Кир Лирик – Высший демон (страница 41)
После ужина к нам присоединилась старшая ведьма. Я заметил, что она хочет что-то сказать, но не решается, при этом Виола на неё посматривала взглядом, обещающим той расправу при первом же удобном случае. Вампиры есть вампиры! Они на всех смотрят, как на будущих жертв, хотя может между ними что-то и произошло. Наёмники же, вообще, теперь боялись даже взгляд бросить в нашу сторону, в дороге Ловкий поведал, что, увидев перевоплощение Илвуса, они теперь шёпотом соревновались, описывая чудовищ, в которых можем превращаться я и Виола. Мы не стали разочаровывать и переубеждать Ловкого, а то, что он передаст наёмникам нашу реакцию на его слова, можно было не сомневаться.
Всё-таки преодолев сомнения, Шани решилась и, избегая прямого взгляда с Виолой, заговорила: - У меня есть важная информация, касающаяся только вас!
Все замерли и уставились на неё, включая меня.
- Тот мальчик, которого вы забрали у храмовиков, - взглянув в сторону наёмников, где сидел мальчуган, старшая ведьма продолжила: - В общем, я провела над ним тот же ритуал "Уста Истины". И увидела... - тут она замолчала, собираясь с мыслями, а потом на одном дыхании выдала: - Я увидела в нём частицу крови династии, которая правила до появления Багура, и именно этому мальчику суждено стать королём, после свержения власти инквизиции!
Повисла тишина, был слышен лишь треск дров в костре.
Атмосферу общего недоумения нарушил Илвус: - А вот и нашёлся последний персонаж из предсказания! - и процитировал текст: - Ведьма и мальчик путь укажут Великану!
- А почему ты сразу не рассказала, а решила сообщить именно сейчас? - с издёвкой в голосе поинтересовалась вампирша.
Шани ответила как-то неуверенно: - Я опасалась, что узнав, кем является мальчишка, вы захотите его смерти, чтобы трон достался Великану!
- Не ври, ведьма! - зарычал Илвус: - Я чувствую твой страх!
Виола тут же поддержала его: - Вчера ты увидела, кем является Илвус на самом деле, и, зная, что правда рано или поздно откроется, немного струхнула. Может ты, опекая будущего короля, сама хотела быть поближе к власти?!
Не дожидаясь ответа, снова влез демонёнок: - Нам твой трон нужен, как корове балалайка! Остаток пути мальчик проведёт с нами! - потом, повернувшись к Таре, приказным тоном распорядился: - Теперь ты будешь за него отвечать! И чтобы глаз с него не спускала!
Тара, хлопая глазами, кивнула, хотя на её лице было написано, что она согласилась лишь потому, что ей не дали выбора.
А мне было интересно, что это за балалайка такая, которая именно корове не нужна, но задал вопрос на другую тему: - Шани, а с чего вдруг народ должен принять это мальчика, как своего правителя?
- Я не знаю! - ответила старшая ведьма: - Подробностей я не видела.
Мне показался её ответ честным, но то, что она хотела от нас скрыть его роль в будущих событиях, выглядело подозрительно и подрывало наше к ней доверие.
Илвус отправил Шани за мальчуганом, и высказал своё мнение: - Как-то слишком грубо нам подсунули будущего короля. У меня складывается впечатление, что мироздание, кукловод или кто бы там ни был, куда-то спешит! Нас откровенно подталкивают к нужным действиям! Вселенской силой сжатия собственных ягодиц чую, что когда вернёмся обратно, то нас постараются втянуть в очередную авантюру!
В этот момент никто не придал значения его словам, было много других проблем, которые предстояло решить, чтобы вернуться домой, но зря мы пропустили мимо ушей его предостережение. С другой стороны - от нас мало что зависело, и даже зная о событиях будущего, ничего изменить мы не могли, каждому оставалось только играть свою роль в этой истории.
Глава 18
Глава 18. Беспринципные
ИНКВИЗИТОР ПАУР.
Въезжая в город Багур - столицу всех земель Багура, Паур размышлял над своими действиями и просчитывал различные варианты доклада о проделанной работе, который он предоставит на собрании старших инквизиторов. Он оставил в одной из деревушек засаду на Великана, и рассказ инквизитора о произошедшем зависел от того - живы ли сейчас оба храмовика, которые руководили засадой. Был вариант, что Великан, вообще, посетит столицу лишь спустя сезон, а может и два, его планов Паур не знал, но если храмовики и их люди мертвы, то эта ситуация была на руку инквизитору, а это можно было узнать лишь в обители. Амулеты храмовиков - пятиконечные звёзды должны были подать сигнал на шары, привязанные к ним.
Паур выматерился на парочку прохожих мужиков, которые, случайно притормозив его лошадь, вовремя не убрались с дороги, и снова поспешил в обитель в предвкушении горячего супа, мягкой постели и сочных молодых служанок, но, главное - он торопился увидеть вытянутые лица остальных инквизиторов, когда предоставит им доказательства существования Великана. А само доказательство висело в мешке, привязанном к седлу. Это была голова Глока со следами когтей на щеке. С каким же удовольствием Паур наблюдал, как по его приказу её отрезали! Этот прислужка всюду пихал свой нос, а когда после встречи с тем мальчишкой в гильдии наёмников он пообещал сообщить в обители, что инквизитор испугался идти на встречу лично, то сам себе вынес приговор. А оба храмовика даже не пикнули против решения Паура, но инквизитор успел прочитать на их лицах выражение презрения и сейчас очень надеялся, что они уже сдохли от когтей Великана, свидетели ему были не нужны.
Окинув взглядом этих людишек, спешащих по своим делам, перебегая улицу туда-сюда, Паур посильнее натянул капюшон и пробормотал: - Власть теряет своё преимущество, если ею не пользоваться!
В обители он первым делом направился в крыло, в котором прислужники следили за активностью магических шаров, связанных с амулетами пятиконечной звезды, и, узнав, что пришли сигналы о смерти тех храмовиков, которых он оставил в деревне, Паур одновременно обрадовался и забеспокоился. Из этой новости следовало, что свидетелей не осталось, последних трёх сопровождающих он зарезал на стоянке за сутки до приезда в город, и можно было без опаски выдать собственную версию, естественно, героическую. Но с другой стороны инквизитор понимал, что рано или поздно Великан явится в столицу, и если верить пророчеству, то власть Багура падёт, и в этот мир явятся боги, и следовало убедить всю верхушку инквизиции бросить все имеющиеся силы на поимку того мальчишки с когтями. Паур приказал прислужникам оповестить четырёх старших инквизиторов, благодаря коллективному решению которых он отправился в эту поездку и терпел все её невзгоды, что требуется экстренный созыв собрания для решения неотложных вопросов.
Наконец, отмокнув в бадье с горячей водой в своей отдельной умывальне и наполовину опустошив бутылку слабенького вина, ему сообщили, что инквизиторы готовы его выслушать. А когда за прислужником закрылась дверь, он высказался: - Старые ублюдки, быстро же вы сбились в кучу, когда почувствовали, что скоро ваши задницы прижгут раскалённым железом!
На самом деле Паур лукавил сам себе, все старшие инквизиторы были почти его ровесниками, ну может чуть старше, просто ему хотелось думать, что он самый молодой и здравомыслящий в руководстве главной обители, а остальные давно впали в маразм.
Зайдя в зал правосудия Багура, в котором проводились подобные собрания, и принимались судьбоносные решения, Паур закрыл за собой очень толстую и массивную дверь, исключая возможность подслушивания снаружи, и поставил на скатерть стола мешок, на котором уже заранее было приготовлено вино и стакан. Этот стол предназначался для ответчика перед советом, сами инквизиторы сидели за полуовальным столом, с каменной красивой узорчатой столешницей и ожидали продолжения.
- Великан пообещал всех нас уничтожить! - громко сообщил Паур, и, как ему показалось, это прозвучало эффектно.
- А что в мешке? - спросил самый старший из всех инквизиторов, которого без весомых аргументов убедить было сложнее всего.
Паур дёрнул за шнурок и, развязав мешок, за волосы достал отрезанную голову прислужника Глока, которая уже посинела и начала попахивать. Никто из инквизиторов даже не поморщился, они насмотрелись и не на такое, поднимаясь к самой высокой ступени своей карьеры. Да, что говорить, каждый из них отрезал не один десяток голов.
- И зачем ты сюда приволок башку этого недоумка? - с усмешкой поинтересовался сидящий слева инквизитор.
Паур знал их имена, но не хотел их произносить даже про себя, считая их недостойными такого проявления эмоций с его стороны, но, скрывая свою неприязнь, пояснил: - Эту голову отрезал тот, кто называет себя Великаном - это мальчишка с когтями! А на щеке этого бедного ученика он оставил свой знак!
Продемонстрировав рваные порезы от когтей, Паур за ненадобностью бросил голову на пол, а потом поведал историю, как он встретился с тем мальчишкой и выжил лишь потому, что тот хотел передать послание, как героически погибли храмовики со своими бойцами, а те, кто ждал за стенами города Вброд, погибли позже в засаде. В общем, врал Паур безбожно, и на какой-то момент даже сам поверил в свою ложь и, действительно, считал себя героем, которому чудом удалось спастись от злодея с когтями. Поведав всю историю, но выставив себя в главной роли, Паур с победным выражением лица присел на стол в ожидании решения собрания. Было желание налить вина и промочить горло, но он сдержался, решив, что это будет выглядеть, как проявление слабости.