Ким Джухи – Академия математики. Битва хакеров. Том 2 (страница 2)

– Это кри-и-и-инж! – отчаянно завыл друг.

Всем было любопытно, чего так стеснялся Ноыль, но отодвигаться он не собирался, поэтому ребята сдались и вернулись к своим делам. Рани заметила в руках Парана книгу:

– Что читаешь?

– Архимеда.

– Кого-кого? – спросила Рани и забрала томик у друга, чтобы посмотреть описание.

Оказалось, что Архимед считается одним из самых выдающихся математиков в мире. И эта книга его биография. На старой обложке красовалось две печати: естественно-научной школы и их математической академии.

– Это что за старье? Серьезно, зачем ты это читаешь?

– Архимед упоминался в наших пособиях по математике. Заинтересовался.

– Ничего себе. А ты у нас любознательный! И про что хотел узнать? – Рани все еще не верила, что кто-то по своей воле может читать подобное.

– Про его смерть.

– Ну и как он умер? – спросила девочка.

– Римские войска вторглись на Сицилию, где жил Архимед. По одной из версий, он сидел перед домом и размышлял над чертежами, сделанными прямо на песке. В этот момент подбежал римлянин и наступил на них, а Архимед закричал: «Не тронь моих чертежей!» Легионер не узнал ученого и зарубил его мечом. Услышав об этом, римский полководец разозлился и опечалился, ведь он приказывал не убивать Архимеда. По завещанию математика на камень в его гробнице нанесли изображение. Так люди почтили память умершего.

– Завещание? А что в нем было?

– Архимед открыл красивое соотношение между объемами конуса, шара и цилиндра 1: 2: 3. Он считал это своим главным открытием, поэтому попросил изобразить на своей могиле шар, вписанный в цилиндр.

– В каком месте?

– Что? – не понял Паран.

– В каком месте оно красивое? Куда смотреть, чтобы эту красоту увидеть?

Друг забрал у Рани книгу, открыл иллюстрацию с фигурами и задал встречный вопрос:

– То, что соотношение между объемами конуса, шара и цилиндра равно 1: 2: 3, само по себе удивительно и красиво. Разве нет?

Девочка посмотрела на схему и тут же ответила:

– Ничуть. – Рани взяла книгу и положила ее перед Ноылем. – Вот тебе это кажется красивым?

– А? Нет, я не фанат геометрии. Забери это, – отмахнулся от нее друг.

Арым, молча наблюдавшая за ними, рассмеялась. Рани улыбнулась и протянула Парану книгу, отрицательно качнув головой:

– Не нашли мы красоты…

Паран взял томик и уже собирался что-то ответить, но случайно выпустил его из рук. Биография Архимеда со стуком упала на стол и раскрылась. В процессе падения из нее выпал потрепанный листок и исчез под столом. Рани подняла его и аккуратно расправила. Это оказалась записка. В глаза сразу бросился большой знак «∞», выведенный желтым маркером. Буквы местами выцвели. Видимо, написано было давно. Содержание записки было интригующим: «Тэпаль, встретимся после уроков в клубной комнате. Нужно поговорить. Я много об этом думал и пришел к выводу: то, чем я сейчас занимаюсь, слишком опасно. ∞»

– Ничего себе! Вот это привет из прошлого! Это же сколько лет назад написано… И неужели записка адресована нашему учителю Чон Тэпалю? – От удивления глаза Рани стали круглыми, как шар с иллюстрации.

– Может быть! Он ведь выпускник естественнонаучной школы, – добавила Арым.

– Серьезно? Он выглядит как тип, который был суперхорош в учебе. И все, чем он занимался, – учился, учился и еще раз учился. Боюсь, тут тоже речь о каких-нибудь внеклассных занятиях, – попытался остудить любопытство девочек Ноыль.

– А вот и нет. Про внеклассные занятия не пишут «опасно». И что это за странный знак в конце? – возразила Рани.

– Это математический знак. Означает потенциальную бесконечность. В смысле, что переменная может достигать сколь угодно больших значений, – объяснил Паран.

– Бесконечность? А может… бесконечную любовь? У него что, была девушка?! – выдвинул предположение Ноыль.

– Не может быть! – хором закричали девочки.

Арым с Рани не верили, что у Чон Тэпаля могли быть романтические отношения. Их гипотеза провалилась.

– Еще так изображают ленту Мебиуса. Это фигура, у которой нет конца и начала, внешнего и внутреннего. У нее только один край и одна поверхность, – вмешался Паран.

– Ну ты и шутник. Не бывает такого, – хихикнула Рани.

– Возьми длинную ленту, перекрути один конец на 180° и соедини его с другим – получится лента Мебиуса. Она разбивает стереотип о том, что у всего есть внешняя и внутренняя поверхность в трехмерном измерении, – объяснил Паран.

– А-а-а… – просто протянула подруга и открыла последнюю страницу книги.

Там Рани нашла библиотечную карточку. Десять лет назад, во времена естественно-научной школы, еще не было компьютерной системы учета. Поэтому, кто и когда взял книгу, записывали на карточках. Имени Чон Тэпаля в ней не было. Зато последним, кто ее брал, оказался…

– Рю Гон? – вслух прочитала Рани.

И в этот момент он вошел в класс. Ноыль от такого внезапного появления аж на стуле подпрыгнул. Он молниеносно свернул вкладку с гайдами по игре и неловко улыбнулся.

– Посмотрели трансляцию? – спросил учитель.

– Да! – хором отозвались все четверо.

Взгляд Рю Гона упал на стол, и он заметил записку. А в ней желтый знак «∞».

От Ноыля не ускользнуло то, как приподнялись брови учителя, всего на секунду. Потом он снова принял безмятежный вид, но при этом не сводил глаз с записки.

– А вы тоже выпускник естественно-научной школы? – спросил Ноыль.

– Нет. Так, я зашел напомнить вам про план. Если возникнут вопросы, спрашивайте. Я буду в учительской. Заполненный план приносите мне. На этом все. – И Рю Гон, стараясь сохранять бесстрастное выражение лица, вышел из клубной комнаты.

Нужно было еще кое-что рассказать ребятам о клубной работе. Но эта записка выбила его из колеи. В сумраке он шел по коридору с ледяным выражением лица.

Слишком часто эта школа напоминала ему о том, что он хотел забыть.

Немецкий ученый А. Ф. Мебиус изобрел ее в 1858 году. Модель ленты можно легко сделать, если взять длинную бумажную полоску и склеить противоположные концы в кольцо, предварительно перекрутив один из них на 180°. Тогда точки A и D, B и С соединятся.

Лента обладает таким свойством, как односторонность. То есть у нее нет внутренней и внешней поверхности. Если двигаться по ее поверхности в одном направлении, то в конце первого круга окажешься в той же точке ленты, но на обратной ее стороне, а в конце второго – вернешься в исходную точку.

Секрет октаэдра

Иногда, находясь в кабинете, Тэсу чувствовал на себе взгляды одноклассников. В такие моменты он, выпрямив спину и сдерживая улыбку, думал: «Так и должно быть, это мое предназначение – быть в центре внимания».

Да, даже у детей существовала своя иерархия. То, какое место ты в ней занимал, зависело от многих факторов: оценки, внешности, умения драться и договариваться, происхождения… И Тэсу был на высоте по всем пунктам, поэтому в начальной школе он находился на вершине пищевой цепочки. Существование Парана не представляло настоящей опасности, но изрядно досаждало ему. И Тэсу это не нравилось.

Обычно он наслаждался интересом, который проявляли к нему ребята. Но сейчас они смотрели не на него, а на Парана с Ноылем. А тех это абсолютно не заботило. И это раздражало больше всего. Тэсу злобно взглянул на парней. Равнодушное выражение на лице Парана и беззаботное у Ноыля пробуждали в нем дикую ярость. Тэсу опустил глаза и снова открыл справочник, пытаясь сдержать злость и забыть об их существовании.

Прозвенел звонок – занятие по самоподготовке закончилось. Ноыль тут же подорвался со своего места и вылетел в коридор. Он направлялся к лестнице, когда услышал из-за спины внезапное:

– Эй, куда спешим?

– Напугала, блин. – Ноыль повернулся к Рани. – Ты что, ниндзя? Все время появляешься из ниоткуда. Сердечко мое, сердечко! – Парень картинно схватился за грудь.

– А из-за кого мне пришлось овладеть этим навыком? Изучаю территорию, чтобы потом легко тебя выслеживать.

– Не хочешь сгонять за булочками? – попытался отвлечь подругу Ноыль.

– Ты мне зубы не заговаривай. Кто сегодня дежурный в кабинете математики, а? – Рани схватила его за воротник.

– А? Я же в прошлый раз убирался?

– Какой прошлый раз? Круг уже прошел. Снова твоя очередь. Со зрением проблемы? На доске же написано.

Ноыль напряг память: да, кажется, Рани права, сегодня он должен убирать в классе.

– Но ты-то откуда знаешь? – удивился друг.

– Кто, если не я? Ты ведь пустоголовый.