Кир Неизвестный – Звезда "Родина" (страница 10)
Ковач задался вопросом, но при этом не останавливаясь ни на секунду, хотя это и было не просто:
- А что, собственно, могло получиться из вдруг пропавших, и казавшихся успешных Северянинов? Куда они вдруг все подевались? Вот, скажем, ветофаны, много хуже - неуклюжие, нерасторопные, не годные ни к какой службе или, тем более к охоте, они-то вот - все здесь. Ходят по пустошам туда-сюда, мотаются по ветру, как флюгеры. Они то почему до сих пор живы-здоровы? Или на них в отчаянии махнули рукой? Неужели для Рахни не нашлось новых ролей для прошлых экспериментов? Или все же они стали настолько неудавшейся мутацией, что уже не изменить, не исправить? Так и бросили их всех здесь, в надежде, что сами сгинут?
- Иди! Иди! Иди ко мне! - Догонял, прорываясь сквозь ватную пенистую угрюмую пасмурность, ласковый теплый голос, как ему представлялось, живого человека. И так хотелось вернутся, прижать её, прижать Юльку! Такую теплую, почти родную! Хотелось еще больше, особенно после того, как он вырвавшись из цепких лап Песочницы, с трудом выдыхал из себя горечь потери.
- Как же хреново! Как все хреново! Невообразимо, нечеловечески, сверхъестественно, бесконечно хреново! Быть одному и осознавать, что это навечно, навсегда. В пустоте, в безвоздушном пространстве, в холоде и черноте, без звезд и Луны. Без Солнца. Окруженным туманом и неизвестностью. А здесь его зовут. Зовут подарить тепло, человеческое или не человеческое. Без разницы. Но главное - быть кому-то нужным! Быть даже с ЭТИМИ, с болот!
Он остановился и обернулся. Выдохнул, и стал ждать ЕЁ.
Делулу пропала. Это было очень неожиданно, как если бы пропало что-то значимое. Вот, вроде была только что сейчас здесь, перед ним, а потом резко исчезла. Зато Тенебродцы приблизились, превратились из теней в осязаемые и обтекаемые туманом объемные фигуры. Вот одна из причудливых фигур поднимает кривой указательный палец на уровне виска, и он мелко дрожит от усилия. И что-то такое в этом жесте до боли знакомое, что Ковач не смог удержаться, крикнул в облачную взвесь:
- Игнат!
Голос свой не смог узнать. Казалось, что проскрипело не смазанными петлями дощатая дверь, не открывавшаяся вечность и здесь потревоженная неизвестным, не хозяином единственно знавшим, как с ней обращаться, чтобы не потревожить.
- Игнат! Зачем! Зачем ты тут? - Он шагнул фигуре навстречу. - Игнат! Быстро возвращайся в город! - Он сделал еще пару шагов. Под ногами хлюпало и чавкало, но он не замечал этого. Он хотел только одного, чтобы этот, будь он не ладен, НЕДОкорестер ответил ему. Поговорил с ним! - Игнат! Мать твою! Какого хрена!"
Тогда его спасли. Не абы кто, а самые настоящие Бронеходы Легиона. Это те механические существа, что изобрели Рахни для борьбы с землянами. И вот они, спустя годы, а может и десятилетия, восстали против своих создателей и перешли на противоположную сторону. Никто не знал, почему так произошло, но было предположение, что в этом каким-то образом замешаны ветофаны, а возможно и Северянины, хотя последних не видели с самого окончания конфликта.
А сейчас его спасать некому!
Делулу наклонилась ниже, всматриваясь в лицо, пронзая взглядом его глаза и цепляя колючками в мозгу, до этого неузнанные участки, теперь всплывавшие, словно в бульоне куски человеческих тел, смутные ощущения, будто с ним уже подобное было. Но тут произошло следующее: тяжелые металлические шаги и раздраженное пыхтение, яростный скрежет и вой механизмов, а потом жестокий разрушительный удар, отозвавшийся где-то в нутре вибрацией. Ковач еще не видел, но слышал, как механизм остановился, как кто-то массивный спрыгнул в воду, и та разлетелась брызгами.
Подошли, осторожно взяли за одежду, поставили на ноги, проведя огромной ладонью по одежде, отряхнули. И только теперь он понял, что это был никто иной, как сам Северянин! Огромное и сильное существо, произведение Рахни, сотворенное в объединение синтетмера, БрейнРота и человека.
Северянин!
Раздался треск рвущейся ткани, появился обжигающий свет, дыхание село на лицо влажностью и теплом. А потом сильный толчок, короткий полет и столкновение с жесткой землей. И вновь треск материи. Но Ковач успел увидеть, как огромная сильная голая рука мужчины соединила, закрывая два конца прорехи, в которой клубилась и шевелилась протоплазматические ложноножки - Щупальца Песочницы!
— Это была, черт её дери, Песочница! Всего этого не было! - Воскликнул сильно удивленный корестер!
Он огляделся. Вблизи, пустынным местом выделялось поле, где раньше был каменный город Каменище, а рядом разбитой куклой лежало изуродованное тело Делулу.
И тут он сразу все вспомнил. Вспомнил атаку "Отраженных", вспомнил короткий бой, брата Филиппа - вон, кстати его мертвое тело, обратившееся в Ил-Обниматель и двое мертвых Рахни. А еще вспомнил всех жителей Каменище. Вспомнил Марию. И вновь его кто-то не видимый схватил поперек горла, душа.
- За что? - Не было сил крикнуть, зато в голосе появилась такая горечь, что слюна окрасилась ею и стала нестерпимой. Он сплюнул. - Скаб? Нет, не Скаб! Не боги! Никто! Слышите вы меня! Никто, ни одна тварь не сможет меня остановить! Я корестер, и я не остановлюсь! - Он с трудом встал, не слушались ноги. - Вы слышите - я не остановлюсь!
Глава 4. Телекинетическая жрица
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.