вы не уйдете, завтра этот ролик будет на ютьюбе, а снимки — в желтой прессе. А еще у меня есть парочка знакомых телерепортеров. Как вам такая перспектива?

— Рома, иди, — Виолетта взяла его за руку и повела к двери. — Завтра поговорим. Сейчас я не могу, прости.

Белецкий заскрежетал зубами, но, наконец, услышал просьбу хозяйки и направился к выходу. Уже в коридоре он повернулся, хотел что-то сказать, но Виолетта захлопнула дверь у него перед носом. Чувствовалось, что ей до смерти хочется выгнать и нас, чтобы остаться одной. Но надо было что-то делать с Маданом.

Но что?

Решение пришло в голову простое, как глоток воды.

Глава 21

Я чувствовала себя отвратительно. Кружилась голова. Действие лекарства закончилось, поэтому казалось, будто в кожу вбивают мелкие отделочные гвоздики: каждое движение бровями причиняло нестерпимую боль.

Белецкий кричал, и его голос звенел в ушах, как надоедливый комар. Я мечтала всех выгнать и лечь спать. Как известно, утро вечера мудренее. Может быть, проснувшись, я по-новому посмотрю на свою жизнь.

Чтобы остановить скандал, я просто обняла Бертана. Уткнулась лбом в его лопатки и закрыла глаза. Хорошо бы спрятаться за этой широкой спиной, переложить на мощные плечи свои проблемы.

К моему удивлению, это сработало. Все замолчали и уставились на меня. Я взяла режиссёра за руку и подтолкнула его к выходу. Он сопротивлялся, но меня поддержал Бертан.

Когда за шумным Романом закрылась наконец дверь, все выдохнули: одной проблемой меньше. Бертан нежно обнимал меня за талию. Ирочка сделала круглые глаза и кивнула в сторону кухню, намекая взглядом, что пора поговорить. Я ее прекрасно понимала: то не признавалась, что знаю Берта, а то вдруг лезу с обнимашками.

— Миш, вы можете с Ириной покараулить Мадана? — вдруг сказал Бертан.

— А ты куда?

— Я заберу Виолетту к себе домой. Во-первых, она должна хорошенько отдохнуть, а во-вторых, мы хотим остаться одни, чтобы поговорить.

— А что делать с этим товарищем? — Михаил кивнул в сторону зала.

Я сразу уловила его идею и пошла в комнату. Сложила в пакет сменное белье, зубную пасту и щетку, задумчиво посмотрела на пачку презервативов: взять или не взять? Прислушалась к своему состоянию. Чувствовала себя отвратительно, поэтому отвернулась и вышла в коридор.

— Сдай его в полицию как вора, — говорил между тем Бертан.

— Вызвать наряд сюда? Но что мы скажем, если хозяйки не будет?

— Потом разберемся. На столе лежит меч. Он украшен драгоценными камнями. Пока будут разбираться, откуда он его взял, несколько дней пройдет. Потом что-нибудь придумаем.

— Пойдем? — я взяла Бертана за руку.

Он удивлено посмотрел на меня и кивнул. Мы вышли из подъезда и под руку, как семейная пара, пошли к выходу со двора.

— Сегодня открыт портал, — тихо сказал Бертан. — Не хочешь посмотреть?

Я вспомнила замок Хесвелл, Микаэля, изумительный вкус ракии, и сердце вздрогнуло и застучало от волнения. Как я могла все забыть?

— Бертан, ты расскажешь, как оказался в Москве?

— Обязательно.

— И почему я потеряла память при перемещении, а вы с Маданом — нет.

— Этого я не знаю, но могу предположить.

— Хорошо.

Я прислонилась лбом к его плечу.

— Голова болит?

— Да, начинает. Нужно было взять таблетки.

— В соседнем подъезде — аптека. Зайдем?

— Ты уже так легко ориентируешься в нашем мире? Давно живешь?

— Сразу за тобой попал.

— И меня не увидел?

— Нет. На меня напали бандиты, ударили по голове, и я очнулся в больнице. Потом долго разыскивал это место, — телеграфным текстом рассказывал Бертан.

Мы не заметили, как подошли к мусорным контейнерам. Я притормозила, а потом свернула к ним.

— Хочу посмотреть. Говоришь, портал открыт?

— Но, увы, в той коробке, откуда мы все появлялись, сейчас лежал мусор. Судя по его количеству, в последний час точно не было провала в чужой мир.

— Пойдем ко мне.

Мы зашли в аптеку, купили таблетки от головной боли и направились к высотному дому. Поднялись на лифте на восьмой этаж, свернули в боковой коридор и остановились у обшарпанной двери. Бертан достал ключ. Все было настолько удивительно, что я раскрыла рот.

— Я не понимаю, как ты умудрился за такой короткий срок освоиться в нашем мире, да еще и заиметь квартиру. Снимаешь ее?

— Это комната в общежитии. Мне выдали ее, так как я работаю дворником при местной управляющей компании. Проходи.

Я вошла в комнату и с любопытством огляделась. Сразу стало ясно, что это жилище холостяка: ни малейшего намека на уют. У окна стоял стол, на нем на штативе — мощный военный бинокль. Справа — старый диван, а слева — холодильник и комод, на котором я заметила поднос с электрическим чайником и чашками. Вот и все убранство жилища правителя Хиллы.

Берт засуетился. Он поправил плед на диване, забрал из моих рук пакет, а меня усадил, как важного гостя. Потом кинулся включать чайник и доставать из холодильника еду.

— Прости, я почти не ем дома, — оправдывался он.

— Бертан, не суетись. Давай поговорим.

— Сначала чай.

Пока он готовил угощение, я подошла к столу и заглянула в бинокль. Перед глазами открылся двор в мельчайших подробностях. В свете фонарей хорошо виднелась каждая дорожка, каждый куст.

— А зачем тебе это? — воскликнула я.

— Тебя разыскивал.

— В смысле?

Чем больше я расспрашивала Бертана, тем больше ему удивлялась. Аристократ, правитель, который ни разу сам не одевался, работает дворником, выживает в чужом мире и даже неплохо справляется. Нежностью наполнилось сердце. На глаза навернулись слезы. Я подошла ближе в своему мужчине и взяла его лицо в ладони.

— Ты чего?

Он наклонился ко мне, и я опять утонула в весенней зелени глаз. Какой он красивый! Какой родной!

— Соскучилась.

— Ах, ты… Виолетта!

Бертан нежно, по-домашнему, поцеловал в губы. Ничего общего с былой страстью этот поцелуй не имел. Или он сдерживал свой порыв, или обстановка не располагала к интимной близости, но мне любовь, которая лучилась из его глаз и обволакивала меня мягким облаком, была намного дороже.

Мы пили чай с малиновым вареньем (откуда оно у Бертана?) и просто смотрели друг на друга. И мир вокруг перестал существовать. Что делает Михаил с нашим врагом, чем занимается, сейчас нас не интересовало совершенно. Мы даже отключили свои телефоны, не желая, чтобы глупый случай разрушил эту идиллию.

Бертан раздвинул диван и застелил его свежим бельем. Он подошел ко мне, внимательно посмотрел в глаза, а потом взялся за края футболки и потянул ее вверх. Я не сопротивлялась. Мне было так хорошо, словно я вернулась домой из дальнего странствия.

— Ложись спать. Ты устала. Завтра поговорим. Хорошо?

— Да, — Бертан взял меня на руки и крепко прижал к себе. Я даже глаза закрыла от удовольствия. Он сделал шаг к дивану и осторожно положил меня, потом бережно укрыл одеялом. Я вцепилась в его руку. — А ты куда?

— Я лягу на полу.