Кезалия Вердаль – Анима (страница 43)

— Ты уверена, что это лучшая тема для обсуждения на первом свидании? — деликатно уточнил блондин. — Мы вроде должны говорить о чувствах, а также какая ты красивая. А ты сегодня действительно прекрасна.

— Мы сегодня делаем, что я люблю, — упрямо заявила я, пригубив кофе. — А я люблю говорить о тебе и знать о тебе все!

— Ты спрашивала, чем я занимался, когда тебя не стало, — сдался наследник Вильерсов и скромно продолжил: — Я тренировался. Много тренировался. Мой гипноз работает достаточно.

— Достаточно? Ты побил рекорд Мурусов! В Высшем Совете тебе поклоняться должны. Они уже знают, какой силой ты обладаешь?

— А я знаю, что ты еще любишь, — прервал мой восторг молодой человек.

Казалось, ему не хотелось говорить про мир Мурусов.

— И что же?

— Танцевать.

Марк включил портативную колонку, и по пляжу разнеслась музыка.

— Боже мой, и снова одна из моих любимейших песен! С ума сойти! Ты же действительно знаешь все, что мне нравится. Будто был в моей голове.

Он протянул руку, приглашая на танец. Мы медленно двигались под романтичную мелодию, но так как я не до конца восстановилась, то ноги довольно быстро устали. Тогда он предложил поставить мои ступни на свои, и закружился в танце, ведя нас двоих.

— Знаешь, луна сегодня очень красивая, — произнес он загадочно, при этом глядя мне в глаза.

Его слова показались знакомыми. И меня оценило. В одной из книг, которые я озвучивала, эта фраза означала признание в любви. То есть даже здесь он решил сделать в моем любимом стиле.

Я стала лихорадочно вспоминать, как правильно ответить, чтобы откликнуться взаимностью.

— Марк, извини, я не помню правильный ответ, — призналась я к своему стыду. — Кажется, теперь ты знаешь меня даже лучше, чем я сама. Давай ты просто скажешь, что любишь меня.

— Я люблю тебя, — послушно вторил он.

— А ты — мое море, безграничное и ласковое, — неожиданно вспомнила я зашифрованный ответ.

Марк медленно наклонился и коснулся моих губ. Сначала поцелуй был нежным, едва ощутимым как дуновение летнего ветерка. Но с каждым мгновением он становился все более пылким, все более страстным. Его язык ласково скользил по моим губам, пробуждая бурю неконтролируемых эмоций. Сильные руки прижимали к себе, и я зарылась пальцами в его волосы, чувствуя их густоту и тепло.

Легкое платье скользнуло вниз, оставляя меня впервые обнаженной перед ним. В его глазах горели желание и благоговейный трепет, будто он впервые увидел мир после долгих лет слепоты.

Я повела его к костру, где Марк уложил меня на мягкий плед. Его губы скользнули ниже, к моей шее, к ключицам, груди. Он оставлял на моей коже горячие поцелуи, от которых по телу пробегала дрожь. Я застонала, чувствуя, как желание захлестывает с головой.

Он вошел в меня, и я ахнула от острого, но приятного ощущения. Марк двигался медленно, нежно, давая мне время привыкнуть.

Марк любил меня страстно, как никто не мог любить. Когда я посмотрела ему в глаза, то увидела в них затмение.

Он был готов открыться мне, впустить в свою душу.

Стоит захотеть, и тогда я узнаю абсолютно все — его мысли, чувства, секреты.

Все то, что оставалось недоступным для всего мира.

Но я лишь закрыла глаза, отдавшись чувствам, сфокусировавшись на его прикосновениях.

В этот момент я не существовала ни для кого, кроме Марка. Мир вокруг нас растворился, оставив только нас двоих, объятых пламенем страсти. Иногда казалось, что я теряла рассудок от калейдоскопа ярчайших прошибающих до дрожи ниточек удовольствия.

Когда все закончилось, мы лежали рядом изможденные, но счастливые. Я смотрела на звезды, сияющие на ночном небе, и думала о том, что моя любовь к Марку как бушующий океан. Она поглощает меня целиком, вытесняя боль, страх, ненависть, оставляя место только для нежных чувств.

Рядом с Марком меня окутывало чувство необъяснимой легкости, будто я парила над землей, оторванная от всех забот и тревог. Его лицо, обычно непроницаемое и отстраненное, в редкие моменты нежности преображалось. В уголках губ появлялись едва заметные морщинки, а в серебристых глазах загорались теплые искорки. В эти моменты я упивалась его взглядом, чувствуя, как он проникает в мою душу, читая все мои мысли и чувства.

Я любила каждую деталь его аристократичного и недоступного образа. Пшеничного цвета волосы, всегда слегка взъерошенные, будто он только что вернулся с прогулки по ветреному берегу. Грубые руки с ямочками от шрамов, и голос, глубокий и бархатный, завораживал и гипнотизировал.

— Как же я рада, что мы здесь, — прошептала я, прильнув к его груди.

— Знаешь, — задумчиво произнес Марк, — я никогда не думал, что буду так счастлив.

— Я тоже, — призналась я. — Еще совсем недавно не могла представить, что моя жизнь так изменится. Ты лучшее, что случилось в моей жизни.

— У меня есть для тебя подарок, — неожиданно заявил Марк, не сводя с меня холодного взгляда. — Дай мне руку.

Вильерс осторожно взял мою ладонь и надел на палец кольцо.

— Это Алжирский узел любви, — пояснил мужчина, — символ неразрывной связи при длительном расставании. Раньше моряки, уходя в плавание на месяцы и годы, оставляли возлюбленной морской узел, связанный из двух веревок. Символ того, что узы переплетенных тел будут хранить любовь навеки.

— Оно шикарное! Спасибо тебе большое! Но а что с твоим кольцом-напоминалкой? — ревностно спросила я, любуясь подарком любимого.

Марк молчал достал обручальное кольцо с Клавир и закинул далеко в море, тем самым оборвав с прошлым последние нитки.

Эпилог

Первые лучи солнца пробивались сквозь щели в ставнях, заливая комнату Евы золотистым светом. Сладко потянувшись в скромной постели, она выключила будильник и принялась за утреннюю рутину. Умылась прохладной водой из колодца, черпая ее старым ржавым ведром, затем приготовила простой завтрак: овсянка на молоке с горсткой свежих ягод, собранных у опушки леса.

Надев зеленую форменную рубашку, заправленную в потертые джинсы, Ева вышла на крыльцо. Она жадно вдохнула свежий, пахнущий хвоей воздух, наслаждаясь тишиной и покоем заповедника.

Сегодня она отправится в северную часть национального парка, где обитают редкие виды птиц. Взобравшись на самый высокий холм, женщина достала из рюкзака дрон и запустила в небо, чтобы начать патрулировать труднодоступные места. Беспилотник тихо жужжа кружил над лесом и неожиданно зафиксировал какое-то движение.

В сторону ее дома двигалась какая-то процессия.

Закинув ружье на спину, рейнджер ломанулась в сторону своего убежища, который так тщательно скрывала последний год. Благодаря должности смотрителя в заповедном парке, Еве удалось найти укромное место, чтобы спрятаться от Мурусов. Выданная экипировка для борьбы с браконьерами — дроны и фотоловушки — также сильно помогали выявлять незваных гостей.

Женщина добралась до дома и аккуратно зашла с заднего двора. Она затаилась в мохнатых кустах и прислушалась.

Незнакомцев было несколько. Слышны женские и мужские голоса… и все до боли знакомые.

Ева выглянула из своего укрытия и не поверила своим глазам.

— Мама?! — крикнула я, когда заметила в стороне какое-то движение.

— Доченька, Муся!

Родительница кинулась нам навстречу и крепко обняла меня. Она точно не ожидала этой встречи, ведь Марк в течение года уже виделся с ней и сообщил о случившемся.

— Ну конечно я твоя мама, — засмеялась она сквозь слезы, ответив на мой немой вопрос. — Но как? Марк, ты же сказал, что Киралина погибла.

Больше года прошло, как не стало Роберта. Словно ива, гнущаяся под ветром, но не ломающаяся, Ева оставалась сильной и красивой, с тонкими чертами лица и утонченной фигурой. Белокурые волосы, тронутые сединой, были убраны в высокий хвост. В ее осанке не было ни сутулости, ни скорби. Она по-прежнему держала спину ровно, а голову высоко, разве что руки, некогда нежные и холеные, теперь огрубели от работы.

— Привет, мам. Мы все так думали, но давай я чуть позже объясню, — пообещал Марк и продолжил: — У нас для тебя еще новости.

— Надеюсь, только хорошие. А то когда Магорианы рядом, — Ева кивнула в сторону Арми, стоявшего в стороне, намекая на его амбициозного дядю, — у меня большие сомнения.

— Обижаете, — театрально насупился Арманд. — Вы ж меня с пеленок знаете. Я вообще, вон, вашу Мусю всю сознательную жизнь оберегал. По-всякому.

Марк пропустил вперед Айрин. До этого девушка скромно стояла рядом с Ассюрансом, не мешая нашему воссоединению.

— Здравствуйте, — немного грубовато представилась пилот и протянула руку. — Айрин.

— Здравствуйте, — родительница аккуратно пожала протянутую руку и настороженно обратилась к Марку: — И это…

— Мам, это моя родная сестра и твоя дочь. Мы думали, что она умерла, поэтому ее и подменили на Киралину. Когда Арми и Айрин сошлись, то он начал копаться в ее прошлом. Оказывается, твоя дочь выжила и провела все детство в детском доме. Потом Венера почему-то забрала ее себе и вырастила в свою соратницу. Может, хотела в дальнейшем использовать как-то против нашей семьи. Да, и мы провели ДНК-тест. Айрин точно моя сестра.

Ева мягко улыбнулась и уже распахнула объятия девушке. Последняя смутилась, но ответила взаимностью. Айрин была выше мамы на целую голову — вот кому достались гены Роберта!

Сегодня новая родственница также предстала перед нами с настоящим цветом волос — русым как и у старшего брата. Оказывается, до этого она постоянно красилась в брюнетку, чтобы больше походить на своего бывшего наставника — Венеру.