Ким Чжэхи – Остров грехов (страница 12)
– Вы, должно быть, Ким Сонхо?
– Да, я бронировал «Сонату» на сегодня на пять часов.
Сонхо показал владельцу распечатку с номером брони:
– Следуйте за мной.
Мужчина с ключами шел впереди; из-под куртки его выглядывали протертые на ягодицах штаны. Казалось, он очень много времени просидел в ожидании клиентов. Оставив позади станцию «Мокпхо», мужчина прошел около пяти минут пешком и наконец ступил на просторную парковку. Затем указал на серебряную «Сонату» шестого поколения[31], что стояла рядом с парковкой. Здание отсюда выглядело новым, будто было построено всего несколько лет назад.
– Вот ваша машина. Выпущена чуть менее года назад. Проверьте, пожалуйста, задний бампер и багажник. Серьезных царапин нет, но, как видите, есть одна малюсенькая на двери со стороны пассажира. Теперь откроем багажник. Видите канистру со сжиженным нефтяным газом? Вам нужно будет вернуть ее в заправленном состоянии. Вы бронировали машину с четырнадцатого по двадцатое января; вносить корректировки не будете?
– Нет, даты те же.
Ё Тоюн тем временем уже начал загружать их вещи в багажник.
– Что ж, тогда желаю приятного путешествия. На обратном пути вам нужно будет подъехать в офис к пяти часам вечера.
Сонхо сел за руль, отрегулировал сиденье и зеркало заднего вида. Ё Тоюн же забрался на пассажирское кресло и спросил:
– Обязательно было арендовать машину? Вы могли на своей поехать или попросить в полицейском участке помочь нам с разъездами, в конце концов.
Правда была в том, что Сонхо предлагали подвезти его от полицейского участка до Мокпхо, но он отказался. Ему казалось, что потом будет проще возместить расходы за арендованный автомобиль. К тому же он первый раз ехал на остров Самбо, и мысль о поездке по неизведанной дороге давила на него.
– Мне показалось, что так будет удобнее. Заодно можно и на новой машине прокатиться.
– Видимо, меня всю поездку будут по Самбо катать. В таком случае я буду подсказывать дорогу – хорошо ориентируюсь на местности.
– Вы взяли с собой заключение графологической экспертизы, которую провел профессор Ан Чхансун?
– Да, но мне было запрещено разглашать сведения кому-либо, кроме ответственного за это дело – следователя Кан Тэсу. Я не показал документы в поезде, поскольку подумал, что будет лучше, если мы обсудим их вместе в участке.
– Конечно. Я понял. До него ехать чуть больше часа, так что мы устроим поздний ужин прямо там.
Ё Тоюн снял куртку и положил ее на заднее сиденье. Отклонив кресло назад, устроился поудобнее. Его бежевая футболка с клетчатыми заплатками на плечах вся измялась. Сонхо снял пальто и пиджак, тоже убрал их назад, после чего выпрямился на водительском сиденье и пристегнулся. Установив в качестве места назначения полицейский участок Самбо, он медленно выехал с парковки на перекресток возле станции Мокпхо.
– Где вы родились?
– В Сеуле, – ответил Сонхо.
– Жили в столице с самого детства? Тогда вам, наверное, места вроде Мокпхо кажутся странными? Все-таки здесь все совсем по-другому.
– Став полицейским, я часто ездил в командировки в провинцию.
– В Мокпхо полно низких зданий. Как ни крути, а в Сеуле не так: там одни небоскребы друг на друге. Тут же много и старых домов, сохранившихся еще с эпохи японской оккупации, и живописных домиков на берегу моря.
– Остров Самбо, какой он?
Ё Тоюн усмехнулся:
– Довольно тусклый – сами увидите. Дома расположены редко, часто едешь по дороге – ни души не увидишь, кроме разве что фермеров. В художественной галерее билетами и то один работник заведует. Да и из посетителей только я. Так или иначе, зимой здесь не сезон, но, как по мне, сейчас сюда приезжать как раз самое то для тех, кто хочет отдохнуть.
Тем временем они уже въехали на территорию уезда Хэнам, миновали дамбу Кымхо и, следуя по государственной дороге № 18, проехали достопримечательности района Усуён. Перед их взором раскинулось бескрайнее море, а вдалеке показался памятник Ли Сунсину[32]. Свежий морской ветерок проникал сквозь открытое окно.
День клонился к вечеру. Сумерки сгущались, время близилось к семи. Стоило пересечь мост Самбо и въехать на остров, как на пути периодически стали попадаться фермеры, собирающие урожай. Одни под завязку набивали грузовик пекинской капустой, другие аккуратно, связка к связке, складывали в грузовые фургончики лук-батун. Кроме них, людей почти не было. Вокруг лишь море, небо и сельские угодья. Морской туман уже успел покуситься и на прибрежную дорогу.
– Они собирают урожай даже зимой, – заметил Сонхо, рассекая трассу, с которой открывался вид на прохладное зимнее море.
– На Самбо земледелием занимаются и в зимнее время. Он же на юге, так что урожай созревает несколько раз в год. Здесь, кроме фермеров, госслужащих и владельцев закусочных, почти никто и не работает. Разве что несколько человек еще в больницах и магазинах трудятся. А, ну и еще три довольно большие церкви появилось.
– Самбо известен своим кутом очищения[33]; как-то не вяжется с этим церковь.
Ё Тоюн снял очки и, протирая линзы тряпочкой, ответил:
– Людям свойственно нуждаться в какой-либо опоре. Если раньше для упокоения человеческой души требовались старые методы, например кут очищения, то сейчас им, должно быть, хочется, чтобы покой помог им обрести единый бог.
Машина, что еще не так давно неслась вдоль моря, оставив позади морской пейзаж, успела проехать знаки, указывающие на деревни Соннэри и Кёдонни.
Вскоре они вырулили на главную дорогу острова. Здесь было меньше магазинов, чем на периферии любого провинциального города, а вместо красивых зданий в одну линию стояли ветхие одноэтажные домики. Несколько раз они проезжали мимо мужчин среднего возраста, выгуливающих чиндо. Одна из собак с блестящей золотистой шерстью залаяла им вслед.
Сонхо бегло взглянул на собаку в зеркало заднего вида и вернулся к дороге: впереди показалась улица, словно паутиной пронизанная узкими переулками. Машина въехала в один из них – за парочкой кофеен виднелся рынок. Закусочных было мало, в основном это были забегаловки, где продавали жареную курицу или китайскую еду навынос. Они покинули переулок, проехали здание администрации острова Самбо и располагающуюся по соседству художественную галерею «Сочжон». Навигатор объявил, что место назначения уже совсем близко, но главная уездная дорога продолжала петлять кругами по переулкам, а полицейский участок показываться не спешил.
– Слушайте, может, зайдем в тот мини-маркет за водой; заодно и дорогу спросим? Я тоже был только в галерее, а в участок еду впервые.
По предложению Ё Тоюна Сонхо оставил машину на открытой парковке, что располагалась на углу перекрестка. Только они вышли из машины, как густой воздух окутал их с головой. Ледяной и такой свежий.
– Здешний воздух чистый, да? Ну, каково оказаться в месте без выхлопных газов?
Первым в магазинчик зашел Ё Тоюн, Сонхо – за ним. Взяв воду и несколько закусок, они направились к кассе. Двое молодых людей, на вид лет двадцати, болтая друг с другом, пробивали товары.
– Еще вчера вечером пили и дрались насмерть, а тут утро – и уже друзья закадычные. Бывает же такое.
Сонхо взглянул на стоявшего у кассы парнишку – на лбу у него красовался огромный пластырь.
– Да, блин, вообще-то жесть как больно.
– Ну прости-прости, хи-хи, – подлизываясь, извинился тощий парень, что раскладывал сигареты на прилавке.
На стене возле кассы были расклеены списки и фотографии преступников, разыскиваемых за мошенничество, убийство или ограбление. На первый взгляд люди на фотографиях и парни за кассой казались похожими. Тот, что с пластырем, уточнил, сканируя товар:
– Сосиски вам греть не нужно?
– Нет, спасибо, – ответил Сонхо, покачав головой.
– А завсегдатаи обычно греют…
– Мы ищем местный полицейский участок; не подскажете, где он?
Ребят окутала странная атмосфера. Сонхо предположил, что ночь они провели в обезьяннике.
– Вы, наверное, к нам из Сеула приехали. А по какому делу? – поинтересовался второй паренек, сев на стул слева от товарища с пластырем и раскрыв упаковку с булочкой. Пухлое лицо его было сплошь усеяно прыщами.
– Помогаем полиции.
– Выйдете из магазина, пройдете мимо парковки, затем переедете речку по мосту – там увидите два многоквартирных дома. Участок прямо напротив.
Расплатившись и выйдя на улицу, Ё Тоюн снял пленку с сосиски и засунул ее в рот. Сонхо шел к припаркованной машине, когда сзади послышался его голос:
– О, щенки чиндо.
Из клетки доносился вой, внутри кто-то шевелился. В железном ящике, что стоял возле цветочного магазина рядом с мини-маркетом, скулили два маленьких белошерстных чиндо. Миска перед ними пустовала. Пока один щенок лежал с закрытыми глазами, другой подошел к двери клетки и лизнул протянутые Ё Тоюном пальцы. Мужчина проигнорировал висевшую рядом записку «
– Сильно же ты проголодался.
– Нам пора.
– Ну разве не милашки? А, помощник инспектора? – спросил Ё Тоюн, скормив остатки еды щенкам.
– Что?
– Вы создаете впечатление абсолютно безэмоционального человека.
– Работа для меня на первом месте. Пойдемте.
Сонхо сел за руль. Ё Тоюн с сожалением взглянул на клетку и занял место пассажира. Вокруг было темно, хоть глаз выколи. Желудок тихо урчал от голода. Они выехали с парковки на пустынную улицу с видом на гору. За мостом через реку виднелись многоэтажные дома, а на противоположной стороне рядом с линией электропередач – плакат «