Кира Фарди – Огненный холостяк, или Как заставить дракона жениться (страница 50)
— Послушает, говоришь? Это просто замечательно! Может, тогда он забудет свою леди Аэру.
Истошный вой, словно рожденный в самой утробе земли, вначале едва слышный, призрачный, вдруг обрушился на дворец оглушительным, всепоглощающим шквалом звуков. И тут же массивные двери распахнулись, и в будуар королевы ворвались слуги и придворные дамы.
— Ваше Величество… беда!
Перепуганные подданные дружно упали на колени.
— Что случилось, отвечайте немедля! — прогремел голос королевы.
Лира встрепенулась, словно от удара, инстинктивно скрестив руки на груди. Сердце бешено колотилось, отравленное зловещим предчувствием.
— Мантикора! В припадке ярости она терзает прутья клетки, никого не подпуская, — прозвенел в воздухе взволнованный голос.
Лира присмотрелась.
Санита! Наконец-то! Ей пришлось подавить клокочущее в груди желание подлететь к этой рыжей змее и вытрясти из нее все секреты.
Но служанка уже заметила ее. Глаза ее расширились от ужаса, она метнулась в сторону, словно испуганная мышь, и скрылась за широкими юбками придворных дам.
— Успокойте ее! Призовите жрецов, пусть накинут магические сети, погрузят в сон! Не мне вас учить!
— Ваше Величество, никто не может совладать с ней, — пролепетала пожилая фрейлина. Седая голова ее тряслась, словно от порыва ветра, и, казалось, она вот-вот рухнет на пол. Лира бросилась к ней на помощь.
— Госпожа, позвольте мне помочь вам.
— Что ты творишь, девчонка! — прошипела фрейлина, сверкнув злобными глазами. — За нарушение дворцового этикета полагается смерть!
— Не ворчи, Гаринда, — отмахнулась королева. — Подними ее, Лира. И вы все… встаньте!
Служанки и фрейлины, словно по команде, выстроились в два печальных ряда. Головы их были понуро опущены, словно это они были виноваты в ярости заточенного в подземелье чудовища.
В этот момент Лира краем глаза заметила движение. Санита пыталась незаметно проскользнуть к выходу.
— Ваше Величество! — воскликнула Лира. — Я смогу успокоить мантикору!
— Ты? Как? Если великие жрецы не справились…
— А я смогу, — Лира гордо вскинула голову. — Этой ночью мы стали… подругами.
Придворные дамы застыли, устремив на Лиру взгляды, полные нескрываемого изумления, словно видели перед собой заморскую диковину. Сам факт, что чужеземка, дерзнувшая проникнуть в святая святых — мрачное подземелье дворца, поверг их в оцепенение.
— Что ты делала ночью в темнице? — вопрос королевы прозвучал, как удар хлыста.
— Не знаю, — Лира бросила мимолетный взгляд на Саниту, стоявшую неподвижно, словно изваяние из камня. «Так тебе и надо, змея! Трясись, трясись от страха!» — подумала она, совершенно не чувствуя жалости к подлой служанке. — Ваше Величество, вы спрашивали, куда я исчезла после бала, и я не знала, что ответить. Так вот, после купания я пришла в себя в клетке мантикоры. Кто и как перенес меня туда, остается для меня загадкой. Но это несчастное животное, к моему удивлению, приласкалось ко мне, словно котенок, и…
— И что случилось? — выдохнула королева дрожащим голосом.
— И мы провели ночь в тихой беседе. Мантикора рассказала мне о своей тоске по вольным равнинам и звездам, о разлуке с сородичами и о боли от неволи. Я же поведала ей о своем одиночестве в этом чужом дворце, о непонимании и страхе перед завтрашним днем.
— Но… чудовище не умеет говорить.
Лире показалось, что королева, сидевшая до этой минуты свободно, даже вдавилась в спинку кресла, чтобы быть подальше от опасной собеседницы.
— Я понимала ее без слов, — улыбнулась уголками губ Лира, довольная произведенным эффектом. — Потому и утверждаю, что смогу успокоить чудовище.
— Конечно, конечно! — королева встала. — Мы все пойдем с тобой.
— Нет, что вы! — Лира даже выставила перед собой ладони.— Это опасно. Но…
— Что? Проси все что хочешь!
— Мне понадобится помощник, молодой и сильный.
— Стража, сюда!
Гаринда затрясла колокольчиком, в будуар ворвался Коэр.
— Ваше Величество, я к вашим услугам.
— Нет, такие помощники мне не нужны, — замахала руками Лира. — Я возьму с собой вот эту служанку. Вы не против?
Она показала на Саниту. Придворные дамы расступились, и девушка не знала, куда спрятаться от смущения.
— Ее? Но почему ее? Она присматривает за моим внуком.
— Но сейчас-то она здесь, а с маленьким (Лира чуть не ляпнула «монстром», вовремя прикусила язык) находится его отец.
— Ты права. Бери ее с собой. Санита…
Рыжеволосая служанка так побледнела, что стала видна каждая крапинка на ее лице. Лира поклонилась и пошла к двери. Проходя мимо Саниты, она прошипела:
— За мной!
— Госпожа, пожалуйста, — заторопилась служанка. — Я выполняла приказ.
— Вот по дороге и расскажешь, чей приказ ты выполняла и за какую награду!
Они покинули дворец, пересекли обширную площадь и нырнули в узкую боковую улочку. Путь указывал командир гвардейцев, чья фигура маячила в нескольких метрах впереди, словно призрак. Позади, торопливо перебирая ногами, следовала королева в сопровождении своей свиты. Лира и Санита брели вдвоем, словно две заблудшие души.
— Госпожа, — проскулила служанка, словно загнанный зверек.
Лира вцепилась в ее локоть, сжав кость с такой силой, что Санита вздрогнула и попыталась вырваться. Но травница, злая, как стая разъяренных драконидов, не собиралась отступать. Ее глаза метали молнии.
— Говори, стерва, где мое ожерелье? Иначе доложу Ее Величеству, и тогда тебе не сдобровать.
— Я не брала его, — взвизгнула Санита, испуганно оглядываясь по сторонам, словно ожидая удара в спину.
— А кто брал? Кто посмел?
Они приближались к мрачным воротам темницы, зияющим, как пасть чудовища. Стражники охраняли вход, но, завидев процессию во главе с королевой, согнулись в низком поклоне.
— Ее Величество желает навестить свою мантикору, — важно объявил Коэр.
— Да-да, — пролепетали караульные, мгновенно распахивая ворота.
И тут новый приступ воя, словно раскаленная игла, пронзил воздух над двором темницы. Он ввинчивался в сознание, парализуя волю, лишая способности мыслить. Свита зажала уши ладонями, пытаясь укрыться от нестерпимого звука. Гаринда, как встревоженная наседка, забегала вокруг королевы, предлагая ей какие-то заглушки для ушей, словно это могло помочь.
Из ворот, задыхаясь, выбежал командир караульных.
— Ваше Королевское Величество, — засуетился. — Нельзя! Там опасно. Мантикора вот-вот вырвется из клетки!
Обеспокоенный взгляд метался от одного важного лица к другому, и вдруг упал на Лиру. Его лицо исказилось, подбородок напрягся, а губы сжались в тонкую, дрожащую линию. Сегодня она была одета не в наряд придворной дамы, а в золотое платье невесты, сияющее, как солнце, поэтому Лира понимала причину его нервозности. И тут он совершил нечто неожиданное: одним стремительным движением выхватил меч из ножен и выставил его перед собой, преграждая путь.
— Ты спятил! — рявкнула старшая фрейлина и затрясла седой головой. — Как смеешь, смерд, обнажать оружие перед Ее Величеством?
— Будет тебе, Гаринда, — отмахнулась королева. — О небеса, как страдает моя девочка! Сердце мое разрывается!
Мантикора, словно и правда расслышав голос хозяйки, издала новый, еще более душераздирающий вопль, полный тоски и боли.
— Позвольте нам пройти! — решительно заявила Лира, в ее голосе звучала сталь.
— Нам? Кому? — нахмурился командир, окинув ее недоверчивым взглядом.
Лира кивнула на Саниту и крепче сжала ее локоть. Она видела, что служанка находится в полуобморочном состоянии, трясется, как осиновый лист, но это не остановило ее. Охранники, получив молчаливый приказ командира, расступились, пропуская их. Травница первой шагнула во двор темницы и потащила девчонку за собой. Служанка уперлась каблуками в землю, сопротивляясь и тормозя.
— Иди, зараза! Иначе… — прошипела Лира, и злобный взгляд, которым она окинула Саниту, заставил служанку всхлипнуть и покорно пойти следом.
Лира распахнула дверь темницы и шагнула в мрачный сырой коридор.