Ким Сочжин – Обыкновенное зло (страница 31)

– Если этим безмозглым молокососам не хватает мозгов поймать убийцу, то чего на меня бочку катить?! Нужен нож – сами ищите его! Какая от него вообще польза? Нужен подозреваемый. Вместо того чтобы ловить преступника, мои люди уже несколько дней просто слоняются по округе. Главное управление требует как можно скорее найти и задержать убийцу, в районной администрации трясутся из-за своего культурного наследия эпохи Корё, такой вой подняли. Недавно пришлось ковыряться в грязи обеденными ложками, чтобы откопать этот нож!

Чхансу с улыбкой слушал длинную речь начальника участка. Он вспомнил лицо следователя, который недавно заходил к нему. Чхве подозревал Ынчжу, но, по расчетам Чхансу, новый случай должен был запутать расследование.

В этот момент кто-то связался с начальником участка по рации:

– Шеф, срочное сообщение.

– Что случилось?

– Мы взяли преступника.

– Опять?

– Теперь это точно он.

– Понял, иду.

Начальник участка выключил рацию, и Чхансу спросил:

– Преступник пойман, да?

– Эти балбесы каждый день кого-то нового притаскивают.

Попрощавшись, начальник поспешил в участок. Там сидел человек в черной куртке. Это был Проповедник. Начальник участка разочарованно вздохнул:

– Этот, что ли, преступник?

– У него при себе был складной нож, – шепнул ему на ухо один из патрульных.

Полицейский продемонстрировал начальнику пластиковый пакет с уликой. Это был самый обычный складной нож. Но стоило признать, что на этот раз задержанный действительно мог получить обвинения в серийных убийствах. В этот момент возле полицейского участка собралась толпа из местных жителей. Были даже подростки, которые устраивали в лесу игры на выживание, они прибежали, увидев, как патрульные кого-то задержали.

– Как вы его поймали?

– Я ехал по округе и вдруг увидел мужчину с черным пакетом, который поднимался на холм. Я заподозрил неладное, остановился и пошел за ним. На некоторое время я его потерял, но потом услышал крик. Огляделся, может, он в яму упал? Кажется, этот тип пробыл в лесу с прошлой ночи.

Начальник участка сел напротив Проповедника. Тот был весь в грязи, но сидел со спокойным выражением лица, прикрыв глаза.

– Слушай, Проповедник. Ты ведь знаешь, кто я? Ты убил подростка у гробниц?

Проповедник молчал.

– Зачем тебе нож? Подозрительно все это.

– Это был я, – ответил Проповедник.

– Чего?

– Я сделал это, потому что мне так сказал Господь. Все вокруг алчные и безнравственные грешники.

– Прекращай эту свою чепуху нести! О родителях своих подумай!

– У меня нет матери.

– Я сказал, хватит чепухи! Хочешь прослыть маньяком?

– Говорю вам, это был я!

– И зачем ты это сделал?

– Господь сказал мне покарать тех, кто не боится его! Гордыня и аморальность сгубили грешника Кан Инхака! Поэтому я начал исполнение кары Божьей.

Начальник полицейского участка посмотрел на Проповедника. У того были очевидные проблемы с психикой – он мог оказаться маньяком. Он признался в совершении преступлений, поэтому допрос закончили. Однако нож не был достаточно весомой уликой, чтобы признать Проповедника серийным убийцей. В этот момент к начальнику полицейского участка подошел один из подчиненных и сказал:

– В прошлом году они с Кан Инхаком сильно повздорили возле церкви. Помните?

Начальник полицейского участка помнил о том случае. Подчиненный продолжил:

– Мне позвонить следователю? У нас есть подозреваемый.

Начальник участка лишь рассеянно кивнул.

Ынчжу пришло новое сообщение – от сына. Кихён написал, что к ним в школу приехала полиция и их с Тхэсоном попросили проехать в участок на опознание. Она перепугалась и позвонила мужу. Но тот не взял трубку.

Она поймала такси и поехала в полицию сама. Заходить внутрь ей не хотелось, и она спросила одного из полицейских, можно ли ей подождать снаружи. Он разрешил, добавив, что ребята уже скоро выйдут. Полицейский не обманул, вскоре школьников отпустили. На Тхэсоне лица не было. Как только Ынчжу подошла к ним, сын сказал: «Полиция нашла убийцу, это точно он. Оказывается, это наш Проповедник». Как и все в округе, Кихён знал его в лицо и рассказал, что полицейские спрашивали у него, почему он не узнал Проповедника в день убийства. Кихён ответил, что тогда было темно, поэтому он не смог разглядеть его. Тхэсон ответил примерно так же.

– Мам, тебя ведь тоже вызывали в участок. Ты знаешь, каково это.

– Да, но у меня все было немного по-другому, – ушла от ответа Ынчжу.

Тхэсон толкнул Кихёна локтем в бок и сказал:

– Говорят, что твою маму вызывали в участок как подозреваемую. А мы чего? Всего лишь свидетели.

– Давайте не будем об этом, такси уже ждет.

У нее свело живот от нервов, она усадила детей назад и как можно скорее села на переднее кресло. Подростки тихо разговаривали сзади:

– Форма ножа, который был тогда у преступника, точь-в-точь повторяет мою рану.

– Правда?

– Тогда никаких сомнений не остается.

Кихён ничего на это не ответил. Он посмотрел на Тхэсона и спросил:

– По-твоему, тот фанатик слабоумный?

– Не уверен.

– Мне кажется, у него что-то с головой.

– Ну вот поэтому он и убил троих.

– Да, в тюрьме ему будет ненамного хуже, чем на свободе. А вот мы там с ума сойдем.

– Угу.

– Не переживай, его уже поймали.

Кихён говорил тихо, но уверенно. Тхэсон молча его слушал. Ынчжу увидела своего сына с другой стороны: ребенок, который, казалось, никогда не вырастет, вдруг в один миг будто повзрослел. Она поразилась зрелости сына, в груди разлилось тепло при мысли об этом.

– Вы, двое, хватит там болтать, просто забудьте об этом.

– Ладно, – послушно ответили они.

– Мам, а можно мы заедем на рынок? – спросил Кихён.

– А что вы хотите?

– Жареную курочку.

У Кихёна был любимый ресторанчик, где готовили курицу, он находился у входа на рынок. Ынчжу попросила таксиста остановить машину там. На праздничном базаре везде горели огоньки, из колонок, прикрепленных к ларькам, громко играло музыкальное попурри. Загримированный под клоуна молодой человек в традиционном костюме танцевал и продавал рисовые сладости. Повсюду стояли ларьки с уличной едой и закусками, куда продавцы зазывали покупателей. Через некоторое время люди, услышав про вокальный конкурс для местных жителей, начали стекаться к открытому пространству у ручья. Посетителей ресторанчика, где подавали жареную курицу, тоже было больше, чем обычно, многие сидели за столиками перед входом и пили пиво. Ынчжу заняла место и попросила две порции навынос. Все вокруг только и говорили, что о серийном убийце:

– Это точно не Проповедник. Он, конечно, не в себе, но и мухи не обидит.

– Вот ведь полицейские, а. Думают, раз у человека проблемы с головой, то он сразу убийца серийный? Надо ж быть такими безмозглыми!

– Шумиху на всю округу подняли, им главное найти козла отпущения. Слышал, что его поймал начальник участка. Все с ним понятно. Этот лентяй только ходит туда-сюда по району да ест за чужой счет. Вот решил разок показать плоды своей работы.