Ким Воронов – Плутовка из Преисподней (страница 6)
– Как там мама твоя поживает? – наконец прознëс крепыш.
– Не знаю. Наверное, кутит. Чего ей ещё делать? А с каких пор тебе стала интересна жизнь любимой тëщеньки? – Ирина стояла спиной к супругу, орудовала ножом, делая неаппетитные бутерброды с кривыми кусками масла и рваными лохмотьями сыра.
– Да не знаю. Сидит там в своëм замке. Может, воет от одиночества.
– Забрать её сюда хочешь? – Ира поставила две кружки чая и тарелку с небрежно наваленными бутербродами перед мужем. Сама села напротив.
– А почему нет? – пожал плечами Сергей.
– Ага. И твою маменьку тоже давай к нам заселим. Будет, кому внучка нянчить.
– ВнучкА? Ты уже знаешь? Сын будет? – Сергей расправил плечи.
– Да нет, просто так сказала. Через несколько дней к врачу же. Забыл?
– Не забыл…
– А дом моей мамы можем продать, и деньги в бизнес вложить, верно? – Ирина хитро сощурилась.
Те, кто смотрели фильм «Правдивая ложь», в этот момент могли бы увидеть удивительное сходство утончëнной беременной красотки с выражением лица Арнольда Шварценеггера, герой которого узнал об измене его жены, героиню которой играла Джейми Ли Кëртис.
– Да я не про это… – пробубнил Сергей, стараясь отвести взгляд в сторону и закрыться чашкой чая, из которой сделал неприятный слуху глоток.
– Конечно. Я знаю это, мой реальный мужик, который сломает любые преграды, – сменила выражение лица на тошнотворно-позитивное Ирина, допила чай и встала. – Пойду помоюсь и прилягу.
– Иди. Я сейчас тоже приду.
Ира грациозно потянулась и отправилась в ванную, где блаженно мылась в тëплой воде, нестройно мурлыкая себе под нос песенку.
– Что же ты, Ирка, о мамочке-то не беспокоишься, – смотрел вслед жене Сергей. – Совсем про старушку-пьянчужку забыла. И не знаешь – жива ли.
Глава 5.
Прошло несколько дней…
Подержанный серебристый «Опель Вектра» остановился у обветшалого дома в деревне, расположенной меж густых лесов за Уральским хребтом. Из машины вышла Ирина, облачëнная в лëгкий плащ нараспашку. Несмотря на август, из близлежащей хмурой чащи веяло зыбкой прохладой.
Ира уже была здесь. В доме жил Макар, отчим новой жены Алексея, что был бывшем мужем Ирины и которого она весной безуспешно пыталась вернуть. Макар жил не один. Несмотря на свой блатной статус, вроде бы как запрещающий вступать в брак, он был женат на Надежде, стройной женщине с длинной русой косой.
Чертовка отправилась к калитке. Лавка со стороны улицы, на которой сидел Макар, когда Ирина впервые увидела его, была пуста. Открыв скрипнувшую дверь, кудряшка узрела впереди крыльцо, на котором и восседал сейчас Макар собственной персоной. Как и в прошлую встречу, он был с голым торсом, показывая во всей красе свои синие татуировки. И также как и в прошлый раз, он курил. Увидев Ирину, Макар выпустил клуб дыма, потёр глаза и удивился. Удивление его было сродни тому, как смотрят на неотвратимо надвигающуюся смерть, мерной походкой вышагивающей навстречу и гипнотизирующей своим взором.
– Ну, здравствуй, Макарчик, – хищно растянулась в улыбке Ирина. Подойдя близко, она увидела, что Макар сидит в инвалидном кресле. Ира изумилась, но виду не подала. – Не ждал меня?
– О, Снежана. Чего пришла?
– За грибами. Слышала, что они тут очень хорошие.
– Грибы в лесу, – неопределённо махнул в сторону леса зек, явно пытаясь побыстрее избавиться от нежданной гостьи.
– Покажешь место? У тебя, я знаю, есть в этом опыт.
– Хахаль Анжелы всё рассказал? Ну, сука… – выругался Макар. – Мы же добазарились – никому.
– Никто мне ничего не рассказывал. Мне не нужно никого спрашивать, чтобы понять, что ты меня кинул. Мы разве с тобой договаривались, что ты его кончать будешь?
– Накладка вышла.
В этот момент из дома на крыльцо вышла Надежда. Лицо совсем ещё недавно прелестной женщины было бледно, глаза впали и помутнели, под ними залегли тëмные круги. Надя была совсем немного старше Ирины, но выглядела лет на пятьдесят, словно сухонькая старушка. В руках женщина держала молоток. Надежда остановилась и посмотрела на Ирину взором бездушного голема. От колхозницы разило бурачным смрадом низкокачественного самогона.
Около минуты две соперницы смотрели друг на друга не мигая. В отличие от Надежды, глаза Ирины были ярки и бушевали адским огнём. Надя же словно провалилась из нашего мира вовне. Постояв как истукан, она очнулась и прошла за калитку. Оказавшись у «Опеля», Надежда абсолютно безэмоционально занесла руку и принялась бить по капоту и лобовому стеклу автомобиля молотком. Русая коса дëргалась в такт разлетающимся брызгам стекла.
– Обижается на тебя за то, что ты её в прошлый раз о дверной косяк головой приложила, – усмехнулся Макар, кивая в сторону жены.
Чертовка смерила зека презрительным взглядом и повернулась к машине.
– Эй! – окликнула женщину Ирина. – Смотри сюда!
Бестия достала из-под плаща пистолет с глушителем и направила в голову Макара.
Надежда прекратила акт вандализма, обернулась и удивлённо раскрыла рот.
– Э, ты чë? – возмутился Макар. Ирина оскалилась, представив, насколько сильно сейчас сжимается его сфинктер. – Решила в отместку меня завалить? Ну, давай.
– Была такая мысль, – высокомерно бросила Ирина, наслаждаясь своим доминирующим положением. – Но сейчас вижу, что ты уже наказан на всю жизнь. Хрен-то хоть стоит? Или не чуешь его, как и ног?
Макар сжал кулаки и в бессильной злобе заскрипел зубами, смотря в дуло пистолета.
– Я приехала сюда, чтобы предложить тебе дело за неслабую оплату. Но раз ты теперь овощ, то я зря совершила путь. Бесполезный кусок говна. Это тебе за Лëшку.
Ирина перевела пистолет ниже и нажала на спусковой крючок. Раздался глухой выстрел. Макар поначалу ничего не понял, затем его глаза расширились, он закряхтел и схватился за простреленную ногу, из которой щедро хлестала кровь.
– Макар! – кинулась к мужу Надежда, обронив молоток.
Едва Надя оказалась рядом и склонилась на раной супруга, как Ира схватила её за длинную косу, обвила её вокруг шеи Макара и притянула парочку к себе.
– Если вздумаете жаловаться в ментовку – сгною обоих! – цедила Ирина, яростно сверкая глазами. – Я знаю, что вы тут с Анжеликой и Лëхой учудили. Оба уедете на нары! А для тебя, – обращено было Макару, – я не пожалею никаких бабок, пока будешь сидеть. Тебя там ещё и опустят. Будешь доживать под шконкой и ползать к очку на своих кривых ручонках. Понятно?
Коса сдавилась с новой силой. Макар и Надежда сдавленно закивали. Петля ослабла. Ирина развернулась и пошла прочь.
– Снежана, – раздался позади хрип Макара.
Ира обернулась, сверкая дьявольской улыбкой.
– Хрен у меня может уже и не стоИт, но тебя я обрюхатить успел.
Макар постарался изобразить нахальную улыбку.
– Что ты несëшь!
Взгляд Ирины полыхнул ненавистью, она подошла к Макару, достала пистолет, навела зеку на вторую ногу и, видя, что тот продолжает нагло смотреть на неё, замахнулась и ударила рукоятью пистолета ему по лицу. Хлынула кровь, голова Макара запрокинулась в сторону. Ира стала бить ещё и ещё. На неё накинулась Надежда и попыталась оттеснить. Дьяволица принялась исступлённо избивать обоих, впав в состояние берсерка.
Пребывая в кровавом безумии, Ирина не заметила, как с улицы к калитке шатающейся походкой подошëл человек. Похож он был не то на восставшего из могилы мертвеца, не то на чудовище Франкенштейна. Кожа на его голове была как будто кем-то изжёвана, а затем наспех сшита грубыми стежками; отросшие волосы свисали безобразными паклями; одна глазница была затянута кожей, вторая сшита таким образом, что глаза было почти не видать, и его зрачок лихорадочно вращался, стараясь рассмотреть хоть что-то.
Чудовище споткнулся о молоток, едва устоял на ногах, поднял инструмент, открыл калитку и шагнул во двор. Увидя драку, он схватил молоток покрепче и потащился к крыльцу, волоча плохо слушающиеся ноги. Перед его глазами возникли огненно-рыжие всполохи шевелюры незнакомой женщины, которая избивала Макара и Надежду.
Сшитый человек неуклюже размахнулся и попытался ударить молотком беснующуюся чертовку. Несильный удар пришëлся по касательной.
– Ай! – у Иры из глаз посыпались искры, она схватилась за затылок и обернулась.
На мгновение её глаза расширились от ужаса, но бестия быстро собралась и повернулась, чтобы дать сдачи. В этот момент рука Макара схватила её за предплечье, вывернула, а кулак его второй руки нанëс удар в голову сбоку. У Иры перед глазами всё вспыхнуло, а затем она провалилась во тьму, потеряв сознание.
– Чë стали! Тащите её в чулан! – зарычал Макар на чудовище-спасителя и Надежду.
Надя вытерла с лица кровь и внезапно проявила невиданную силу и сноровку, затаскивая Ирину внутрь. Через несколько мгновений она выбежала обратно на крыльцо со скомканной простынëй в руках, принялась рвать её на полосы и перевязывать мужа.
– Чего ты так обо мне заботишься? – захрипел Макар. – Бросила бы подыхать, да ещё бы эту дуру на нары отправила. Я же трахал её при тебе. Чего возишься со мной?
Надежда робко посмотрела на супруга и принялась перевязывать его с удвоенным старанием.
– Всë равно любишь меня?
Макар положил руку на растрëпанные волосы Надежды, убрал их с лица, затем обхватил за шею, притянул к себе и принялся целовать взасос. Надя зарыдала, слëзы смешались с кровью на лице её и мужа. Макар жадно облизывал лицо благоверной, словно изголодавшийся старый беззубый вампир.