Кейт Ринка – Малыш для Хозяина Города (страница 8)

И что же сделал ее муж – он уселся во главе стола, на свое почетное место, в очень вальяжной, раскованной позе. Уж он точно не нервничал, ни одной жилкой своего каменного лица. Тем временем, Влас подвел меня к тому же небольшому столу и помог сесть, рядом с каким-то мужчиной, который здесь уже находился. И как раз напротив хозяйки дома. А вот Влас и вовсе вышел, оставив меня наедине с этими ненормальными.

– Для начала я вас представлю, – начал Сафронов. – Алла – это Дарья. Дарья – это Алла, моя жена…

Оказывается – ее зовут Алла, почетная жена. Она одарила меня коротким взглядом и каким-то нервным жестом вздернула нос, снова уставившись на своего неблаговерного. А я, оказывается, Дарья – просто Дарья. Которая так же просто со страху раздвинула ноги перед чужим мужиком.

– Какая милая девушка, – произнесла Алла, глядя на мужа и выдавая при этом такую натянутую улыбку, что губы вот-вот потрескаются.

Одарив жену своим фирменным взглядом, Сафронов снова обратился ко мне:

– А это Алексей, мой личный юрист. Алексей…

После этого момента, когда хозяин дома передал слово юристу, тот сразу открыл свою папку и разложил перед нами два документа. Затем поправил стильные очки в черной оправе и заговорил:

– Итак. Перед вами договор, в двух экземплярах. Так как основные лица уже в курсе содержимого, я все-таки проговорю основные моменты для Дарьи.

Невольно я выпрямила спину, зачем-то накрывая живот ладонью. И занервничала еще сильнее.

– Согласно этому договору вы, Дарья, после рождения ребенка отказываетесь от материнства и всяких прав на ребенка. И передаете его кровному отцу, а также законной супруге отца ребенка, которая становится для него законной матерью…

Так, я честно постаралась вникнуть в суть слов этого юриста. И вроде все было понятно, просто и ничего особенного нового. Сафронов ведь сразу сказал, что заберет своего ребенка после рождения. А теперь просто хотел подкрепить слова буквой закона. Что показалось мне немного смешным. Будто у меня появится возможность как-то противостоять его слову. Но… а вдруг.

– Так же вы, Дарья, согласно этому договору обязуетесь не разглашать любую информацию, которая касается данного ребенка и его родителей. Вы ни с кем не можете обсуждать ни свою беременность, ни роды, ни происходящее в этой комнате. Говоря простыми словами – вы рожаете, отдаете ребенка, и забываете обо всем случившемся. Все подробности описаны в договоре. Понятно ли вам это? Есть ли какие-то вопросы?

Мои губы тронула улыбка, самая нервная. Вроде все понятно. Но внутри такие ощущения… что кричать захотелось, желательно матом. И я даже не могла до конца понять – почему? Ведь я изначально не хотела этого ребенка, и была очень даже «за» скорее от него избавиться, и забыть обо всем, как о страшном сне. Я вообще на аборт была готова. Но в этот самый момент, когда мне в лицо ткнули договор о передаче ребенка, в груди что-то запротивилось происходящему. Даже плакать захотелось. Может, это гормоны пляшут, не пойму.

– Могу я ознакомиться с договором? – все-таки произнесла.

Пусть даже не понятно, зачем мне это. Подписать бы гадскую бумажку и уехать домой… или где я там сейчас проживаю.

– Конечно, – ответил мне юрист.

Но взгляд Сафронова буквально приказывал не тянуть время. А его жена и вовсе недовольно вздохнула. В такой компании, и вообще ситуации, оказалось сложно сосредоточиться. Второй абзац я начинала читать три раза, чтобы вникнуть. Посторонние взгляды так и буровили. Я даже присела пониже и подняла договор на уровень своих глаз, чтобы спрятаться от окружающих. Но ото всех это сделать было сложно. В поле моего зрения попадал то строгого вида Сафронов, то его недовольная жена, которая в какой-то момент все равно не выдержала:

– А можно как-то побыстрее?

Но здесь я даже не успела открыть рот.

– А может, ты немного помолчишь? – вдруг обратился к ней Сафронов, затыкая рот.

И так они друг на друга посмотрели, что окончательно укрепилось впечатление – любовью здесь и не пахнет. Хотя, что я знаю об этой парочке? Вообще ничего. Может, за дверью спальни у них там такая любовь, что искры летят. Может это перед нами он тут хорохориться, а с ней наедине нежнее котенка. А может… это все вряд ли.

– Так, нет, извините, мне нужно прочесть это в тишине и наедине. Могу же я забрать договор домой для ознакомления?

Вдруг наступила напряженная пауза. Пока глава дома не произнес:

– Хорошо, отложим вопрос до завтра.

– Что? – выдохнула миссис Сафронова, хмуря свои идеально нарисованные бровки. – Но зачем нам откладывать этот вопрос до завтра, когда можно все сделать сегодня?

На что муж ей ответил:

– Дарья же внятно сказала – она хочет ознакомиться с договором.

– Да, это ее право, – согласился с ним и юрист.

– Ладно, я поняла, – покорно ответила та. – Тогда, возможно, я на сегодня свободна?

– Иди, – бросил ей Сафронов, как-то грубо и безразлично.

Но его жена все равно поднялась с видом полным гордости. Провела ладонями по юбке, разглаживая ткань. После чего одарила меня презрительным взглядом, развернулась и с гордо поднятой головой покинула комнату.

– Алексей, ты тоже пока свободен, – произнес хозяин дома.

И вот уже мы с Сафроновым остались наедине. Как-то совершенно внезапно. Он развернулся в мою сторону, внимательно оглядел и только затем спросил:

– И в чем же дело?

– В чем?

– Это я у тебя спрашиваю.

А что здесь скажешь? Если только правду.

– Ну, во-первых, я не ожидала такого поворота событий. Могли бы и предупредить, что собираетесь знакомить со своей женой и составлять какой-то договор. Вы вообще всех свих любовниц с ней знакомите?

На таком вопросе я поняла, что злюсь. Точнее, злость была с самого начала, просто наружу пошла именно сейчас.

– Ты первая.

– О, это потому что я случайно от вас залетела?

– Да.

Да и все?! Он так возмущал меня, до глубины души, что я потеряла весь страх и подорвалась с места.

– Да как вы вообще до такого додумались? Вы хоть немного любите свою женщину?

На что мужчина вдруг ухмыльнулся и также издевательски ответил:

– Она моя жена.

– А есть разница? – не поняла я.

– Иногда есть. Но знаешь, что я тут подумал… Дарья. Тебя не должно волновать все это. Ты вообще не должна волноваться. Тебе вредно. Подпиши договор, роди мне ребенка и забудь обо всем. Кстати, Алексей забыл добавить, что тебя ждет щедрая компенсация. В договоре это тоже есть.

На этом мне резко перехотелось с ним разговаривать. Еще и слезы на глазах стали наворачиваться. Хотя странно, ведь не от чего. Меня ведь никто здесь не обидел, вроде бы. Даже компенсация там какая-то. А я все равно взяла и разревелась, прямо перед Сафроновым, еще вначале пытаясь выговорить:

– Хорошо, я почитаю. А пока можно я поеду домой?

– Можно. Когда скажешь, чего ревешь? – произнес он уже напряженным голосом.

Но я смогла ответить только это:

– Я не знаю.

На что он немного подумал и вдруг встал. Вдруг подошел и притянул меня к себе, присаживаясь на край стола.

– Тогда успокойся, – услышала я от него.

Так неожиданно, все это, что я действительно перестала плакать, и вообще замерла под его пальцами, которые так нежно погладили меня по виску.

– Растерялась. Да? – спросил, глядя прямо в мои глаза.

Такой удушающий. На самом деле очень притягательный мужчина. Мое тело аж резко вспомнило, что было между нами, когда-то уже очень давно. И ведь вспомнило все хорошее и самое приятное, отзываясь странным теплом внизу живота. Потому что в тот день, когда у нас все произошло, этот мужчина был нежным, иногда.

– Наверное.

– Алла сама захотела с тобой познакомиться. Ведь именно она будет воспитывать моего ребенка, которого родишь ей ты.

Я прищурилась. Мне так и показалось, что это было простое женское любопытство. Чтоб посмотреть на девицу, которую обрюхатил твой мужик. Странно другое – эта Алла и правда готова принять ребенка мужа от другой женщины?

– А она точно хочет этого ребенка? Или у нее просто нет выбора? – решила я спросить, пока он так стоит рядом со мной и спокойно разговаривает.

– У нее нет выбора его не хотеть, – пояснил он вот так, чем мало что объяснил. – Не волнуйся, она справится. Но до этого нужно справиться тебе. Думай об этом так, будто ты суррогатная мать, которую мы наняли. А этот договор расставляет все на места и гарантирует тебе приятный бонус за услугу. Договорились?

Я задумалась. А ведь действительно все так и получается. Я и правда как суррогатная мама, которая должна выносить чужого ребенка и отдать чужим людям. Правда, благодаря папаше плод получился естественным путем. И еще парочка таких маленьких моментов: изначально я была против, и в самом процессе все-таки участвовала моя яйцеклетка, а не чья-то чужая. Но это ведь совсем не важно, правда?

– Хорошо, я поняла.