Кейт Лаумер – Укротитель времени (страница 61)

— Ладно. Как только Лу свернул в кусты, я… я…

— Стукнул его по голове, верно? — подсказал один из стражников.

— Верно. А потом я… э…

— Потом, когда мы остановились и послали двух парней узнать, почему замешкался Лу, ты и им дал по черепушке, так, что ли?

— Именно так.

— А потом, когда мы все лазили по кустам, разыскивая пропавших ребят, ты прокрался сюда и похитил ее светлость прямо под носом у Леса — он остался придержать лошадей. Правильно?

— Кто это все рассказывает: вы или я? — язвительно спросил О'Лири.

— А ну, говори, где она?

— Откуда я знаю? Ведь я бил Лу по голове и крался под носом у Леса, забыли вы, что ли?

— А, ты знаешь, как зовут наших парней?! Видно, давно обдумывал это дельце.

— Замолчи, Квэквелл, — рявкнул капитан. — Мы только теряем время. Говори, где ее светлость, а не то я тебе в два счета кишки выпущу.

— Она… она в охотничьем домике с Долговязым Лоренцо.

— С Долговязым Лоренцо? А где же находится этот домик?

— Он… э… в нескольких милях отсюда. К нему можно проехать по дороге.

— Врешь, — рассвирепел капитан. — Дорога ведет к замку тетушки Пруссик, куда ехала наша госпожа.

— Ты уверен в этом? — спросил его Лафайет.

— Конечно. Миледи сама сказала мне об этом.

— А ты и поверил, — насмешливо сказал О'Лири. — Ходят слухи, что там живет не то Долговязый Лоренцо, не то Лохинвар. А может, и Лотарио.

— Я что-то не пойму, к чему ты клонишь, негодяй, — холодно сказал капитан. — Уж не намекаешь ли ты на то, что миледи преднамеренно ввела меня в заблуждение? Что она сама назначила кому-то тайное свидание здесь, в горах Чантспел?

— Ну, не очень-то тайное, если учесть, что ее сопровождало с дюжину всадников, — заметил О'Лири.

— Что ты хочешь этим сказать? Неужто ты думаешь, что она бросила нас по собственному желанию? — рассвирепел сержант.

— Подумайте сами, — сказал Лафайет. — Если бы она была со мной, неужели я оставил бы ее одну и вернулся сюда, чтобы вы меня сцапали?

— Замолчи, негодяй! С меня хватит этих грязных намеков, — рявкнул капитан. — Отойдите в сторону, ребята. Сейчас я разделаюсь с этим мерзавцем!

— Подождите минутку, — сказал сержант, почесывая затылок. — Прошу прощения, капитан, но его слова не лишены смысла. Ведь ее светлость сама велела нам вернуться за Вайти и Фредом, верно?

— Да, пожалуй. И я что-то не припомню, чтобы она прежде говорила о тетке, которая живет здесь, в горах, — добавил один из всадников.

— Глупости это, — не особенно уверенно проговорил капитан. — Ее светлость никогда бы не поступила так со мной. Я столько лет служу ей верой и правдой.

— Как знать, кэп. Дамы!.. Кто может сказать, что у них на уме?

— Думай, что говоришь. — Капитан решительным жестом одернул мундир. — Я сыт по горло нелепыми измышлениями этого негодяя. Пора вздернуть его.

— Постойте, ребята, — закричал О'Лири. — Я говорю правду. Леди Андрагорра находится, быть может, всего лишь в нескольких милях отсюда. Если поторопиться, то мы сможем догнать ее. Нечего терять время на напрасные споры!

— Он хочет обмануть нас, — оборвал его капитан. — Я уверен, что миледи лежит связанная где-нибудь поблизости, там, где он ее бросил.

— Да он просто спятил, — запротестовал Лафайет. — Он боится ехать в погоню за ней, вот и все! Это просто уловка, чтобы запутать все дело и вернуться назад.

— Хватит! Приготовьте преступника к казни!

— Подождите, — завопил Лафайет, почувствовав на своей шее петлю. Разве нам нельзя обо всем договориться, как подобает джентльменам?

Наступила неожиданная тишина. Сержант смотрел на капитана, а тот, в свою очередь, мрачно уставился на О'Лири.

— Так ты хочешь, чтобы с тобой обошлись как с джентльменом? А на каком основании?

— Я сэр Лафайет О'Лири, член-основатель… э… Национального географического общества.

— Похоже, что он прав, кэп, — заметил сержант. — С этакими званиями нам нельзя его так запросто вздернуть.

— Совершенно верно, — поспешно вставил Лафайет. — Вы погорячились, ребята. Я уверен, вы и сами понимаете, что меня нельзя казнить без суда и следствия.

— Ненужная проволочка, — проворчал капитан. — Ну да ладно. Уберите веревку.

— Чудесно. Я рад, что мы наконец поладили, — сказал Лафайет. — А теперь…

— Достаньте пистолеты!

— Это… это зачем? — запинаясь, спросил Лафайет.

Стражники между тем вынули длинные кавалерийские пистолеты, набили их порохом и вставили новые кремни.

— Станьте у дерева, сэр рыцарь, — скомандовал капитан. — И побыстрее у нас мало времени.

— У… у этого дерева?

Лафайет чуть было не упал, споткнувшись о корявые корни.

— Приготовиться, ребята! Целься!

— Остановитесь! — прокричал Лафайет срывающимся голосом. — Вы не можете расстрелять меня!

— Ты же хотел умереть как джентльмен, верно? Целься…

— Но неужели вы будете стрелять с такого расстояния? — попробовал возразить Лафайет. — Я-то думал, что вы метко стреляете.

— В июне мы заняли первое место в соревнованиях по стрельбе среди охранников, — ответил сержант.

— Тогда отойдите чуть-чуть подальше, — предложил Лафайет. — Вы бы смогли показать свое мастерство.

Он отступил назад футов на десять и наткнулся на дерево.

— Приготовиться! — скомандовал капитан. — Целься…

— Все еще слишком близко, — прокричал Лафайет. — Покажите, на что вы способны.

И он поспешно отошел еще ярда на четыре.

— Все, достаточно! — крикнул капитан. — Остановитесь, сэр, будьте готовы достойно встретить свою смерть. — Он взмахнул шпагой. Приготовиться! Целься!

С губ офицера уже было готово сорваться последнее слово, когда в кустах за его спиной неожиданно раздался пронзительный вой. Все разом посмотрели в том направлений, откуда донеслись душераздирающие звуки.

— Должно быть, ночная кошка, — предположил один из стрелков.

Не дожидаясь появления зверя, Лафайет метнулся в сторону, отскочил за дерево и со всех ног кинулся в лес. Позади него послышались крики, раздались выстрелы, и он услышал над головой свист свинцовых пуль.

Луна показалась из-за туч и осветила бледным светом маленькую бревенчатую избушку в долине, окаймленной гигантскими деревьями. Лафайет растянулся на животе под ежевичным кустом, страдая одновременно от похмелья, усталости и ушибов. Прошло полчаса с тех пор, как стихли последние крики его преследователей, прочесывавших кусты; минут двадцать назад он оказался на склоне долины и увидел внизу неяркий свет, струившийся из окна хижины. За все это время он не заметил внутри никаких признаков жизни, до его слуха не донеслось ни звука. А сам он уже успел порядком продрогнуть. Под утро стало холодать, листья деревьев покрылись искрящимся инеем. Лафайет подул на руки и посмотрел на освещенное окно крохотного домика в долине.

— Она наверняка там, — старался убедить он себя. — Где же еще ей быть в этом глухом лесу? Несомненно, — продолжал он размышлять, — ее похититель, кем бы он ни был, тоже там: ждет, наверное, с заряженным пистолетом непрошеных гостей… С другой стороны, если я останусь здесь, то окончательно замерзну, — решил Лафайет.

Он с трудом поднялся на ноги, похлопал себя озябшими руками, сильно закашлявшись при этом, и начал медленно спускаться по крутому склону. Подойдя к домику, он обошел вокруг него, вглядываясь в темноту и прислушиваясь. Но стояла тишина: не было слышно ни цокота лошадиных копыт, ни шорохов внутри избушки. Задернутые цветастые занавески не позволяли ему заглянуть внутрь.

Лафайет крадучись приблизился к задней двери, миновав поленницу дров и бочку для дождевой воды. Он осторожно приложил ухо к шероховатым доскам.

Внутри слышался легкий скрип, прерываемый время от времени еще более легким пощелкиванием. Слова, произносимые шепотом, невозможно было разобрать. По спине Лафайета пробежал холодок. Он неожиданно вспомнил старую сказку о Гансе и Гретель, которые очутились в домике ведьмы.