Кейт Левит-Вейт – Тишина и Пламя (страница 1)
Кейт Левит-Вейт
Тишина и Пламя
Предисловие от автора.
Эта книга – вымысел. Она вдохновлена реальными историями сломанных душ, события и персонажи вымышлены – это художественный взгляд на тьму, чтобы предупредить, а не воспеть. Это правда жизни без капли прекрас: без света в конце тоннеля, без исцеления, без победы любви. Только голый факт: два сломанных человека встречаются как две чёрные дыры в пустоте. Вместо спасения они пожирают друг друга, пока не схлопнутся в ничто. Без взрыва. Без звука. Только пустота.
В конце вы спросите: «Почему так, а не иначе?» Это была любовь, которая могла существовать только в форме взаимного уничтожения.
Они не умели любить «здоровым» способом – обнимать, строить планы, лечить друг друга.
Они не хотели спасения. Они хотели правды – любой ценой. И правда оказалась чудовищной: единственный человек, который тебя полностью понимает и принимает, – это тот, кто готов вместе с тобой умереть.
Они просто любили так сильно и так неправильно, что это могло закончиться только кровью на кафельной плитке и тишиной, в которой наконец-то не нужно было больше притворяться живыми. Эта история – не романтика, а трагедия: предупреждение о том, как одержимость и травма разрушают, оставляя только вину, боль и пустоту.
Если вы чувствуете эхо своей боли в этих строках – это сигнал: вы не одиноки. В реальности всегда есть выход – обратитесь к психологу, близким или горячим линиям.
Если вам или вашим близким нужна помощь, обращайтесь по номерам или звоните сами прямо сейчас: в России Федеральная линия психологической помощи 8-800-2000-122 (анонимно, круглосуточно); для суицидальных мыслей – 8-800-100-00-91; экстренная в Москве – 051. Исцеление возможно, и оно начинается с шага к помощи – в отличие от этой книги.
Я не прошу понять.
Только не отводите взгляд.
Послевкусие горькое, как лезвие во рту, – оно остаётся навсегда.
Триггерные предупреждения (читайте внимательно, пожалуйста)
детального изображения тяжёлых психических расстройств и созависимости.
Книга содержит откровенные сцены:
Если хоть один пункт может вас сломать – закройте книгу прямо сейчас. Я прошла через это вместо вас пока писала ее. Не надо проходить ещё раз.
Эта книга для тех, кто готов смотреть в бездну, чтобы понять: тьма побеждается светом помощи, а не погружением глубже.
Глава 1:Тёмная комната
Последний басовый рифф, такой низкий, что он, казалось, исходил из самого сердца зала, оборвался, и на секунду воцарилась оглушительная тишина. А потом ее разорвали. Сначала отдельные крики, потом грохот, потом – сплошная стена аплодисментов и восторженного рева. Я провел рукой по лицу, смахивая капли пота, и почувствовал, как ухмылка сама по себе расползается по моему лицу. Кайф. Чистый, концентрированный кайф.
– Йоу, народ взлетел! – я обернулся к своим, все еще чувствуя вибрацию струн в кончиках пальцев.
Дэн, наш вечный двигатель за барабанной установкой, уже колотил палочками по всем поверхностям подряд, его лицо было одним большим сияющим смайликом. – Взлетел? Кев, да они в космос ушли! Я думал, мои тарелки сейчас в астрал уйдут от такой энергии!
Алекс, наш гитарист-интроверт, уже спокойно упаковывал свой стратокастер, но я поймал его быстрый взгляд и едва заметный кивок. Для него это было равно бурной истерике.—Нормально зашли, – бросил он. – На втором куплете немного поддал газку, но зашло.
– Да это же адреналин, братан! – я хлопнул его по плечу. – Нас, второкурсников, на разогрев к выпускному соседнего универа позвали! Я, честно, не думал, что мы настолько популярны. А теперь – двинули на тусу к Льюису, наконец-то расслабиться.
– Расслабиться? – Дэн фыркнул, набрасывая на плечи свою вечную кожанку. – Это что, новый код для «Кевин снова уйдет в себя и будет мучить нас своими душевными терзаниями»?
– А что, образ страдающего гения мне идет, – я откинул голову, изображая томную томность.
– Слишком, – простонал Дэн. – У тебя всего два амплуа: «непонятый поэт с бас-гитарой» и «парень, который случайно вышел таким красивым и теперь мучается». Хватит уже, просто потуси как нормальный человек!
Мы, смеясь, стали собирать железо. Толпа у выхода еще не рассеялась, кто-то кричал наши названия, кто-то пытался поймать за руку. Приятная усталость и осознание того, что мы только что устроили этот беспорядок, грели лучше любого алкоголя.
Туса у Льюиса была тем, чем и должна быть – громкой, душной и прекрасной в своем хаосе. Басочка лупила так, что стекла дребезжали, пол ходил ходуном, а воздух был густым коктейлем из духов, пота и всеобщего «отмучились!». Мы влились в эту бурлящую массу, ловили такт, кричали чокнутые тосты.
– Ну что, рок-звезда, – Дэн ткнул меня в бок своим стаканом с колой, – каков план на взрослую жизнь? После такого-то триумфа?
– План? – я отхлебнул своего джина. – Завтра репетиция. Новые треки сами не запишутся.
– Боже, как скучно! – Дэн закатил глаза так, что казалось, они сейчас выкатятся. – Ты прямо как наш преподаватель по физике! Нет, нужен экшен! Впечатления, падения, взлеты! Настоящий движ, о котором альбомы пишут!
– Все его альбомы и так о его платонической любви к синтезатору, – не глядя, вставил Алекс, аккуратно протирая гриф.
– Да отвяжитесь вы, – я рассмеялся. – Сегодня никаких планов. Просто ловлю волну.
И тут я ее увидел.
Она стояла в проеме двери в сад, прислонившись к косяку, и выглядела как живой арт-объект, собранный из противоречий. Хрупкая, почти невесомая, с лицом фарфоровой куклы: огромные глаза, как у молодой лани, ясные и глубокие, в обрамлении пушистых темных ресниц. Ни грамма косметики. Тонкие брови домиком. Губа, проколотая серебряным кольцом. Светлые волосы до лопаток заканчивались дерзкими синими кончиками. Рваный черный топ, узкие джинсы и потертые кеды, выкрашенные в тот же кислотный голубой. Ее поза, ее взгляд – все будто говорило: «Ну что, посмотрим, тянет тебя на смелое?» – не прося, а бросая вызов.
И она смотрела на меня. Не просто пялилась, а сканировала. Пристально, без капли стеснения. Когда я на секунду поймал ее взгляд, она не отвела глаза. Вместо этого ее язык медленно скользнул, и она прикусила свою проколотую губу. Просто. Нагло.
– Эй, Кев! Ты где? – Дэн щелкнул пальцами у меня перед носом. – Тебя в зону вынесло?
– Я… просто залип, – я насильно перевел взгляд на него.
– О, это та с синими кончиками? – Дэн просвистел, заметив, куда я смотрел. – Выглядит как ходячий артхаус. Твоя тема, однозначно. Давай, делай ход конем, покажи класс!
– Отвали, – я сделал глоток. – Не в настроении я сегодня для подкатов.
– Да она тебя уже минут десять буравит взглядом! – не унимался он. – Это же стопроцентно твой тип. Кинь пару своих убойных фраз – и дело в шляпе.
– Льюис позвал винилы послушать, – Алекс кивнул в сторону гостиной. – А то здесь этот утробный трэп и каша из звуков уже достали.
Мы просочились в соседнюю комнату, где Льюис что-то настраивал на проигрывателе. Я попытался врубиться в музыку, но ее взгляд будто припекал спину, как луч лазера. Это и бесило, и заводило одновременно.
Пытаясь отвлечься, я потянулся за чипсами и вляпался рукой по локоть в какую-то адскую сальсу. Липкая, острая дрянь обильно облепила пальцы.
– Ах ты, черт, – я с отвращением показал ребятам свое художество. – Щас, отмоюсь. Без меня весь фудкорт не сжирайте.
– Только не залипни там в зеркале, любуясь своей красотой! – крикнул вдогонку Дэн.
Я поплелся к ванной, испытывая острое желание отрубить себе эти липкие конечности. Дверь была открыта. Я зашел, щелкнул выключателем. Свет ударил по глазам. С облегчением подставил руки под холодную воду, смывая эту дрянь и часть накопившегося напряжения. Глянул в зеркало. Уставшая морда, волосы в разные стороны, но в глазах – все тот же огонь. «Норм старт», – промелькнуло в голове.
И свет вырубился.
Абсолютно. Бесшумно. Как будто кто-то просто перерезал провода. Грохот музыки за дверью стал вдруг далеким и приглушенным. Я замер в полной, беспросветной темноте.
– Вот блин, – выдохнул я. – Наверняка Льюис опять свою диджейскую установку до смерти загнал.
Я стоял, вглядываясь в черноту, но разглядеть было нечего. Дверь скрипнула и закрылась. Я почувствовал движение воздуха, запах – джин с тоником и что-то сладкое, типа клубники. Сердце екнуло.
– Эй, тут занято, – бросил я в темноту, стараясь звучать как обычно. – И, похоже, надолго. Добро пожаловать в черную дыру.
Тишина. Потом – легкие шаги. Ближе.
– Смотрел на меня? – ее голос был низким, с хрипотцой, и резал темноту.
Сердце застучало чаще, адреналин снова попер, но на этот раз – тревожный и дикий.—Опять? – я попытался пошутить, но голос подвел. – Знаешь, я тут в слепую работаю. Не повезло.
Она тихо хмыкнула. Я почувствовал, как она подошла вплотную. Ее дыхание, с примесью алкоголя, обожгло кожу.—Мне не нужен свет, – прошептала она так близко, что губы коснулись моего уха. Ее пальцы легли на мою грудь. – Я хочу тебя.
– Прямо тут? – я фыркнул, но все тело уже взвыло в ответ. – В ванной? Не особо романтично. Можно было и до дивана дойти.