Ким Харим – День, когда я исчезла (страница 38)

Обмануть мужа Сон было несложно. Точнее, очень просто. Из-за волнения голос немного сипел, но Ёнён успокоилась и принялась дальше действовать по плану. Сверкающие глаза Ёнён ни на секунду не повернулись в сторону лежащего мужчины. Прозвучало несколько гудков – Сон Ухён взяла трубку:

– Да, дорогой?

– Это Ким Ёнён.

– Что?

– Ким Ёнён.

Тишина длилась недолго, вскоре послышался дрожащий от страха голос:

– Это вы, Ёнён онни?

– Какая я тебе онни?

Ёнён вспомнила лицо Сон Ухён, стоявшей с другими пособниками на третьей фотографии, лежавшей сейчас в кармане сумки. От ярости зубы заскрежетали так, что свело челюсть.

– Это номер моего мужа… – тихим голосом проговорила Сон Ухён.

Ёнён проигнорировала эти слова и продолжила:

– Теперь на мои вопросы отвечаешь ты. И не думай врать. Что именно произошло с Сугён и Минсо?

– О чем вы говорите? Что с моим мужем? Что вы с ним…

– Твой муж сам пригласил меня к вам домой и сейчас лежит спящий передо мной. Как только очнется, я все ему расскажу о тебе. Все, что было на фотографии.

– О чем вы говорите? Как вы пробрались к моему мужу?

Стиснув зубы, Ёнён продолжила:

– Оказывается, я была полной дурой. Мне даже в голову не пришло, что вас целая компания. Помню, ты говорила, что особо не знаешь Чи Ынчжи. Но судя по фотографии, все было по-другому. Ты говорила, что и Минсо не знаешь?

Повисла тишина.

– И что дальше?

– Что происходит на фотографии, где вы окружили Минсо?

Отчетливо слышалось, как голос Сон Ухён дрожит еще сильнее, чем в тот момент, когда она сообщала о смерти Минсо.

– Рассказывай все тайны, которые от меня утаили. Если не хочешь загубить свою жизнь.

В этот момент холодная ярость, постепенно разрастаясь внутри, полностью заполнила Ёнён.

– Раз вы видели фотографию, разве вам не стало все ясно? Я… я тоже была жертвой. Именно жертвой! Это сразу понятно!

Ёнён уставилась в пустоту:

– Значит, это ты. Это ты приказала передать мне эти фотографии?

– Как вы могли решить, что я была с ними заодно?

Сон Ухён было все равно, что Ёнён получила фотографии, встретилась с N и поняла, что ему кто-то приказал с ней встретиться. Сон переживала только за себя.

– Но на фотографии, где четверо окружают Минсо, ты ведь находишься среди них.

В трубке повисла тишина.

– Живо выкладывай все, – потребовала Ёнён.

– Не губите меня!

Ёнён снова посмотрела на мужчину. Его веки слегка подрагивали, будто он вот-вот очнется, но благодаря снотворному, которое уже начало действовать, ему вряд ли это удастся. Как только лекарство полностью подействует, он снова уснет крепким сном.

– Я ничего плохого не делала. Это была не я. Я совсем не такая. Ёнён, пожалуйста, не губите меня. Я не убивала!

Мужчина слегка вздрогнул. Ёнён сразу поднесла к его затылку электрошокер. Когда она уже собиралась коснуться его, он сам замер. Послышалось тихое сопение. По мере того как действие препарата усилится, он будет не просто спать, он будет уже без сознания.

К этому моменту Сон Ухён совсем потеряла контроль над собой и, не обращая внимания ни на что, продолжала без остановки говорить, захлебываясь слезами.

– Я ничего плохого не сделала. Я не знала, что ее убьют. Правда не знала. Если я все расскажу, вы обещаете больше не трогать ни меня, ни моего мужа? Пообещайте… Пожалуйста!

Это сделали они. Те, кто на фотографии: Чи Ынчжи, Мин Чинхи и Ким Сечжин. Они называли себя бандой «сбежавших из дома». Внутри царила диктатура, и я должна была повиноваться. Когда я сбежала из дома, мне некуда было пойти, и они прибрали меня к своим рукам.

Я боялась их, но больше всего боялась главаря, который держал их на коротком поводке и даже бил. В нашей школе все боялись членов этой банды. Их боялись сильнее, чем строгого школьного завуча. Кажется, они все были немного не в себе.

Кое-что вы неверно знаете. На самом деле их зовут не Чи Ынчжи, Мин Чинхи, Ким Сечжин. Это имена моих настоящих одноклассниц. Эти три девчонки из банды приказали мне украсть школьную форму для них, и так они заполучили себе эти имена. Их фамилий я не знала. Но помню имена, по которым они друг друга называли. До сих пор отчетливо помню. Чи Ынжчи – это Чонхэ, Мин Чинхи – Ынчжу, а Ким Сечжин – Каюн.

Чонхэ, Ынчжу, Каюн – их настоящие имена. Я могу доказать это. Их можно найти в сорок третьем выпускном альбоме школы Семун. Мы были почти ровесники. В средней школе они уже начали активно вести уличную жизнь.

Зачем им была нужна школьная форма? Чтобы бесплатно приходить на обеды в столовую. Когда они надевали форму, то могли незаметно смешаться с другими школьниками, и никто ни о чем не подозревал. Я украла эту форму для них во время урока физкультуры. Эти девчонки были безрассудные и явно ненормальные.

Я ушла от них до того, как все случилось, вернулась домой и снова стала посещать школу.

Через одиннадцать лет они вдруг появились в моей жизни. Кажется, все это время они друг с другом не общались, помня о тех трагедиях. Но вы своими поисками правды и попытками встретиться с одноклассниками сестры нарушили их спокойную жизнь. Они придумали план: мы должны встретиться с вами под вымышленными именами и убедить в том, что ваша сестра действительно совершила самоубийство. Поэтому мы тогда пришли в ресторан.

Сегодня они явились ко мне, и вот что из этого вышло. Они угрожали и говорили, что мои намеки слишком подозрительны и опасны, поэтому я должна замолчать. Теперь вы сами понимаете, почему мне приказали молчать.

Да… все верно. Это были они. Сугён погибла из-за них.

Однажды Минсо тоже сбежала из дома и в течение недели была в нашей банде. Минсо была такой кроткой и робкой, она мне сразу понравилась. Но когда она отказывалась выполнять их приказы, они издевались над ней, так же как и надо мной.

Минсо попробовала так жить, но потом сбежала домой. Они не желали оставлять ее в покое. Вскоре они узнали, что Минсо рассказала обо всех творившихся в банде делах своей лучшей подруге Ким Сугён.

Они словно с катушек слетели. Увидев это, я ушла из их банды и вернулась домой. Это случилось три месяца спустя. Я снова начала ходить в школу, но они стали мне названивать и пообещали, что отстанут, если я выполню их последний приказ: привести на крышу Ким Сугён после перемены во время четвертого урока.

Мне пришлось сделать это. Я мечтала, чтобы они поскорее от меня отстали. Но я очень переживала: что они задумали? После первого урока во время перемены я схватила Ким Сугён, выходящую из туалета, и попросила подняться на крышу, как только начнется четвертый урок.

Сугён, скорее всего, уже знала от Минсо, что я тоже была в банде «сбежавших из дома». Неловко посмотрев на меня, она согласилась.

Мне было любопытно и страшно. Перед четвертым уроком я спряталась в туалете, а потом вышла. Мне не хотелось становиться соучастницей преступления. Но я не могла поступить по-другому.

Тогда я увидела: переодевшись в школьную форму, те девчонки поднимались по лестнице, ведущей на крышу… Парень, их главарь, Ли Хангю, тоже был с ними. До этого они приказали мне украсть и мужскую форму, чему я поначалу удивилась. Оказывается, она была нужна именно для этого случая.

Девчонки стройным рядом шли за ним. Они всегда беспрекословно его слушались. Стоило сумасшедшему Ли Хангю приказать что-нибудь безумное, как они с удовольствием это выполняли. Кажется, в тот раз произошло то же самое.

– Может, это он? Он и есть N?

– Нет, того парня зовут Ким Хёнхван. Мы с одной параллели, но из разных классов. После тех происшествий, где-то год спустя, он сам меня нашел, так как на фотографии, которую попросила сделать Ким Сугён, была и я.

Точно не знаю, но, наверное, Сугён попросила его фиксировать каждое движение этих школьниц. Не получив никакой оплаты за работу от нее, ведь она погибла, он решил получить хоть что-то с меня. Он угрожал, что распространит эти фотографии… Поэтому я ему заплатила. Боясь, что он снова меня найдет и будет шантажировать, я сменила имя и номер и постаралась совсем пропасть из виду. Но тут появились вы, и он почуял, что ситуация может весьма выгодно повернуться в его пользу. А я снова стала переживать, что мое не совсем приятное прошлое может раскрыться…

Я купила серую сим-карту, позвонила ему и сказала передать эти фотографии вам. Ведь вы, как и я, пострадавшая, и мне необходимо было показать, что я с ними не заодно.

Не выдавайте меня. Простите. У меня действительно не было дурных намерений. Я только хотела, чтобы они перестали меня преследовать. Из чувства вины я иногда прихожу на могилу Сугён. Я рассказала вам всю правду. Простите меня за мою ошибку молодости.

Верно. Они преступники. А Сугён наверняка убил Ли Хангю. Точно он. Перила на крыше школы Семун довольно высокие, девочки не смогли бы так высоко поднять Сугён и перекинуть ее через преграду. Это Ли Хангю поднял и сбросил… Сугён погибла от рук Ли Хангю. Он всегда всем руководил… А так как он был в школьной форме, то смог ускользнуть от глаз полицейских.

– Удали записи звонков от меня. Я удалю записи разговоров на телефоне твоего мужа. Скажешь, муж сам упал. А я пришла, так как испугалась за тебя. Я отправлю тебе сообщение со своего номера: «Пришла встретиться с твоим мужем, а он лежит без сознания, но состояние не вызывает опасений, поэтому не стала вызывать 119 и просто ушла». Мужу потом скажешь, что я ошиблась с фотографиями, поэтому передумала о них говорить. Это уже твоя забота – убедить его, чтобы он ни в чем меня не подозревал.