Кейвен Скотт – Атака некронов (страница 3)

На самом деле так называемый Большой зал был сгоревшим бронетранспортером.

Тален понятия не имел, как он сюда попал. Легенда гласила, что отец Онак разобрал транспорт по частям и cпустил его по канализации. Он был восстановлен на почетном месте в центре водостока, остальные лачуги и палатки сгрудились вокруг его почерневшего корпуса. Судя по всему, отец Онак был силой, с которой приходилось считаться — наследие, которым его дочь пользуется по сей день. Она была настолько же ленивой, насколько он — храбрым, но остальная часть банды боготворила землю, по которой девушка слонялась без дела, особенно со стабпушкой в руках. Теперь предводительница играла с оружием, развалившись на своем троне, еще одной реликвии правления ее отца, сделанной из катапультируемого кресла боевого корабля. Остальные воины толпились вдоль стен, прислушиваясь к Риззу, который дико жестикулировал гаечным ключом посреди большого зала.

— Во всем виноват Тален, — заявил бандит. — Вы бы видели сокровища внутри того корабля! Они стоили целое состояние, но он напал на меня прежде, чем я успел забрать то, что принадлежало мне по праву.

— “Мне”? — протянула Онак, приподняв проколотую бровь.

Ризз низко поклонился, чтобы скрыть свою ошибку.

— Вам, повелительница.

— Он лжец! — все лица повернулись к Талену, когда тот вошел в зал. — В том отсеке не было ничего стоящего, только куча сломанных механизмов.

— Тогда почему ты напал на меня? — выплюнул в ответ Ризз.

— Хороший вопрос, — поддержала со своего трона Онак.

— Потому что наш храбрый Чемпион собирался расплющить безоружную девчонку.

— Она это заслужила, — прорычал Ризз.

— Почему? Потому что она пнула тебя по голени? — Тален выпятил нижнюю губу. — Бедный малыш.

— Так вот что случилось, Чемпион? — спросила Онак, едва скрывая презрение в голосе.

Ризз повернулся лицом к трону.

— У нее были роботы, — солгал он, отчаянно пытаясь сохранить лицо. — Здоровые такие, вооруженные до зубов.

Тален громко рассмеялся.

— Да ты шутишь. Ты правда выбрала вот это?— Тален повернулся к их предводительнице. — О, Ризз действительно чемпион — чемпион неприкрытой лжи. Там были роботы, но чуть больше моей руки.

Лицо Ризза стало таким же красным, как и его татуировка.

— Их были сотни!

— Три, может, четыре дюжины, — парировал Тален. — Они были приставучими, но едва ли опасными.

— И это говорит тот, кто сказал нам бежать!

— Только потому, что мы зря теряли время. Ты сказал, что на корабле были сокровища, но там была только куча мусора, прямо как ты.

— Что? — взревел Ризз.

— А теперь Эсса в караулке… из-за Ризза, а не из-за меня... — Тален выпятил челюсть. — Он не заслуживает того, чтобы быть нашим Чемпионом.

— Возьми слова назад, — выплюнул Ризз, размахивая ключом. — Или, я покажу тебе, как Раскалыватель получил свое имя!

Тален стоял на своем.

— Хотел бы я посмотреть на твою попытку.

— Не ты один, — сказала Онак, облизывая свои губы, сидя в кресле. — Твоя честь подверглась сомнению, Чемпион. Что ты собираешься с этим делать?

— Я убью его! — взревел Ризз, бросаясь на Талена.

Собравшаяся толпа разразилась радостными криками, воины всегда были готовы посмотреть хороший бой, но Тален был готов к встрече со своим противником. Он выхватил из кобуры лучемет и направил его прямо на Ризза. Чемпион описал дугу, легко выбив оружие из рук Талена... как тот и ожидал.

Тален толкнул Чемпиона плечом, сбив того с ног. Ризз приземлился лицом вниз, Раскалыватель с глухим стуком упал на пол.

Тален бросился на своего соперника, размахивая кулаками. Причина, по которой Ризз никогда не видел, чтобы противник пользовался лучеметом, заключалась в том, что тот не работал. Тален украл его из казармы отца в тот день, когда сбежал из дома. Это была семейная реликвия, антиквариат, передаваемый из поколения в поколение. Он всегда был для показухи, в отличие от его кулаков. Тален был драчуном, в то время как Ризз был не более чем хулиганом. Так называемый Чемпион умудрялся дурачить Онак годами, но этому настал конец. Тален покажет всей банде, каким трусом на самом деле был их Чемпион.

Он ударил Ризза, но тот успел пнуть его сапогом, попав мальчику в грудь. Тален наткнулся на ревущую толпу и тут же был оттеснен к Риззу по меньшей мере тремя перевозбужденными зрителями. Это было именно то, чего он хотел. Он сделал вид, что кувыркается вперед, свернувшись калачиком, который привел его прямо к Раскалывателю. Он вскочил, ключ для труб теперь был в его руках, и замахнулся на Ризза. Чемпион отскочил в сторону, чтобы не попасть под удар собственного оружия, и, потеряв равновесие, неуклюже приземлился у ног Онак. Тален опустил Раскалыватель в нескольких дюймах от головы Ризза. По Большому Залу пронесся вздох, но Тален не собирался бить Чемпиона. Он просто хотел, чтобы Ризз умолял сохранить ему жизнь, все, что угодно, чтобы тот показал свое истинное лицо.

— Ты подчиняешься? — заорал он на Чемпиона, когда тот опустил ключ с другой стороны головы здоровяка. — Ты сдаешься?

Он поднял оружие для третьего и последнего удара, и Ризз поднял взгляд, жутко ухмыляясь.

— Разряд! — крикнул Чемпион.

Раздался треск электричества от батарейки, спрятанной в рукоятке ключа. Энергия хлынула в тело Талена, каждая мышца сжалась. Со сдавленным криком он рухнул на пол, выронив оружие. Вокруг них Воины скандировали имя Ризза, призывая своего Чемпиона закончить работу. Триумфально ухмыльнувшись, Ризз взял Раскалыватель и, торжествующе взревев, воздел его высоко над головой, как трофей. Его имя звенело у всех в ушах, он повернулся к Талену и в последний раз поднял громоздкое оружие, готовый нанести смертельный удар.

— И поэтому, — прорычал Ризз, выплевывая слюну, — Я — Чемпион, а ты — ничто!

Глава третья

Сирена

В Большом Зале завыла сирена. Даже Ризз удивленно огляделся, забыв, что собирался расплющить соперника раз и навсегда.

— Что это? — спросил он, когда Онак вскочила на ноги.

— Я не верю, — сказала предводительница. — Этого не может быть.

— Не может быть чего? — пробормотал Тален, все еще едва в состоянии пошевелиться. Раньше он слышал множество сигналов тревоги, в основном от взлома многочисленных фабрик и литейных цехов улья, но ничего подобного. Если другие сигналы тревоги были похожи на назойливое жужжание мух, то этот был похож на рев льва. Такой громкий. Такой настойчивый.

— Онак? — спросил Ризз, поворачиваясь к их главарю.

Краски схлынули с ее татуированного лица.

— Я уже много лет не слышала этого шума, — пробормотала она в ответ. — И даже тогда это была ложная тревога.

— Но что это значит? — спросил Тален, с трудом вставая.

Онак встретила его растерянный взгляд, и мальчик увидел в ее глазах настоящий страх.

— Вторжение, — прямо сказала она. — Улей атакован.

Зелия любила выбираться из улья. Ей никогда не нравились города, особенно гигантские башни миров-ульев, поднимающиеся, как зазубренные шипы, из разрушенных ландшафтов по всему Империуму. В них не было ничего естественного: от богатых, живущих в роскоши в облачных шпилях, до бедных, влачащих невыносимое существование в убогих глубинах подземного города.

Она ненавидела вонь переработанного воздуха и никогда не чувствовала солнечного тепла на своей коже. Она провела большую часть своей жизни на открытом воздухе, храбро сталкиваясь со стихиями на десятках миров по всему Империуму. Здесь она чувствовала себя живой. Здесь она чувствовала себя свободной.

Зелия оглянулась на Рал Рата, поднимавшийся высоко в небо позади нее. Из улья донесся вой сирены. Что это было?

Потребовалось около двадцати минут, чтобы добраться до места раскопок, ее гравицикл с шумом скользил над пустошью. Мама девочки разбила лагерь в тени древних, покрытых пылью руин. Куполообразные палатки жались друг к другу, окруженные ящиками, готовыми к отправке обратно на «Скриптор».

Скиммер ее матери стоял возле самой большой палатки, но Элизы и остальных нигде не было видно. Зелия нажала на тормоза, ожидая, что байк замедлит ход. Вместо этого его дряхлый антигравитационный генератор отвалился, и из суспензоров повалил дым. Зелия вскрикнула, когда гравицикл накренился, ударившись носом о землю. Ее выбросило из сиденья, а транспорт развернулся в воздухе. Байк и наездник рухнули в грязь одновременно, подняв столб пыли.

— Зелия?

Элиза Лор выбежала из главного шатра, направляясь прямо к дочери.

— С тобой все в порядке?

Не было никаких сомнений, что Зелия и Элиза были родственниками. У них была схожая смуглая кожа и копна непослушных черных волос, собранных на макушке.

Бледнокожий мальчик выскочил из палатки вслед за Элизой.

— Что ты наделала? — требовательно спросил он, подбегая к дымящемуся гравициклу.

— Нет, все в порядке, Мекки, — пробормотала Зелия, когда Элиза помогла ей подняться. — Ты просто беспокоишься о байке. Не то чтобы я чуть не сломала себе шею или что-то в этом роде.

Помощник Элизы уже осматривал сбитую машину, совершенно не обращая внимания на сарказм Зелии. Он был высоким и худощавым, его длинные конечности были облачены в развевающиеся красные одежды его народа. Как и все марсиане, он обладал природной тягой к машинам, и постоянно возился с археотеком, обнаруженным на раскопках Элизы. По утверждению лексмеханика Эразма, люди Марса поклонялись самой технике и общались с духами, которые, по их мнению, населяли все машины. Зелия не была уверена, верит ли сама в существование машинных духов, но знала, что Мекки предпочитает компанию гаджетов и разных штуковин другим людям. Он даже немного походил на машину, благодаря экзо-остову, который помогал ему двигать иссохшей правой рукой. Мекки, очевидно, сам смастерил бионическую манжету, когда ему было всего три года.