Кейт Ринка – Дикий шелк (страница 6)

До его слуха донесся треск дерева – последствия борьбы его остатков самоконтроля. Тем временем Дикая придвинулась к нему совсем близко, изгибаясь в танцевальном движении, ерзая на коленях, запуская пальцы в его волосы. Сила воли Джоза еще никогда не подвергалась такой изощренной пытке. Именно поэтому он не смог сдержать сдавленного то ли стона, то ли рыка, который прорвался сквозь стиснутые зубы. И он услышал ее хрипловатый глубокий шепот:

– Так и знала, что врешь, будто я тебе не интересна. От тебя за километр несет вожделением.

– Не обольщайся, детка. В нашем случае это не имеет никакого значения.

Она ухмыльнулась.

– Провоцируешь меня?

– И в мыслях нет. Так что слезь с меня, пока я не свернул твою прекрасную шейку. И поверь, это я сделаю с не меньшим удовольствием, чем если трахну тебя.

Дикая рассмеялась: открыто, задорно. Ее вообще хоть что-то способно задеть?

– Ни один, слышишь? – произнесла она ему на ухо. – Ни один кобель не имеет права дотрагиваться до меня без моего согласия, чтобы после этого еще остаться в живых.

«Даже так?» – удивился он. Хотя удивляться тут было нечему.

– Мне кажется, излишняя самоуверенность мешает тебе слушать.

Она отстранилась. Все с той же улыбкой взяла пальцами его подбородок.

– Клинок с тобой?

– Нет. Он остался в машине.

– Это плохо. Очень и очень плохо, – сказала ему в лицо, наклоняясь для поцелуя.

Гипнотизируя взглядом ее губы, Джозеф подумал о том, что нужно это остановить. Но тело не воспринимало подобный импульс мозга. Вместо этого его охватило болезненное предвкушение. Но, когда до касания остались какие-то миллиметры, когда он уже почувствовал на губах ее дыхание, Дикая оттолкнула его лицо в сторону, да так, что резануло напряженные мышцы шеи. После чего, под собственный смех, она поднялась с колен. Джоз с трудом усидел на месте, уговаривая себя проявить сдержанность.

Все с тем же настроем Дикая направилась к другим посетителям, с кокетством позволяя засовывать купюры под резинку черной подвязки или трусиков. Одного из мужчин погладила по щеке, об второго потерлась спиной, приседая с широко разведенными коленками и взъерошивая копну темных волос, к третьему села на колени. И все – не отпуская взгляд Джоза. Зачем это делает? Он понял тогда, когда она поцеловала мужчину. На его глазах, дразня и заставляя жгуче завидовать. А также каким-то образом рождая внутри него чувство собственника. Вот так сразу. Едва ли не с первой встречи. Хотя бы уже оттого, что этот поцелуй она пообещала ему. И себя предлагала ему, пусть больше и дразнила. Но что за бред?! И ведь он сидел и смотрел, как ее губы сливаются с губами какого-то человека, который, конечно же, отвечал ей пылкой взаимностью.

Он убьет его!

И ее!

Как только они окажутся наедине, он… Нет, сначала трахнет, а потом убьет. И к дьяволу все просьбы Сары.

Наконец Дикая закончила свой танец. Проходя мимо, она наклонилась к Джозефу и прошептала:

– Как жаль, что ты пришел не один. Могли бы повеселиться.

«Просекла, зараза», – понял он, вовремя догадавшись о ее планах и еще успевая схватить за руку.

– Не так быстро, – произнес ликан и поднялся на ноги.

– Уверен в этом? – спросила девушка с хитрой улыбкой на губах.

Джоз бросил взгляд за ее спину. К ним направлялись двое крепких и серьезных парней в красных футболках с черными надписями на груди «security». Но его это нисколько не пугало и тем более не отстраняло от поставленной цели. Отвечая ей такой же хитрой улыбкой, ликан достал из кармана значок в виде волчьей головы и с надписью «BSI», дающий такие же полномочия, как и прочие значки правоохранительной власти. Стоило лишь сунуть в лицо охране этот значок, как те вежливо попросили их обоих выйти.

Дикой такой расклад не понравился, о чем ему сообщил ее суровый взгляд. Она попыталась выдернуть свою руку, но Джоз лишь сильнее сжал ее, вдавливая пальцы в кожу.

– Съела? – произнес он, довольный собой.

Засунув руку во внутренний карман куртки, ликан достал оттуда наручники. Он уже ликовал, радуясь своей важной поимке, когда увидел в глазах напротив коварные искорки веселья.

– И не мечтай, – томно произнесла девушка, после чего сделала то, чего он не ожидал.

Она укусила его! Наклонив голову, эта самочка с тихим рычанием вонзила зубы во внешнюю сторону его ладони. Но Джоз бы такое еще стерпел, не ударь его Дикая коленом в пах. Это был удар ниже пояса во всех смыслах. Острая боль заставила ликана опуститься коленями на пол и расслабить захват пальцев, из которых тут же выскользнула женская рука. И в таком положении ему оставалось смотреть, как Дикая убегает. С легкостью раскидав охрану, девчонка быстро скрылась за плотными алыми шторами.

«Где, черт возьми, Фил?» – только Джозеф об этом подумал, как мимо проскочил и сам напарник. Но драгоценное время уже было упущено. И к тому моменту, как они выскочили на улицу, то увидели лишь уходящий в точку спортивный мотоцикл, на котором сидела Дикая, одетая все в то же черное бикини.

– Надо же, ушла, – озвучил Фил и без того видимый факт.

– Неужели?! А я-то и не заметил! – сорвался он на неповинного парня.

Зараза! Как только посмела так провести его?! Так возбудить и унизить!

– Что, завелся? – понял Фил, на что Джозеф промолчал. – Да ладно тебе, даже я завелся. Такая оторва и мертвого взбудоражит.

– Отвали, я в норме, – бросил он, стараясь привести в порядок дыхание, а заодно и себя самого.

– Как скажешь. Только, что дальше?

А дальше? А дальше ничего. Оставалось надеяться, что Дикая рискнет встретиться с ним еще раз. А такая рискнет. Он был в этом уверен почти так же, как и в том, что в следующую встречу уже не позволит ей уйти.

***

Было темно и холодно. Согреться нечем. И очень хотелось пить. Сжавшись в комочек, Хайди лежала на полу какого-то подвала. Она не знала, где находилась, не знала, какой сегодня день. Много ли прошло времени с того момента, как ее сюда приволок Питер? Она пришла в себя пару дней назад, но неизвестно, сколько оставалась без сознания. Ей было так страшно, как когда-то в детстве и как потом еще долгое время. Ди снова оказалась в беде по вине родного брата, пусть и другого. И вновь некому помочь, включая и собственную мать. Только в этот раз она не одна. Сейчас их было двое – она и ребенок, что рос в ее чреве. Ребенок от любимого ею человека, которого не имела права потерять.

Собственное бессилие угнетало, а положение казалось таким безвыходным, что слезы катились по щекам. Но некого было винить, кроме себя самой. Не нужно было ехать к матери. Не нужно!

Внезапно раздался скрип железных петель. Этот звук пробрал до озноба. Подорвавшись, Ди отползла к стене. По подвалу прокатился перезвон цепи, которая крепилась к ее ошейнику с одной стороны и к стене – с другой. Этот звук сменили удары тяжелых шагов. По лестнице, освещенной полоской света, к ней спускался мужчина. Это был Питер – родной брат, кареглазый брюнет, который невзлюбил ее с детства и совсем возненавидел за смерть своего близнеца. Почему-то так сложилось, что эти мужчины были ее самым страшным кошмаром. Один насиловал в детстве до того момента, пока она не разрядила в него обойму. Второй, после этого происшествия, раз за разом предпринимал попытки отомстить ей. И страшно представить, что он с ней сделает теперь, когда она попала к нему в лапы.

– Очнулась? – произнес брат, подходя ближе. – Как настроение?

Ди передернуло. При виде Питера у нее всегда возникали эмоции, которые поселились в ней еще в детстве, тягучие и неприятные. Потому что, глядя на него, она видела лицо своего первого мучителя.

– Не очень.

– Жаль. А у меня вот какое-то… фееричное.

– Чего ты хочешь, Питер?

Не дойдя до нее пары метров, он присел на корточки, так что их глаза оказались на одном уровне. Подходить ближе явно опасался. Склонив голову на бок, он ответил ровным голосом:

– Хочу, чтоб ты страдала. Как я, когда потерял брата.

Она моргнула, смахивая выступившие слезы.

– Питер, я не хотела убивать Била.

– Конечно, – оскалился он, – ты просто случайно выстрелила в него двенадцать раз.

– Если бы он…

– Если бы ты! – Перебил мужчина, – …не крутила перед ним хвостом, он бы тебя и пальцем не тронул.

Ди даже не знала, что сказать. Она никогда не давала Билу повода насиловать ее. Но Питер думал иначе.

– Питер, прошу… пожалуйста… отпусти.

– Извини, не могу, дорогая… сестренка.

Он встал и наконец подошел чуть ближе. Ди тоже выпрямилась, придерживаясь за стену. Живот крутило от голода и чувствовался упадок сил, что наверняка Питеру было и нужно. От его слов и взгляда, с которым он смотрел, Хайди начала пробирать нервная дрожь. Потому что прекрасно понимала, что сейчас оказалась загнана в угол. Всегда готовая сопротивляться до последнего, Хайди не была уверена, что станет это делать сейчас. Она выполнит все мыслимое и немыслимое, что потребуется, лишь бы их со Стеном ребенок выжил. И жутко представить, как на это отреагирует сам Питер, который, словно почуяв неладное, начал жадно хватать носом воздух.

– Все никак не пойму… Ты случайно не обрюхачена? – наконец изрек он.

– Нет, – торопливо выдохнула она.

С грозным настроем он шагнул еще ближе и наотмашь ударил ее по лицу. Ди предвидела это движение, но сопротивляться не стала, а вместо лица инстинктивно прикрыла живот. Стерпела и смолчала этот всплеск эмоций брата. И Питер это заметил.