Kip All – Эхо пустоты (страница 7)

Поэтому да, старая истина права. Но её правота — не в гарантированной награде. Её правота — в алхимии твоего собственного существования. Добро, которое ты отдаёшь, прежде всего меняет тебя самого. Оно вытравливает из тебя яд обиды и страх пустоты. Оно даёт тебе странную, непоколебимую уверенность — не в людях, а в самом принципе. В том, что свет, даже самый крошечный, не пропадает. Он где-то накапливается. Преломляется. И однажды, в самый тёмный час, ты ловишь его луч на своей ладони — отражённый от тысячи чужих, незнакомых сердец, которые ты когда-то, сам того не зная, чуть согрел.

Ты перестаёшь быть просителем, ждущим возврата долга. Ты становишься садовником. Ты сажаешь деревца, зная, что сам, возможно, не сядешь в их тени. Но ты точно знаешь: лес, который вырастет из этих семян, будет давать воздух и приют кому-то ещё. И в этом — его высшая, не требующая личной благодарности, цель. А твоя награда — не в плодах, а в самом акте садовничества. В спокойной, глубокой радости от осознания: ты не потребляешь мир. Ты — его со-творец. И твой вклад, капля за каплей, меняет его химический состав. Делает его чуть менее горьким. Чуть более пригодным для жизни. В том числе — и для твоей собственной.

Часть 6.

Изнанка тишины

Тишина бывает разная. Бывает тишина библиотеки — насыщенная, густая от непроговоренных мыслей. Бывает тишина перед грозой — звенящая, натянутая струна ожидания. А бывает та тишина, в которую ты погружаешься, когда внутри кончаются слова. Когда все вопросы заданы, а ответы либо не найдены, либо оказались слишком тяжелы, чтобы держать их в руках. Эта тишина — как дно глубокого колодца. Тёмное, холодное, отдающее эхом твоего собственного пульса.

Именно в этой тишине я обнаружил самое странное. Когда умолкает внутренний монолог — этот вечный, надоедливый комментатор жизни — начинает говорить всё остальное. Не словами. Ощущениями. Вспышками памяти. Смутными образами, приходящими из самых потаённых кладовых души.

Я понял, что прожил жизнь, боясь этой внутренней немоты. Я заполнял её чужими словами из учебников, треском бессмысленных переписок, музыкой в наушниках, просто чтобы не слышать этого зловещего безмолвия. Мне казалось, что в нём — пустота. Одиночество. Небытие.

Я путал тишину с пустотой. А это — не одно и то же.

Пустота — это когда кончилось. Когда вычерпали до дна и ничего не осталось. А тишина... тишина — это наполненность. Но не словами. Чем-то более древним, более фундаментальным. Это состояние, когда шум стихает и начинает проявляться сама структура мира. Его фактура. Его вес.

В этой тишине я вдруг ясно увидел лица не тех, кто говорил громче всех, а тех, кто смотрел дольше всех. Не тех, кто давал советы, а тех, кто просто сидел рядом, когда советов не существовало. Всплыли не громкие ссоры, а едва уловимые жесты: как кто-то отодвинул чашку с края стола, как поправил плед на моих плечах, как молча поделился последней конфетой. Вся суть была не в словах, а в паузах между ними.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.