Кира Фарди – Пантера для миллионера (страница 5)
Трик-трак.
Что это? Максим остановился и прислушался, пытаясь понять природу звука.
Трик-трак.
Он растерянно обернулся, но все было нормально. Люди бродили между столами, громко разговаривали и пили шампанское. В глубине шатра в центре сидели молодые. Рядом мирно разговаривали родители. В руках у многих он заметил тарелочки с едой. Желудок напомнил о себе голодными спазмами, и Максим направился к фуршетному столу.
Треск сзади опять заставил его замереть. Он повернулся и… словно в замедленной съемке увидел, как опора наклоняется вбок прямо на девушку-организатора, а вместе с металлической конструкцией заваливается на головы гостям тяжелый полог.
– Осторожно! – во всю глотку крикнул Максим и рванулся к столбу.
Он схватил девушку сзади за талию, приподнял ее, прыгнул в сторону с помоста и упал, накрыв ее собой. Действовал рефлекторно. Инстинкт самосохранения диктовал рукам и ногам команды, хотя голова в процесс даже не включалась.
– Пусти меня! Что делаешь? – закричала организатор и забилась под ним.
– Опора…
Легкий треск наверху вдруг стал оглушительным взрывом. Где-то сбоку раздался грохот, что-то тяжелое плашмя свалилось на землю и задело Максима по ногам.
Секунд пять царила мертвая тишина, а потом вдруг кто-то закричал, и кричал на одной ноте, не останавливаясь. Максим повернул голову и со страхом, сквозь прищуренные веки, смотрел на происходящее. Ближайшая часть стены и крыши шатра обрушилась, так что он и девушка-организатор оказались на самом краю тента.
Там, где только что сидели за столами гости, он видел лишь тяжелое белое полотно, которое, как саваном, накрыло людей. А они отчаянно шевелились и барахтались под ним.
Максим вскочил на ноги.
– Ты жива? – спросил он девушку, протянул ей руку, но сам не отрывал взгляда от сооружения.
Девушка-организатор проигнорировала его ладонь и тоже поднялась. Максим слышал, как она растерянно повторяла:
– О боже! Что делать? Что делать?
– Скорую вызывай. И полицию! – приказал Максим и бросился к шатру, но остановился, лихорадочно прикидывая, как лучше попасть внутрь.
Другая сторона шатра сильно накренилась, так как упавшая часть крыши тянула на себя все сооружение, но еще держалась. Между краем полога и замлей оставался небольшой просвет в виде треугольника с острым углом. Но это было ненадолго: один сильный порыв ветра, и люди окажутся полностью погребены под завалом.
С той стороны начали по одному выбираться гости. Видимо, те, кто находился на краю помоста и меньше пострадал. Одни передвигались на четвереньках, другие ползком. Третьи, расталкивая соперников, прорывались к воздуху с боем. Паника – самое страшное в таких ситуациях.
Поняв, что здесь ему не пролезть, Максим вернулся к месту обрушения опоры. Руки его дрожали, ноги подкашивались. Под тяжелым полотном были все его родные, и он не знал, что с ними случилось. Один раз он поскользнулся на мокрой траве и чуть не упал, но думать о себе было некогда.
Он увидел барахтавшуюся под тканью помощницу организатора. У нее торчали наружу ноги, но она никак не могла выбраться. Максим резко дернул на себя девушку, сначала показалась ее спина, потом голова, и вот она уже на свежем воздухе открывает истерично рот.
Воздух! Там, где людей накрыло тяжелое полотно, может не хватать воздуха.
– Что дальше делать? – подбежала к нему организатор.
– Найди ножи, режь полотно.
Максим упал на колени, приподнял тент, он неожиданно подался, но был невероятно тяжелым, одному не справиться. Ильи, который тоже выбрался с другой стороны, кинулся к нему. Они, напрягаясь изо всех сил, подняли полотно на небольшую высоту, чтобы дать людям приток воздуха.
Вдруг рядом Максим услышал шум мотора, оглянулся: девушка-организатор поняла их действия без слов. Она завела Ауди, подогнала ее к остаткам шатра и вогнала машину носом под край тента. Натужно работал мотор, Максим и Илья тянули на машину тент, к ним присоединились и другие мужчины.
Наконец машина полностью въехала, полотно легло на ее крышу. Люди на четвереньках стали выползать из-под завала в образовавшийся просвет.
– Этого недостаточно. Надо что-то повыше, – крикнул он. – К центру не доберемся.
– Может, трейлер?
– Автобус?
– На автобус тент не сможем затащить.
– Что тогда?
– Режем полотно.
– Ты куда? – крикнул Максим организатору, увидев, что она метнулась к просвету.
– За ножами. Меня Жанна зовут.
Максим кивнул. Он сейчас думал только о том, как добраться до центра шатра, чтобы помочь выбраться родным.
– Господи, хоть бы ничего не случилось!
Он смотрел на неустойчивую конструкцию, которая, если обрушится до конца, может погубить людей, и молил бога, чтобы она еще немного продержалась. Он бросился к двум женщинам, которые не могли вылезти из завала. Одна из них стонала, а вторая ее уговаривала сквозь слезы:
– Наташенька, ты потерпи. Наверняка уже вызвали скорую.
– Вам помочь?
Женщина подняла на него глаза и кивнула. Макияж размазался, губная помада безобразно расплылась вокруг рта. Ее подруга буквально лишилась дара речи от страха. Бледное лицо, одежда изорвана, из порезов сочится кровь.
– На нас стол упал и осколки посуды посыпались прямо на Наташу. Ее по голове ударили.
– Я помогу, – рядом снова была Жанна.
Максим кивнул, встал на колени и полез в просвет. Первая партия людей уже выбралась, поэтому метра два он передвигался успешно, но потом свободное пространство сузилось, и ему пришлось лечь на живот и продвигаться ползком.
Он наткнулся на пару ног, совершенно неподвижных. Осторожно тронул ступню в ботинке.
– Вы живы?
Тихий стон был ответом. Полотно пропускало дневной свет, и темно-синяя ткань брюк показалась ему знакомой. Приподняв рукой тент, Максим увидел пиджак, застегнутый на все пуговицы, платочек в кармане и неподвижную руку, все еще сжимавшую ножку разбитого бокала. На безымянном пальце поблескивало кольцо-печатка со знакомым рисунком.
– Отец! Папа! – Максима трясло от страха и переживаний. – Ответь! Ты в порядке?
– Терпимо, – еле слышно произнес отец. – Жив. Где мама и Славка? Найди их.
– Пап, ты потерпи, сейчас тебя вытащат.
– Я помогу, – раздался сзади голос Ильи. – Ты ищи остальных.
Максим даже не заметил, что друг последовал за ним.
– Плохо дело. Б-боюсь б-будут серьезные травмы, – тихо сказал он дрожащим голосом.
Илья ответил ему испуганным взглядом и стал помогать отцу Максима встать на колени и осторожно спиной вперед выползать из-под тента.
Максим снова встал на четвереньки и начал продвигаться к задней части шатра. Здесь тоже были люди. Они лежали в разных положениях, осыпанные осколками стекла, остатками еды с фуршетного стола, где-то тоненько плакала женщина. Ее голос показался Максиму знакомым.
– Кристина, где вы?
– Максим, мы у сцены, – всхлипывания стали истеричными.
– Вы живы?
– Да, но зажаты со всех сторон. И мама…
– Что мама?
– Не отвечает.
Максим не переспросил, чья мама, ее или его, не до этого было. Лучше не думать о плохом. Места стало больше. Он понял, что добрался к той стороне шатра, которая еще держалась на наклонившихся опорах. Снаружи доносился какой-то шум, выли сирены. «Быстро они приехали», – удивился он, но упрямо пробивался вперед.
Наконец он увидел сцену, а дальше, за поваленными столами, Кристину. Она сидела на полу и держала в ладонях Славкину голову.
– Что с ним? – испугался Максим.
Он почувствовал, как сердце сжалось, в груди поднялась такая волна тревоги, что он испугался, что сейчас, так не вовремя его настигнет приступ.