Кезалия Вердаль – Кольцо гиацинта (страница 8)
Вновь начинаю улыбаться
И утверждать, что все могу.
Веселой вечно всем казаться…
Но знаю… я всего лишь вру.
Я просто правду скрыть стараюсь,
Бегу я от самой себя.
Но верно… очень постараюсь
Привыкнуть к памяти шутя…
Парень схватил дневник и начал жадно вчитываться в стихи, в которых Дейна раскрывала душу. Он будто слушал ее внутренний монолог, те слова, которые девушка никогда не осмеливалась произнести вслух.
Оказалось, что грубостью и молчанием девочка скрывала слабую надежду на любовь и счастье. Она постоянно старалась строить из себя независимую и жесткую, скрывая под твердой оболочкой нежную и ранимую душу.
Время идет, и его не вернуть,
День вновь сменяется ночью.
И нельзя предсказать, каков твой завтрашний путь…
Да вообще — доживешь ли до утра?
Лежишь, пытаешься заснуть,
Но мысли вновь уносят вдаль…
Чего все ищут, чего все ждут?
А на душе опять печаль…
Холодно сердцу — чувства застыли,
Надежда умерла навек.
Вдруг истина тебе сегодня открылась,
Как бесполезен в этом мире человек…
Винь поглядел на спящую Дейну и сел рядом с ней на кровать. Во сне девушка казалась маленьким ангелочком, а не диким зверем, кем она притворялась все это время. Огненно-рыжие волосы блестящими волнами спадали на подушку и скрывали часть лица. Молодой человек осторожно притронулся к ее щеке и убрал локоны. Рыжие волосы и изумрудные глаза — идеальное сочетание для ведьмы, подумал Винь и захихикал.
«Все женщины — Ангелы, но когда нас лишают крыльев, приходится пересаживаться на метлу», — вспомнил он мудрую фразу и вновь вернулся к дневнику.
— Интересно, что ты ответишь, если скажу, что я лишь твой, — прошептал Винь, захлопнув дневник.
В следующий миг он почувствовал у уха ее горячее дыхание:
— Что я лишь твоя…
Глава 4. Это нам по силам
— Ангелин, слушай, я хотел тебе кое-что сказать, — как-то смущенно обратился ко мне Дайя.
С нашего побега прошли три безмятежные недели. Я твердо намеревалась посетить еще раз для верности обитель Хранителя. Именно после посещения тех руин Марат нашел дорогу в Храм. Может, и я найду свой путь?
Но в связи с тем, что в тот раз я глупо все проспала, теперь найти вновь дорогу оказалось чересчур затруднительным для нас делом. Полное отсутствие коммуникаторов и даже простой карты сводили попытки обнаружить древний обитель практически к нулю.
Мы шли почти что вслепую. Я лишь чувствовала какой-то пульс… какую-то необъяснимую энергию, которая оставалась последней и единственной надеждой, ведущей к цели. Опираясь на мои ощущения мы шли день за днем, день за днем…
И я прекрасно себя чувствовала. Отсутствие электричества, горячей воды и других элементарных вещей каждого горожанина я даже не замечала. Мне нравилось лежать рядом с Дайя и смотреть на ночное небо, усыпанное миллионами звезд. Нравилось сидеть в палатке и наблюдать за тропическим дождем. Обожала плескаться в чистейшей воде прохладных здешних рек. Даже шум джунгли постепенно превратился в особую мелодию, которой можно наслаждаться весь день.
И никакой суеты. Никакой вечной погони и страха, что ты загнана в ловушку. Ты можешь сладко спать и знать, что утром обнаружишь любимого человека рядом.
Здесь был мой дом.
Трудности начались, когда закончился запас еды, который Дайя предусмотрительно заготовил перед побегом. Но как ни крути, для того, чтобы спать на холодной земле и мыться в открытой реке, нужна лишь физическая выдержка. Но чтобы убить животное… а потом еще и съесть его…
Первое время мы и вовсе перешли на вегетарианскую пищу: зачем заморачиваться, если вокруг тебя кладезь фруктов и съедобных растений. Но со временем я заметила, что Дайя такая «диета» не подходит. Он все же мужчина, которому нужно мясо, как говорил Марат. И тут я вспомнила про особенный метод рыбалки, которому научил оборотень. В тот же день наш рацион расширился на радостях для меня, как я уже говорила, для меня такая охота была самая безболезненная и наименее жестокая; так и для Дайя, который получил должную порцию белков.
— Да, конечно, что ты хотел сказать? — я подняла глаза и увидела взгляд, который встречала у Дайя всего несколько раз.
— Знаешь, я никогда не думал, что это произойдет в такой ситуации… мы в бегах… против нас всё и все… — молодой человек запнулся, затем внезапно опустился на одно колено и уже твердым голосом продолжил: — в общем, все это неважно. Ангелина, выходи за меня замуж!
От удивления я потеряла дар речи. Заметив мое замешательство, Дайя продолжил:
— Понимаю, это все так неожиданно. Но я хочу, чтобы мы поженились сейчас, пока ты… пока ты еще человек. Ангелина, ты согласна стать моей женой?!
Женой?! Женой!
Кровь прилила к лицу и пульсировала в висках.
Я стану его женой! Прямо здесь и сейчас!
— Боже, Дайя, это так внезапно… Но… Да! Конечно же да! — практически прокричала я.
Лицо любимого озарила улыбка, он встал и раскрыл передо мной ладонь.
— Прости, как ты понимаешь, здесь ювелирные не на каждом углу… — Фатум лукаво улыбнулся, — но есть кое-что другое.
На его раскрытой ладони лежали две подвески с камнем гиацинтом ярко-оранжевого цвета, который был подобно закату. Он аккуратно надел кольцо гиацинта мне на шею и наклонился поцеловать.
И в этот момент моя жизнь как будто перевернулась. Если всего минуту назад мы были влюбленной парой, то сейчас мы уже молодожены. Стерты все ограничения — и моральные, и физические.
Поцелуй с каждым моментом становился все слаще. Медленно, Дайя стал снимать с меня одежду. Я не смущалась… почему-то теперь это стало таким естественным, простым, как будто должно было уже давно случиться…
Я проснулась от ярких солнечных лучей, которые били в лицо. Дайя уже не спал и обнимал меня. Наши нагие тела все еще были сплетены. Я поцеловала его и прижалась щекой к груди.
— Ты чего так счастливо улыбаешься? — спросил Дайя, сам глупо улыбаясь.
— Да так… вспомнила кое-что.
— Что именно?
— Это наверное, глупо звучит… У нас в универе есть список дел, который должна выполнить каждая уважающая себя студентка.
— Так, и что попадает в этот список?
— Ну, например, прийти на экзамен совершенно неподготовленным, сходить на вечеринку без нижнего белья, поучаствовать в благотворительной деятельности и всякая подобная чушь, — покраснела я. — Я пропустила практически весь список, зато переплюнула всех — вышла замуж.
— Все с тобой понятно. В таком случае, закрепим это дело? — хмыкнул Дайя и поцеловал меня.
Мы потеряли счет времени. Мы разбили лагерь у реки и больше никуда не двигались. Проводя медовый месяц, я совершенно забыла о своей миссии. Мы с Дайя целыми днями занимались друг другом. Мир как будто позабыл о нас. А мы — о мире. И я вдруг поняла, что зря переживала. Пока мы находимся здесь, нас никто не может найти. Нам нет никакого дела до окружающих. Для нас жизнь остановилась — мы счастливы, и этим все сказано.
И мы можем так жить вечно. Я и он, он и я. А разве нужно что-то еще?
«Ребенок!» — вспыхнуло в голове. Если мы будем продолжать в таком активном темпе, то мамины предположения точно подтвердятся.
— Дайя, — протянула я, прильнув к мужу.
В голове промелькнула самодовольная мысль: «мужу»!