Ким Робинсон – 2312 (страница 45)

— А может, искупаемся? — спросила Свон. — Вы купаетесь без одежды? Так я смогла бы увидеть ваши тела.

— А мы твое!

— Отлично.

— Похоже, будет очень забавно, — сказала женоподобная, и все снова рассмеялись.

— Давайте! — воскликнул второй.

— Я хочу допить чай, — строго сказала женственная. — Он вкусный.

Закончив, они встали и с грацией танцоров повели Свон к бассейну, где уже плавали люди, одни в купальниках, другие нагишом. В самом мелком бассейне, где на небольшую круглую крышу падал фонтан, образуя обтекаемое водой убежище, плескались дети. Трое радушных хозяев Свон собрали все нужное для обеда, сняли через голову платья и вошли в воду. Женственная оказалась по-девичьи стройной и гибкой; у других двоих были мускулистые тела гинандроморфов: широкие бедра, грудь не плоская, но и не вполне женская; среднее соотношение длины торса и ног и объема талии и бедер, волосатые гениталии, скорее женские, но с небольшими пенисами и яичками, как у самой Свон. Сказать что-то еще без близкого осмотра невозможно. Впрочем, увиденное ни о чем не говорило: создать гениталии гораздо легче, чем кожу на руках.

Теперь в воду. Свон видела, что плавают они хорошо; у них, похоже, такой же удельный вес, как и у людей. Значит, по-видимому, нет стального каркаса. Возможно, внутренности не полностью искусственные, а покрытые слоем тканей и кожи. Глубокий вдох позволял им становиться легче воды, почти как ей. Глаза тоже почти как у нее — мигают, смотрят по сторонам, влажные. Можно ли сделать все части человека, собрать их, и получить функционирующий организм? Маловероятно. Сама природа не так уж хороша в этом, думала Свон, чувствуя, как болит поврежденное колено. Создать точную копию… ну если сосредоточиться только на функциональных аспектах.

— Вы, глупые девчонки, очень занятны, — сказала Свон. — Не могу вас понять.

Они рассмеялись.

— Настоящие люди не станут целый день притворяться перед незнакомцем роботами, — заметила Свон. — Должно быть, вы все-таки роботы.

— Самое необычное чаще всего оказывается правдой, — сказал второй. — Это хорошо известный тест в комментариях к Библии. Полагают, что, вероятно, смоковница проклята Иисусом, иначе зачем вообще там эта история?

Снова смех. Вот уж действительно глупые девчонки. Возможно, человек способен создать мыслящего робота, но только с развитием как у двенадцатилетней девчонки.

Но то, как они плавают. Как ходят. Это трудно; так, во всяком случае, считала Свон.

— Очень странно, — сказала она себе, чрезвычайно довольная. Ей показалось, что дальше все будет просто.

Когда она по колено вошла в воду, они принялись так же откровенно разглядывать ее, как она — их.

— О-о, отличные ноги, — сказал третий. — И тело красивое.

— Спасибо, — ответила Свон под громкие возгласы остальных двоих.

— Так не стоит говорить: некоторых людей обижают замечания об эстетическом воздействии их тел на других, — заметила женственная.

— Меня не обижают, — возразила Свон.

— Ладно, тогда просто хорошие, — сказала женственная.

— Я просто хотел быть вежливым, — сказал третий.

— Ты слишком дерзок. Ты понятия не имеешь, вежливо это или нет.

— Это был всего лишь комплимент. Нет никаких оснований сердиться. А если перейдешь границы, люди решат, что ты не знаешь их культуры, но все равно не заподозрят тебя в дурном.

— Да, не заподозрят — но откуда ты знаешь, что это не симулякр, посланный проверить нас?

Тут все расхохотались так, что едва не задохнулись, и какое-то время плескали друг в друга водой. Свон присоединилась, потом просто опустилась в воду и немного поплавала, как выдра. Потом схватила третьего, прижала к себе и поцеловала в губы. Тот коротко ответил, потом отстранился.

— Эй, что такое? Тебе не кажется, что я тебя слишком мало знаю?

— Ну и что? Тебе не понравилось?

И Свон снова поцеловала его, проникая языком в его рот; ей показалось, что его язык удивился прикосновению чужого языка.

Освободившись, этот неопределенный сказал:

— Эй! Эй! Эй! Перестань!

Женственная встала и сделала шаг к ним, как будто хотела вмешаться, но Свон повернулась и толкнула ее, так что та упала в мелкую воду.

— Ты что? — со страхом воскликнула она. Свон сильно ударила ее по губам. Голова женщины запрокинулась, изо рта пошла кровь, женщина закричала и попробовала убежать. Двое других встали между нею и Свон, преградив ей дорогу, и закричали на Свон. Свон колотила их кулаками и орала, они с плеском отступали; выбравшись из бассейна, они встали плечо к плечу, замерли и смотрели на Свон; женщина зажимала рукой окровавленный рот. Кровь была красная.

Свон подбоченилась и посмотрела на них.

— Очень интересно, — сказала она. — Но я не люблю, когда меня дурачат.

И с плеском пошла по воде к своей одежде.

Обратно она пошла по кривизне цилиндра, любуясь на стадо диких лошадей выше на склоне, дуя на разбитые костяшки и обдумывая происшедшее. Она по-прежнему не знала, с кем провела день. Это было странно.

Вернувшись к юртам на холме, она дождалась, пока они с Женеттом остались одни, и сказала:

— Я сегодня познакомилась с тремя людьми, которые утверждают, что они искусственные люди. Андроиды с мозгом квакома.

Женетт посмотрел на нее.

— Познакомилась?

— Да.

— И что?

— Ну… я побила их.

— Побила?

— Да, одного, немного. Но она сама виновата.

— Почему?

— Они меня дурачили.

— Что-то в этом роде ты делаешь своими абрамовичами.

— Совсем нет. Я не дурачу людей, это был бы театр. А абрамовичи не театр.

— Ну, может, и они никого не дурачили, — сказал Женетт, нахмурившись. — Об этом нужно подумать. Отчеты о подобных инцидентах поступали с Венеры и Марса. Слухи о кваком-гуманоидах, которые иногда себя ведут необычно. Мы начали отслеживать это. Кое-кого из таких людей нашли и установили за ними наблюдение.

— Значит, это действительно андроиды?

— Думаю, да. Мы просканировали некоторых, и это подтвердилось. Но пока нам известно очень мало.

— Да кому это нужно?

— Не знаю. Но если мобильные квакомы, способные передвигаться, оставаясь незамеченными, существуют, это объяснило бы многое из происходящего. Я прикажу своей группе присмотреться к этим твоим знакомым.

— Я думаю, они люди, — сказала Свон. — Меня просто разыгрывали.

— По-твоему, это люди выдавали себя за симулякров? Этакий спектакль?

— Да.

— Но зачем?

— Не знаю. Зачем человек забирается в ящик и притворяется механическим шахматистом? Это старая мечта. Своего рода театр.

— Может быть. Но я все равно присмотрюсь — происходят странные вещи.

— Отлично, — сказала Свон. — Но, по-моему, это люди. Сами-то они утверждают обратное. А что за проблема с этими машинами, если они машины?

— Проблема в квакомах, которые выходят в мир, передвигаются и совершают разнообразные поступки. Что они делают? Что должны делать? Кто их производит? И, поскольку в нападениях явно задействованы квакомы, мы ставим вопрос, имеют ли отношение к нападениям эти машины? Участвуют ли в этом?

— Гм, — сказала Свон.

— Возможно, в действительности вопрос всего один, — сказал инспектор. — Почему квакомы меняются?