Кир Булычев – Искушение чародея (страница 130)
Пока Ильмаринен рассказывал, тьму вокруг осторожно начал сменять рассвет. Посветлело небо, за деревьями показался розовый краешек зари, начали просыпаться и подавать голос утренние птахи. «Как же долго длилась эта ночь…»
— Совсем недавно матушка Марфута вдруг зазвала меня на встречу, — продолжал Ильмаринен. — Кружила вокруг да около. Что-то выпытывала и выспрашивала. И, наконец, попросила уступить ей Технологию. Я удивился. И, естественно, отказался. Она начала давить. Пригрозила, что спокойного житья здесь не будет, сказала, что использует против меня магию. Я посмеялся и — вот глупость-то! — решил тряхнуть стариной, показать мастер-класс по колдовству. И чуть было не попался: Управительница оказалась очень сильна, а я еле унес ноги. Наверное, если бы не сбежал вовремя, лежал бы сейчас вместе со всеми.
Мы одновременно оглянулись. Сейчас озеро, покрытое легкими красками рассвета, выглядело спокойным и безопасным.
— Однако тогда я еще не знал, что все так серьезно, — повинился Ильмаринен. — Но все же решил заручиться официальной поддержкой — связался с ИнтерГполом, не объясняя причин попросил перенести плановую проверку Технологии и Тридевятого царства на более ранний срок. Подумал: «Объясню все проверяющему прямо на месте». И тут случился сюрприз — вместо штатного агента приехала ты. Стажер. Без опыта работы. Молоденькая хорошенькая девушка.
Я задумалась: то ли обидеться на «молоденькую», то ли порадоваться «хорошенькой».
— Я уже собрался потребовать, чтобы тебя отозвали, но передумал. Комиссар Милодар, которого я знаю лично, обычно ничего не делает просто так. И я подумал, что, возможно, у него были причины отправить именно тебя. Так и оказалось. Ты так непосредственно на все реагировала, что Управительница сильно расслабилась, уверилась, что обведет тебя вокруг пальца. А я решил посмотреть, что будет. И вот… — он виновато развел руками. — Чуть не опоздал…
— Хорошо, что ты успел… — с чувством произнесла я и попыталась свести концы с концами. — Что же тогда получается… Местные жители все знали и помогали матушке Марфуте?
— Не думаю. В большинстве своем они милые старомодные романтики. А если кто-то начинал подозревать чего-то неладное, то быстренько исчезал в озере. Или Управительница находила другой способ подчинения. Как с Анфисой, например. Вероятно, девушка о многом догадывалась, но не решалась что-то сделать. Боялась навредить Данимиру.
— Ох, Ильмаринен! — вдруг всполошилась я. — Данимир был здесь! Он и сейчас, наверное, еще здесь!
— Знаю. Я усыпил его. Утром очнется.
— И что же с ним будет? С ним и с матушкой Марфутой?
— Матушка Марфута подождет прибытия полицейских из ИнтерГпола. В том виде, в каком есть, — мы посмотрели на неподвижный золотистый кокон. — А c Данимиром… Надеюсь, нам удастся с его помощью поймать всю цепочку нелегального сбыта энергии. Попросим его изобразить преемника Управительницы…
— Но он же так к ней привязан… Согласится ли он помогать? Ведь она все-таки его приемная мать…
— Да нет, — досадливо возразил Ильмаринен. — Никакая она ему не мать. Данимир подчинялся под влиянием магии. А родственными связями легче было объяснить людям его послушание. Сейчас, когда заклятие снято, все вернется на круги своя. Данимир ведь действительно славный парень. Ему бы жену хорошую… Надеюсь, Анфиса станет таковой.
— Анфиса?! — удивилась я.
— А ты не заметила? Любит она его.
— Да?! А Ванечка?
— Какой Ванечка? — не меньше моего изумился Ильмаринен.
— Ну, жених Анфисы. Который хотел посмотреть башню и пропал… — с каждым словом я чувствовала себя все менее уверенно. Я вспомнила странное поведение девушки, ее взгляды, когда она заставала меня наедине с Данимиром. И мне стало жутко неудобно. Фу, госпожа инспектор! «Ну почему я верю абсолютно всему, что мне говорят?!»
— А что же сейчас будет с заколдованными?.. — поспешила я задать следующий вопрос.
— После нейтрализации колдуна чары должны сами рассеяться. Постепенно. Но я надеюсь, что смогу ускорить этот процесс. Попробую разбудить их завтра.
— Ой! — вдруг сообразила я. — И тебе сейчас придется всех целовать?!
Я представила, как Ильмаринену каждые две минуты подносят новое заколдованное тело, а он, не разгибаясь, целует, целует, целует… Или, может, он пригласит помощников, раз одному в этой ситуации не управиться? Как-то это все странно будет выглядеть… И опять же, среди заколдованных есть и мужчины… Что делать с ними? Тоже целовать? Или для этой цели Ильмаринен найдет девушек?.. Я так старательно ушла в разработку вариантов спасения спящих людей, что не сразу заметила, что Куратор улыбается.
— Что? — возмутилась я.
— Ох, Аленушка, какая же ты все-таки доверчивая! — засмеялся он.
— Так что, заколдованных целовать необязательно?!
— Ах, милая девушка… — покачал головой он. — Твоя наивность просто напрашивалась на то, чтобы испытать ее пределы. Я просто не мог упустить такой случай.
«Да как он мог?! Воспользовался ситуацией, моей растерянностью… Но ведь это значит, что он поцеловал меня все-таки не по долгу службы, а по собственному почину? Из личных побуждений?.. Да как он посмел?!»
Я открыла рот, чтобы высказать ему все. Все, абсолютно все!.. Но он прижал палец к моим губам:
— Тсс… Тише, не сердись. Все уже позади…
— Ты самый невозможный человек на свете! — воскликнула я, отпрыгивая в сторону. — Ты… Ты… — И, не зная, к чему бы еще придраться, прицепилась к самому очевидному. — Вот зачем, скажи, тебе, серьезному человеку, этот ужасный наряд? Ты выглядишь в нем вурдалаком, восставшим из могилы!
— Вурдалак — это из другой оперы, — усмехнулся Ильмаринен. — А одежда такая потому, что она мне нравится.
Он сделал паузу и, серьезно глядя мне в глаза, добавил.
— Я вообще всегда делаю только то, что мне нравится. Понимаешь?
Флаер взлетел, и внизу остались маленькие фигурки провожающих. Гастон, Анфиса, даже Данимир… Не было только Ильмаринена. Ну, что поделаешь, Куратор очень занят. Подготовка к визиту полиции, следователей… Что ему какая-то молодая агентша-стажер с ограниченным кругом полномочий?
Флаер набирал высоту, и исчезали в туманной дали башенки Тридевятого царства, хитрые переплетения коммуникаций Технологии. И где-то там остался загадочный человек в черном плаще, которого я больше уже никогда не увижу. Волшебное путешествие подошло к концу и, вероятно, совсем скоро два прекрасных мира исчезнут из памяти, растворятся среди других воспоминаний. Жаль…
Внизу раскинули крылья зеленые поля, разделенные серой вьющейся лентой. Все так же, как в день моего появления здесь. И в то же время все совсем не так. Вперед я летела в предвкушении сказки, а сейчас покидаю этот мир навсегда. Грустно…
— Ах, господин Куратор… Создатель… — задумчиво произнесла я вслух. — А я ведь так и не спросила, для чего же здесь нужна дорога…
— Для антуража, госпожа инспектор, — раздался из переговорного устройства насмешливый голос.
— Ильмаринен?!
— Он самый.
— Ты что, сидишь у аппарата и ожидаешь, не скажу ли я чего-нибудь? — удивилась я.
— Да нет. Просто решил быть вежливым и проводить дорогую гостью.
Я оглянулась — мою легкую машинку нагонял мощный черный флаер. Вот мы пошли параллельным курсом, и стеклянный колпак соседа пополз в сторону. Я тоже опустила стекло, и ветер радостно взбил мои волосы.
— Дай, думаю, доведу до места. А то мало ли чего… — крикнул Ильмаринен, улыбаясь.
Мои губы начали расползаться в ответной улыбке, а на душе стало радостно и пушисто…
Эпилог
Андрей Щербак-Жуков. Как это было и как могло бы быть
Именно случайности, большей частью невероятные, правят нашей жизнью.
Мир без Кира Булычева
Ощущение это пришло не сразу. Прошло уже несколько дней… Видимо, оно должно было вызреть, как-то сформироваться. Это была не грусть. И не скорбь. Ближе всего это ощущение было к отчаянию.
Я пришел вечером домой, сел на край дивана и задался вопросом: как можно жить в мире, где больше нет Кира Булычева? Я не могу похвастаться тем, что очень часто общался с ним. Хотя я знал, что могу позвонить в любой момент, последние несколько лет, кроме домашнего телефона Игоря Всеволодовича, у меня был и телефон мастерской, где он работал днями и который давался далеко не всем. Просто я знал о том, насколько занятой он человек, и чувствовал себя не вправе лишний раз отвлекать его — вдруг именно в этот момент он пишет какой-нибудь новый рассказ. Я хорошо помню, как Игорь Всеволодович почти по-детски жаловался на то, что его опять настоятельно зовут куда-то встречаться с детьми и что он и отказаться не может и очень жалеет о времени, которое будет потеряно, и силах, которые будут затрачены… Поэтому общение происходило в основном на каких-то семинарах или конвентах. Впрочем, и там не хотелось особенно досаждать ему. Да и какая разница, как часто мы встречались, — ведь все годы своей жизни я знал, что есть Кир Булычев, ученый, прозаик, кинодраматург, человек большого интеллекта и эрудиции, а самое главное — огромной порядочности и такта. Если к кому-то из наших современников применимо определение «человек эпохи Возрождения», то именно к нему. Если бы мне в школьные годы пришлось писать сочинение на тему: «С кого я хотел бы брать в жизни пример», я бы написал о нем. В то время меня привлекала его разноплановость и нежелание останавливаться на чем-то одном: успешный переводчик становится ученым, благополучный ученый начинает писать фантастическую прозу, популярный писатель-фантаст начинает работать для кино…