Ким Сочжин – Обыкновенное зло (страница 9)
– Зачем вы это делаете?
– Хочу узнать о вас как можно больше. Как вы связаны с покойным Каном?
На телефон пришло уведомление. Это хозяин магазина прислал фотографию. На ней был запечатлен пожилой мужчина в синей рубашке, похожей на униформу таксистов. Но лицо не получалось различить. Ынчжу молча положила трубку на стол и рванула к магазину. Пока она бежала, уже было подумала, что зря, но таксист все еще сидел под зонтиком и пил пиво. Прямо как начальник местной полиции, которого она недавно там встретила.
Стараясь не привлекать внимания, она вошла в магазин, взяла что-то и встала в очередь. Молодой человек перед ней рассчитался за сигареты и вышел. Стоя на кассе, она спросила у хозяина:
– Вы знаете этого таксиста?
– Он живет в тех новых домах вниз по улице.
– Спасибо.
Ынчжу вышла и, не глядя на таксиста, направилась в ту сторону. На перекрестке напротив нового жилого комплекса стоял китайский ресторан и рядом небольшая парикмахерская.
– Добро пожаловать! – поздоровалась хозяйка салона, которая делала клиенту завивку. – Чем могу вам помочь?
– Хочу подстричься.
– Пожалуйста, присаживайтесь и подождите.
Ынчжу сидела на диванчике и рассматривала однотипные многоэтажки напротив. Таксист пил пиво, а значит, не пойдет на работу и, скорее всего, вернется домой. Чем больше она об этом думала, тем острее чувствовала сожаление, грусть и усталость от того, что ее обычная жизнь была запятнана словами «убийство», «свидетель», «подозреваемый». Она так устала, что не могла мыслить рационально.
– Добро пожаловать.
В парикмахерскую вошел еще один посетитель.
– Чем могу помочь?
– Я хотел бы подстричься.
– Пожалуйста, присаживайтесь и подождите.
Новый посетитель сел рядом с Ынчжу. Взгляд женщины был прикован к домам через дорогу. В этот момент она увидела таксиста. Он зашел в подъезд одного из домов, поднялся на четвертый этаж – его силуэт был виден через огромное окно лестничного пролета – и исчез за входной дверью квартиры.
– Угощайтесь, – молодой человек протянул ей печенье в белой упаковке.
– Спасибо, – вежливо поблагодарила Ынчжу.
Она попыталась разорвать целлофановую обертку, но ничего не вышло. Она вытерла вспотевшие руки об одежду.
– Давайте я вам помогу.
Молодой человек снова взял печенье, открыл его и протянул ей. Ынчжу еще раз поблагодарила его. Он еле заметно улыбнулся.
– Забавную вещицу вы прикупили, – сказал он и кивнул на предмет, который лежал рядом. Это была подушка для путешествий, которую она прихватила в магазине. Как только Ынчжу узнала о ее существовании, она надела ее на шею и откинулась на спинку дивана. Молодой человек рассмеялся:
– Вы такая забавная. Но нужно другой стороной. Давайте я.
Он тут же поправил подушку. Ынчжу смущало, что молодой человек проявлял к ней интерес, ведь ему не было еще и тридцати.
– Проходите, пожалуйста, – позвала хозяйка салона.
Ынчжу подошла и села на стул перед зеркалом. Молодой человек продолжал рассматривать ее. Она встретилась с ним взглядом – он еле заметно улыбнулся.
Глава 3
У ночи тысяча глаз
«Какая забавная», – пробормотал Чхансу, вернувшись в свою квартиру под крышей. Он включил компьютер. Его не волновали ни спонтанность его новой стрижки, ни разбросанные по столу целлофановые обертки и упаковки от заварной лапши. Его интересовала исключительно Ли Ынчжу – он наслаждался ролью свидетеля и шантажиста, которую играл последние несколько недель. Как же он удивился, встретив Ынчжу в магазине. Когда он звонил ей из телефонной будки, он понимал, что она сможет отследить этот номер телефона, но его восхитило, насколько быстро она это сделала. Он не ожидал, что она вступит в игру, хотя догадывался, что в этом ей каким-то образом помог владелец магазина.
По просьбе Ынчжу он сфотографировал таксиста в телефонной будке. Как только он собирался отправить снимок, ему позвонили. Пока хозяин разговаривал по телефону, таксист вышел из телефонной будки и закурил. На мгновение он вспомнил про бывшую жену, неработающий телефон, который он разбил, перебрав с алкоголем. Между тем в будку зашел Чхансу. Похоже, в этот момент хозяин магазина отправил Ынчжу фотографию. Чхансу не мог этого знать, но это ничего бы не изменило.
Он включил компьютер, подсоединил к нему телефон и загрузил на жесткий диск фотографии. На них было видно, как Ынчжу сидит в парикмахерском кресле, а затем выходит на улицу, держа в руках подушку. Ынчжу хмурилась, напряженно размышляя о чем-то. Он создал на рабочем столе папку, которая называлась «Мона Лиза». В ней уже находились десятки фотографий, и на всех была Ынчжу. Чхансу быстро пролистывал их – вот она идет на холм, заходит в баню, покупает продукты на рынке.
В папке был даже снимок, на котором Ынчжу пристально смотрела на него. Всякий раз, когда на экране появлялось это изображение, у Чхансу перехватывало дыхание, и он переставал щелкать мышкой. Бледный лоб, безразличный взгляд. В тот момент она обернулась и невзначай посмотрела на мужа, который что-то сажал в огороде.
Конечно, она не могла его видеть – Чхансу фотографировал ее на телеобъектив издалека. Она выглядела так, будто собиралась что-то сказать, будто знала, что Чхансу где-то там, и, немного смущаясь, в ожидании смотрела в камеру.
Каждый раз, вглядываясь в безучастное лицо Ынчжу, он видел в ее глазах бездонную пропасть, которая словно затягивала его туда. Ему казалось, что чем дольше он будет вглядываться в эту бездну, тем ближе он будет к пониманию природы убийства.
«Я непременно выясню, почему ты убила человека», – пробормотал Чхансу, ткнув кончиком пальца в лицо Ынчжу на мониторе.
Он переехал в этот район около года назад. На жизнь зарабатывал репетиторством – учил писать эссе. Окончив университет, Чхансу твердо решил, что обязательно издаст свой роман – на это у него было несколько причин.
Во-первых, все четыре года в университете он учился спустя рукава. На хорошую работу рассчитывать не приходилось. Чхансу никогда не интересовала юриспруденция, он не понимал, как остальные могут учиться так усердно. Он поступил на эту специальность только благодаря хорошим баллам за общегосударственный экзамен. В какой-то момент отец поставил его перед выбором – пойти учиться на юриста или врача. Чхансу не смел ему перечить. Кроме того, когда он поступал, отца уволили из школы – для семьи наступили непростые времена. Именно поэтому он не мог пойти против воли родителей. В обществе так принято, обычно отец выбирает будущее для своего сына, и их семья не стала исключением.
Раньше они с отцом ладили. Чхансу и его младший брат с детства учились хорошо, их часто ставили в пример другим ученикам, поэтому родители ими гордились. У него с отцом не было поводов для серьезных конфликтов. Когда он учился в начальной школе, отец взял его с собой на выборы президента. Потеряв сына в толпе, он подумал, что лучше утопится в реке в самом центре города, чем вернется домой без него. Он не преувеличивал, именно такие он испытал эмоции.
Чхансу отчетливо помнил тот день. На площади, где в обычные дни было безлюдно и лишь ветер поднимал клубы пыли, собралась огромная толпа. Он еще ни разу такой не видел. Туда нескончаемым потоком съезжались автобусы со всей страны. Как только один отходил, подъезжал следующий. Чхансу так боялся потеряться в этой толпе, что ни на шаг не отходил от отца, вцепившись в подол его куртки. Люди скандировали: «Ким Ёнсам! Ким Ёнсам!» Растолкав всех на своем пути, отец, наконец, оказался возле громкоговорителя. Уши Чхансу так болели, что ему пришлось зажать их руками. Все стало совсем невыносимо, когда после официальной речи заиграла песня «Пусанская чайка». Люди в унисон хлопали, кричали и подпевали. И когда толпа хлынула вперед к сцене, чтобы лучше увидеть происходящее, Чхансу случайно отпустил папину куртку. Сам того не желая, он попал в поток, который понес его неизвестно куда. Ребенок нутром чувствовал, что попытки выбраться из толпы могут стоить ему жизни. Он то и дело утыкался головой в животы взрослых и спотыкался об их ботинки. Чхансу подумал, что и его могут затоптать. Этот политический гимн будто призывал его не сдаваться и искать. Казалось, будто земля дрожала под ногами, отчего в воздух поднималась желтая пыль. Он сам не заметил, как оказался возле сцены. Будучи умным ребенком, он послушно стоял на месте и ждал папу.
Но отец все не приходил. Мальчик сходил с ума от беспокойства и обиды. А может, папа забыл, что потерял его? Вдруг без какой-либо причины толпа растворилась, Чхансу не знал, куда все подевались. Они разошлись еще до того, как пыль успела осесть, и только «Пусанская чайка» играла до самой темноты.
К Чхансу подошел полицейский. Мальчик рассказал, как потерялся, о своем отце, который преподает корейский язык в школе, и продиктовал свой домашний номер телефона. Он рассказал всего лишь то, что мог выучить любой первоклассник, но полицейские все равно похвалили его, назвав смышленым ребенком. Его привели в участок, посадили ждать отца и угостили печеньем. После этого мальчик начал развлекать скучающих полицейских, рассказывая таблицу умножения и перечисляя все столицы стран мира, которые он знал. Отец перепробовал все, чтобы найти ребенка, и только к одиннадцати ночи прибежал в участок. На нем не было лица. Пожилой полицейский улыбнулся и сказал Чхансу: «А ты, сынок, смышленый, чего не скажешь о твоем папе».