Кезалия Вердаль – Анима (страница 12)

— Киралина, мне не нужно с кем-то делиться секретами. Сам факт владения информацией, о которой никто даже не догадывается, уже придает чувство превосходства. Ты думаешь, почему мы ходили в частные школы и даже высшее образование получали в специализированном учреждении? Чтобы оградить нас от неугодной информации. Чтобы происходящее — коррупцию, заговоры, манипулирование — воспринимали как норму вещей. Чтобы оставались преданными семейным ценностям. Зачем нам все эти навыки стрельбы, знание ядов и владение холодным оружием? Потому что в один прекрасный день за нами могли прийти, если погрузимся слишком глубоко в семейный бизнес.

Представляю, какими невеждами мы выглядели в его глазах. Он сидел со мной на тех же самых лекциях и с невозмутимым лицом конспектировал наставления от Мурусов, при этом зная, как на самом деле обстоят дела.

Арми встал и пересел на стул, уступив мне место на кровати. Я благодарно кивнула и легла на мягкую постель. Все кости ныли, а нога неприятно пульсировала. Лиам вроде оставил какие-то обезболивающие, надо будет не забыть выпить перед сном.

— Ты знал о планах покушения? — мне было интересно, насколько тщательно Протеус следил за деятельностью кланов. Неужели есть кто-то, способный уложить группу разведки Мурусов на обе лопатки.

— Не на сто процентов, но мы были к такому готовы.

— Поэтому ты так хитро утром лыбился? — вспомнила я странное поведение Арманда. — Та брешь в заборе, мотоцикл…

— В общем, да, — горделиво подтвердил кудрявый красавчик.

— Почему тогда не попытался остановить их? — напрашивался естественный вопрос. — Почему не предупредил моих родителей? Понимаешь, Ева могла погибнуть.

Арми сложил на груди руки и насупился. В такие моменты его рельефные бицепсы напрягались и увеличивались в объемах, превращая их обладателя в великана.

— Моя цель — защитить тебя, своего лучшего друга. И последнего Анима.

Я смягчилась.

Мои родители, приемные родители, не его забота.

— Как ты думаешь, Марк будет бороться за возвращение былого влияния династии Вильерсов?

— Ты была его сестрой все эти годы. Как сама считаешь? Он хотел бы продолжить дело отца?

— Я правда не знаю. Ты же сам видел — Марк не самый душевный собеседник, — я лишь тяжело вздохнула полной грудью. — Почему он не обратился к Высшему Совету Мурусов? Они же должны вмешиваться в таких случаях. По факту, Арлен совершил военный переворот.

— Я могу лишь предположить, что Марк и не собирался просить помощи. Не удивлюсь, что он так легко завербовался, чтобы в один прекрасный день убраться от этих гребаных террористов, поднять паруса и уйти в море.

Я кивнула. О наших сложных взаимоотношениях с Марком он пока не знал.

Глава 4

Я плохо спала.

За один день мир полностью перевернулся. Это было соизмеримо с тем, если бы оказалось, что Солнце крутится вокруг Земли. Или на самом деле мы дышим углекислым газом и выдыхаем кислород.

Я долго ворочалась, думая о прожитой жизни. Я была как роза, выращенная в теплице. Меня оснастили шипами, чтобы защищаться от внешних врагов. Но никто и не сказал, что окружающий мир играет по другим правилам. Что просто придет садовник в толстых перчатках и острыми ножницами срежет на корню.

Перед глазами мелькали испуганные и разочарованные лица Вильерсов, которых я уже больше никогда не увижу. Те, кого я считала семьей. Нет, точнее они рассматривали меня как ее частичку. Маленькой шестеренкой огромной системы, которая прекрасно существовала даже если бы я выпала и затерялась где-нибудь в пыльном углу.

Я убила нескольких людей.

Только сейчас осознала, насколько хороша и эффективна система образования Мурусов, что самооборона прошла на автопилоте.

Мои настоящие родители погибли двадцать лет назад. И в их смерти мог быть виноват Роберт.

А если бы они не погибли, планировали ли когда-нибудь рассказать мне правду? При каких обстоятельствах могла бы пройти встреча?

За один вечер я стала сиротой дважды при живой бабушке, которая, видимо, не сильно питала ко мне родственных чувств.

Но самое главное — как Я могла оказаться Анима? Я — маленькая серая мышка, невзрачная Муся, которой, максимум, перепала бы роль верной подручной, но никак не примы. Я могла бы с легкостью представить на своем месте Марка, Арми, да кого угодно — только не себя.

То, что я выжила сегодня после кровавой бойни, уже величайшее достижение. А теперь на меня повесили ярлык последнего Анима, за которым будут охотиться все кланы Мурусов, если эта информация хоть где-то просочится.

Я заснула уже почти под утро. Точнее сказать не могла, ведь в комнате не было окон, а биологические часы от стресса совсем сбились.

Разбудил резкий стук в дверь. На пороге стоял Марк, вымотанный и растрепанный. Рана на лбу опять разошлась, и кровавый след засох на левой щеке.

Он был одет в черную форму спецназа без обозначающих нашивок (почему-то я невольно вспомнила бордовые пионы на гербе Вильерсов). На поясе висел пистолет, и из накладного кармана торчала окровавленная рукоять ножа.

— Мама в безопасности, — сообщил он.

— Все прошло удачно?

— Да. Все в порядке.

Я пропустила его внутрь и усадила на кровать. Намочила полотенце и стала как можно аккуратней промывать раны. Вблизи теперь разглядела темные гематомы на руках и шее, ссадина на скуле, разбитая губа. Под одеждой несомненно спрятаны еще множество других травм.

— Я могу ее увидеть? — спросила я, прикоснувшись к рассеченной губе, отчего Марк сморщился. — Прости!

— Нет, ее забрал пилот Вильерсов. Не знаю, куда, — предугадал он мой назревающий вопрос. — Но ты же знаешь, Ева сможет за себя постоять.

— Я с ней еще увижусь?

— Уверен, что да.

Я переплела наши пальцы и, не знаю почему, приложила тыльную сторону его ладони к губам. Его кожа была шершавой и все еще пахла порохом. От стрельбы осталась ссадина между указательным и большим пальцем.

Удивительно, что всего за какие-то двадцать четыре часа чужой на протяжении двадцати лет брат превратился в любящего незнакомца.

Как я должна теперь вести себя?

Наконец перестать гасить искры возникающие между нами и дать волю чувствам?

Марк запустил пальцы свободной руки в мои спутанные ото сна волосы и прижал меня к груди. Его сердце стучало четко и мерно как хорошо отлаженные часы. Я не выспалась и чувства немного притупились, но от присутствия мужчины по телу разлилось какое-то подобие спокойствия. Может, мне передалась капля его хладнокровия, которая поможет сохранить рассудок среди этого безумства.

Щеку царапнули острые края складки его рубашки. Я немного отстранилась и еле выдохнула:

— Это… В тебя стреляли? — я нашарила дыру в нагрудном кармане. — Боже, тебе надо срочно в медпункт!

— Все в порядке. На мне бронежилет. Одевайся, нам нужно ввести тебя в курс дела. Я зайду за тобой через полчаса, — пообещал Марк.

У двери из спальни я робко прикоснулась к его плечу:

— Марк.

— Что?

— Спасибо. Спасибо, что спас маму. — Я запнулась. — Ну, она теперь только твоя мама. Но все равно спасибо.

Мурус кивнул и исчез в полутемном коридоре генштаба Протеус.

Марк сопроводил меня в общую столовую, где уже ждал Арми.

Обеденным залом служило светлое, современно оборудованное пространство с высокими потолками. В дальнем конце находился большой экран, на котором транслировались новости и публичная информация о текущих миссиях.

В столовой стояли десятки длинных столов с рядами стульев, а также несколько отдельных столиков. Царила оживленная атмосфера, так как агенты приходили и уходили нескончаемым потоком. Некоторые сотрудники ели в одиночку, явно устав от этого пчелиного роя, в то время как другие собирались группами, чтобы обсудить задания или просто поболтать.

В отличие от нас Магориан выглядел свежим и отдохнувшим. Мужчины кинули друг на друга полные недоверия взгляды и молча принялись за завтрак. С этой минуты вражда между их семьями меня уже не касалась, ведь я и вовсе оказалась третьей противоборствующей стороной.

Хотя, честно говоря, Арми не сильно выглядел обделенным. Его отец не был кровно связан с кланами, да и масштаб его бизнеса впечатлял, поэтому в интересах Магорианов продолжать поддерживать с ним хорошие отношения.

К тому же никто не в курсе, где находился Арманд и являлся ли он предателем. Может, мы с Марком его одолели и выбросили труп в реку. Пока всплывет — должно пройти пару дней, не меньше.

Проходящие мимо агенты с любопытством поглядывали на наш стол, кто-то обменивался приветствиями с Арми (чертов всеобщий любимчик), кто-то даже мило интересовался моим самочувствием. Я неловко улыбалась в ответ, а про себя лишь умоляла, чтобы на нас обращали меньше внимания. Марк с невозмутимым лицом не отвлекался от трапезы и устало поедал завтрак.

Сквозь снующих людей я неожиданно заметила в углу кофемашину и сразу кинулась к ней со скоростью мчащегося поезда, позабыв про все еще ноющую лодыжку.

Вот что поможет сделать день капельку счастливей!

У меня, кажется, даже руки затряслись как у наркомана перед приемом очередной дозы. Но не успела я закинуть в аппарат капсулу, как Марк обнял за плечи и повел прочь из столовой в сторону кабинета Венеры.

— Лиам наказал не давать тебе пить кофе, — пояснил он на мои возгласы возмущения.

— Ну пожалуйста, один глоток, — я сразу перешла к стадии торга. — Что с ним не так?!