Кира Бег – Король моих мыслей (СИ) (страница 16)

– Не расстраивайся, её только могила исправит. Зато вот достанется же кому-то жена на его бедную голову! – хихикнула Саня, и в красках описала, как должен проходить семейный обед Анники и её будущего мужа. Мы хихикнули.

Наконец, медленно растворяющиеся створки ворот застыли. Во двор хлынула толпа, и ученицы поспешили навстречу, выискивая своих родных. Саня повела меня за собой, уверяя, что я ничуть ни ей, ни родителям не помешаю.

– Вон, смотри! Вон они! Димка, папа, мы тут! – Саня подпрыгивала и махала рукой. Над толпой возвышался мальчик, он сидел на плечах мужчины и вертел головой, выискивая кого-то. Ребёнок увидел нас и стал тоже махать рукой в ответ.

– Это и есть твой брат? – поинтересовалась я у Сани.

– Да, младший, Димка, то есть, Димитрий. Я тебе про него утром рассказывала, он летом в подарок настоящего охотничьего щенка получил. Будет этим хвастаться, будь готова, – подмигнула мне подруга и потянула навстречу своим родителями.

Оказалось, Димитрий сидел на плечах своего отца, и тот, похоже, вовсе не считал это зазорным или неприличным. Мать Ксании оказалась пухленькой смешливой женщиной, и, услышав, что ко мне сегодня никто не приедет, тут же взяла меня под свою опеку.

Приехал ещё один брат Сани, Олег, тоже младше её. Следующей осенью он поедет поступать в мужское училище. С направлением учёбы он ещё не определился, на вопросы отвечал односложно. Судя по всему, он чувствовал себя неуютно, вроде как уже слишком взрослый, чтобы баловаться и радоваться, но ещё слишком ребенок, чтобы вести себя наравне с остальными. Я подмигнула юноше, и тот смущенно отвернулся.

Мы с Саней устроили её родным экскурсию, показали учебные корпуса и нашу комнату. Олег смотрел на всё с интересом, Димку нам пришлось едва ли не за уши оттаскивать от мишеней на заднем дворе, а родители Сани привезли нам большую корзину гостинцев. Мать Сани подарила ей собственноручно связанную пушистую шаль, а мне в подарок повязала на шею вязаный шарфик.

– Нам Ксаня сказала, что ты простывала. Впредь как следует кутайся, не ходи с открытым горлом!

Я смущалась и говорила, что не стоило обо мне волноваться, на что все только улыбались и пытались накормить меня пирожками. После гостинцев мы были такие сытые, что не пошли в столовую, а вместо этого ещё немного погуляли и отправились переодеваться.

Для гостей выделили комнаты в учебном корпусе, куда и направились мужчины, а мать Сани осталась с нами и помогла сделать потрясающие прически. А потом заговорщически подмигнула, и достала из сумки шкатулку с косметикой. Саня с радостными визгами повисла у неё на шее, и следующие полчаса мы потратили, нанося румяна и помаду.

Мне было это непривычно и весело. Мои родители всегда держались отстраненно, а здесь, с посторонними для меня людьми, оказалось легко и уютно. Я понимала, почему Анника так кривилась при виде Сани. Ни её, ни её родителей нельзя назвать цветом аристократии.

Но, возможно, именно поэтому с ними было просто, я видела, что эти люди искренне любят своих детей. Я завидовала Сане и радовалась за неё.

В первый раз после перевода я получала удовольствие от бала. Чтобы вместить всех, открыли все двери на первом этаже учебного корпуса, и мы вальсировали из холла в залу общих сборов, оттуда, через широко распахнутые двери, обратно в холл и залу для танцев и самообороны.

На первый танец Саню пригласил её отец, Олега родители заставили пригласить меня, а Дима танцевал с матерью. Потом я танцевала с отцом Ксании, весело проплясала полкруга с подругой в паре. Потом меня пригласил старший брат одной из учениц, а затем – профессор Эрик.

Он был в костюме модного покроя, к которому обычно полагался шейный платок, но, похоже, профессор об этом забыл. Эрик изящно склонил голову и сказал, что я чудесно выгляжу. Я смутилась и спросила профессора, где его шейный платок. Не хотелось, чтобы Эрик и дальше позорился перед гостями.

Профессор тоже смутился и сразу после танца пошел искать пропажу. Через два круга я увидела его в холле, беседующим с профессором Джозефом. Платок был на месте.

Я ещё много танцевала с чьими-то братьями и отцами, смеялась с Саней у столика с напитками и снова танцевала. В комнату мы с Ксанией вернулись очень поздно, и, уже устроившись спать, долго говорили, не зажигая света. Её родители уехали ещё до конца праздника, но мы понимали, что им предстоит долгий путь. Мы тепло прощались, и они желали нам с Саней присматривать друг за дружкой. Это был чудесный день.

На следующее утро я, наконец, смогла пойти на тренировку. Правда, из-за того, что поздно уснула, было тяжело, но у леди Виктории и профессора Олрида оказался восстановительный комплекс упражнений для тех, кто недавно болел, и меня отправили вместе с тремя девушками заниматься в сторонку. Ксании поблажек не было.

Дальше в течение дня были лёгкие занятия, вроде рукоделия и музицирования, вероятно, преподаватели догадывались, что мы можем нарешать на экономике поместья после вчерашнего веселья. После обеда в честь праздника нам дали свободное время, и я с прочими ученицами играла во дворе в салочки, а потом мы пели смешные песенки в музыкальном классе и играли в карты и модные шашки.

Ненадолго к нам заглянул профессор Эрик и спел забавный куплет. Правда, вставая из-за рояля, он нечаянно смахнул ноты, и листки разлетелись по комнате. Смутившись, он помог ученицам собрать ноты и тут же ушёл. Потом на шум зашла одна из леди-преподавателей и принесла схемы для вышивания, поинтересовалась, какой рисунок лучше подойдёт для скатерти в подарок новобрачным?

Перед уходом она показала хитрый танцевальный шаг, который наверняка запутает ноги кавалеру. Мы с другими ученицами смеялись и представляли, как на ближайших субботних танцах все кавалеры разом начнут спотыкаться. Может, зря я отказывалась от развлечений и всё время сидела в библиотеке?

Вечером мы с Саней делились впечатлениями и доедали гостинцы от её родителей. Только мыслями я была далеко от нашей комнаты. Интересно, как Александр провёл праздник? Почему-то казалось, что за государственными делами он его и не заметил.

От Сани не укрылось моё настроение.

– Что с тобой, подруга? Такая печальная. Вот, держи пирожок. Только не говори, что снова простываешь!

– Спасибо, Саня. Не волнуйся, я хорошо себя чувствую.

– А что тогда? Слушай, тебя уже давно не снимали с занятий к твоему придворному учителю. Он не приезжает больше?

Уловив мой печальный вздох, Саня отложила пирожок в сторону и удивленно на меня посмотрела:

– Лира, только не говори мне, что ты влюбилась!

– Что ты такое говоришь! – возмутилась я. – Ничего подобного! А не приезжает потому, что он занятой человек и не может тратить на меня много времени.

– Ладно-ладно, считай, что я этого не говорила, – примирительно подняла ладошки Саня. – Но ты после этих занятий всегда сама не своя.

– Просто… он меня пугает, – созналась я, глядя на свои руки.

– Такой страшный? С бородавкой на носу и шрамом на всё лицо? – округлила глаза Саня.

– Нет, что ты, обычный мужчина, – я рассмеялась. – Он… очень строгий, и я не понимаю, что он от меня ждёт, – я попыталась поделиться своими переживаниями, не выдав лишнего.

– О да, что у мужчин в голове, понять невозможно. Поверь мне, сестре пятерых братьев! – заявила Саня, и мы рассмеялись.

Глава 14. Усталость

А на следующий день с утра у меня было какое-то странное настроение. Будто я что-то жду. Или кого-то. На улице падал лёгкий, редкий снег, иногда превращаясь в дождь. Снежное покрывало ещё не скоро ляжет окончательно.

Решив довериться своим догадкам, сразу после завтрака я сказала Сане, чтобы она меня не ждала, и заглянула на кухню. Повариха улыбнулась – я часто забегала к ней за молоком и ватрушками.

– Ну что, леди, уже соскучились по моим булочкам? Вроде же только завтрак прошёл!

– Спасибо, но я сегодня не за этим. Можно вас попросить передать в кабинет ректора что-нибудь мясное?

– Сегодня опять будут посетители? Хорошо, сделаю. Только леди на завтрак мясо не едят, я и не готовила ничего. Пока поставлю, пока приготовиться…

– А может, есть несладкие пироги? С капустой, с птицей…

– Как не быть, есть! – обрадовалась повариха. – Вы прямо мысли читаете, леди!

Я лишь улыбнулась, пусть меня просто считают проницательной. И надо будет помощницу лекаря попросить заглянуть на кухню, а то у поварихи уже несколько дней локоть болит, но она всё никак не соберется сходить в лекарский кабинет.

Одна из кухонных служанок-помощниц отнесла поднос с пирогами и горячим крепким чаем к кабинету ректора.

Я постучалась и, получив разрешение войти, пропустила служанку вперёд. Брови леди Амалии взметнулись вверх.

– Леди Лира?

– Леди Амалия, мне кажется, нас скоро посетит гость. Очень голодный с дороги гость. Я могу воспользоваться вашим сервизом?

Леди ректор в некотором замешательстве кивнула. Я отпустила служанку, сама достала из шкафа чашки и блюдца, налила в одну из кружек чай. Разломила пирожок с капустой пополам, и, в тот момент, когда дверь без стука отворилась, поднесла пирожок на блюдце посетителю.

Александр закрыл за собой дверь, благодарно улыбнулся, взял угощение и стал с аппетитом жевать.

Я украдкой его разглядывала. Он был без маски, в потрёпанном дорожном костюме, пальто и перчатки держал в свободной руке, а на высоких сапогах блестел растаявший снег. Всё так же стоя у входа, по-прежнему молча, он взял вторую половину пирожка и с удовольствием доел.