Кейт Листер – Удивительная история секса. Взгляд сквозь века на одну из самых табуированных тем человечества (страница 9)
К концу XVI века клитор был уже достаточно хорошо изучен — причем не только медиками или безумными охотниками на ведьм. Теперь его считали органом, дающим наслаждение, и он даже стал предметом для шуток. Наш любимый либертен, Джон Уилмот, второй граф Рочестер, назвал одного из персонажей своей пьесы «Фарс Содома, или Квинтэссенция распутства» (1689) Клитором. Клитор — фрейлина, которая регулярно доводит королеву Кунтиграцию до оргазма. Не менее распутный либертен, сэр Фрэнсис Фейн, шутил о «заливе киски» и «пирсе клитора» в городе Бат.
XVIII век стал веком расцвета книгопечатания. Методы производства и распространения улучшались, стоимость снижалась, грамотность росла. Газеты, журналы, альманахи и дешевые издания становились доступными. Следом за технологией шагал секс — торговля эротической литературой процветала. В порнографической литературе XVIII века к клитору стали относиться совсем не так, как вооруженные скальпелями хирурги. В 1740 году вышла книга Николаса Хориера «Диалог между замужней дамой и служанкой». В ней старшая женщина обучает младшую премудростям секса. И она говорит о клиторальном наслаждении. Урррра!!!!
Естественно, мы не можем не упомянуть о книгах маркиза де Сада. Хотя он посвятил немало времени клиторальным пыткам, но писал и о куннилингусе, и ласках пальцами: «Всегда требуйте, чтобы ваш клитор ласкали, пока вас трахают», «Мадам, не стесняйтесь сосать ее клитор, пусть ваш роскошный язык проникает в ее киску». Довольно разумные советы, кстати…
В XVIII веке появился особый жанр эротической литературы — Merryland Books (Книжки Веселой страны). В них женское тело описывали как ландшафт для исследований. Немало шуток связано с возвышающимися холмиками, мшистыми долинами и плодородной почвой. Периодически в этих книжках появлялся и клитор. Как видите, несмотря на существенно улучшившееся понимание клитора, одержимость медиков его размерами не только сохранилась на страницах старинной порнографии, но и превратилась в настоящий фетиш и показатель сексуальной извращенности.
Большие клиторы всегда считались признаком повышенного либидо и лесбиянства, а негативное отношение к мастурбации, возникшее в XVIII веке, породило новые догадки о причинах появления «гусиной шеи» — чрезмерное «теребилово» (1938). В 1771 году малоизвестный французский доктор М. Д. Т. де Бьенвиль издал трактат об опасностях нимфомании. Он полагал, что к этому нехорошему состоянию приводит именно мастурбация. Он заявлял, что мастурбирующие женщины вскоре «сбрасывают сдерживающее, почтенное ярмо деликатности и, не краснея, открыто выражаются самым преступным и запретным языком, стремясь удовлетворить свои ненасытные желания». А кто не стремится? Более того, Бьенвиль был уверен, что у женщин, подверженных «ярости матки», клитор значительно больше, чем у «достойных женщин». Хотя Бьенвиля многие высмеивали, он был одним из немногих врачей того времени, которые стали рассматривать мастурбацию с медицинской точки зрения, а размер клитора считали показателем того, мастурбирует женщина или нет, — своего рода «клитмусовой» бумажкой, если хотите.
Хотя клитор благополучно проник в викторианскую порнографию, небольшая, но весьма энергичная часть медицинского сообщества продолжала испытывать серьезные сомнения в отношении мастурбации, и «клитмусовый тест» благополучно перекочевал в XIX век[10]. Французский врач Александр Парент дю Шатле (1790–1836), например, изучил гениталии более пятисот парижских проституток и с удивлением обнаружил, что, вопреки распространенному мнению, «половые органы проститутки… практически не претерпевают никаких особых изменений и в этом отношении ничем не отличаются от органов замужних женщин безупречной репутации». Более того, «у парижских проституток нет ничего особенного ни в размерах, ни в расположении клитора. Как у всех замужних женщин, есть разные варианты, но ничего необычного». Однако это исследование не охладило пыл других врачей, которые продолжали искать в женских утехах признаки сексуального вырождения. В «Медицинском лексиконе: Словаре медицинской науки» (1854) появился термин «клиторизм» — «слово, изобретенное для описания насилия, творимого над клитором. Также необычно большой клитор». В Американском гомеопатическом журнале гинекологии и акушерства (1885) говорилось, что «свидетельством мастурбации» является «значительно удлиненный клитор с гипертрофированной и складчатой крайней плотью». Некоторые врачи считали, что увеличение клитора вызвано мастурбацией, другие — наоборот.
Самым печально известным членом английской анти-клиторной бригады был гинеколог Айзек Бейкер Браун (1811–1873). Браун пользовался хорошей репутацией. Он был одним из основателей больницы Святой Марии в Лондоне, членом Королевского колледжа хирургов, а в 1865 году был избран президентом Медицинского общества Лондона. Все говорило в его пользу, пока в 1866 году он не издал свой труд под названием «О лечении некоторых форм безумия, эпилепсии, каталепсии и истерии у женщин». В нем он описал успешные примеры клиторэктомии для лечения всего — от истерии до болей в спине, эпилепсии, бесплодия, паралича, слепоты, безумия и многого другого. Он писал, что в 1863 году удалил клитор тридцатилетней женщине, которая испытывала «значительное отвращение к мужу». Браун утверждал, что операция имела «бесспорный успех» и брак пациентки был спасен. (Глубокий вздох…)
Теория Брауна была встречена без энтузиазма, и в 1867 году его исключили из Акушерского общества Лондона. Его дело стало широко ивестным. Браун недоумевал, почему к нему отнеслись так сурово, ведь многие его коллеги также выполняли клиторэктомию. «Я утверждаю, что мои бывшие коллеги в этом зале также выполняли эту операцию — не мою операцию, джентльмены, но операцию, показанную доктором Гаденом, которая выполняется со времен Гиппократа». И, похоже, Браун был прав. Он — комический злодей викторианской гинекологии, но действовал он не в одиночку. Я не сомневаюсь, что многие хорошие врачи, голосовавшие за исключение Брауна, были виновны в том же. Просто они не спешили сообщать об этом. Впрочем, все это не спасло Брауна. Карьера его была разрушена, и в 1873 году он умер в бедности, став, пожалуй, единственным мужчиной в истории, который пожалел о том, что так успешно обнаружил клитор.
Зигмунд Фрейд однажды назвал женскую сексуальность «темным континетом» психологии. Учитывая, сколько времени он посвятил блужданиям по этому континенту, теряя дорогу и страшась местных жителей, я склонна с ним согласиться. Одна из не самых удачных его теорий гласила, что клиторальный оргазм — это признак сексуальной незрелости. В «Трех очерках по теории сексуальности» (1905) Фрейд утверждал, что сексуальность девочки является сугубо клиторальной и маскулинной вплоть до пубертатного возраста, когда ей нужно перенести «эрогенную восприимчивость к стимуляции… с клитора на вагинальное отверстие», что сделает ее зрелой и женственной. Фрейд не призывал к обрезанию клитора, но тем не менее его идеи лишили клитор «здоровой» сексуальности в плане метафорическом. И хотя Фрейд был не единственным врачом, разделявшим «вагинальный» и «клиторальный» оргазм, его можно считать самым влиятельным из них.
Одной из самых знаменитых пациенток Фрейда была принцесса Мари Бонапарт (1882–1962), правнучка брата императора Наполеона I. В 1907 году принцесса Мари вышла замуж за принца Георга Греческого и Датского. Она имела нескольких любовников, но никак не могла достичь оргазма путем вагинального проникновения. Теории Фрейда произвели глубокое впечатление на эту женщину, обладающую научным складом ума. Она начала самостоятельно исследовать свою «фригидность» и пришла к выводу, что не может достичь вагинального оргазма, потому что ее клитор расположен слишком далеко от входа во влагалище. В этом она убедилась, опросив 243 женщины. В 1924 году она опубликовала результаты своих исследований в брюссельском медицинском журнале под псевдонимом А. Э. Нарджани. Мари установила, что женщины, у которых клитор расположен близко к входу во влагалище, достигают оргазма легко. Их она назвала «параклиторидиеннами». Тех, у кого расстояние было больше 2,5 сантиметра и кому было сложно испытать оргазм (как и самой Мари), она назвала «телеклитородиеннами». Была и средняя категория — «мезоклиториенны». Мари стала пациенткой Фрейда в 1925 году, и тот еще больше укрепил ее в уверенности, что удовлетворение можно получить только от пенильной пенетрации (прислушайтесь — и вы услышите дружный хохот лесбиянок). Одержимость принцессы Мари зрелыми и незрелыми оргазмами привела к тому, что в 1927 году она предложила хирургу Йозефу Хальбану выполнить операцию и приблизить ее клитор к вагинальному отверстию. Операция не привела к желаемому результату. Хальбан выполнил повторную операцию в 1930 году, а потом еще одну в 1931 году. Бедная принцесса Мари так никогда и не испытала вагинального оргазма и получила клитор, который полностью утратил свои функции. Бедная, бедная Мари.