Кейт Лаумер – Межавторский цикл «Боло». Книги1-13 (страница 76)

— А ты как думаешь? Это дубликаты, которые были в хранилище в старом командном блоке. Я знал, что однажды один из вас выйдет. Я скажу тебе, Джексон, это был настоящий ад — ждать все эти годы и надеяться. Я отдал приказ, чтобы в любой момент, когда заревет Младший Тролль, собралась толпа, чтобы помочь моим войскам остановить любого, кто выйдет наружу. Я не знаю, как ты прошел через них…

— Я был для них слишком скользким. К тому же, — добавил я, — я встретил друга.

— Друга? Кто это?

— Старик, который думал, что я принц Чаминг[57], и пришел всех разбудить. Он чокнутый, но помог мне выбраться.

Ренада вернулась и вручила ему квадратную стальную коробку.

— Дай ему ключ, Тоби, — тихо приказала она. Он протянул мне коробку. Я открыл ее, перебрал полдюжины серебряных овалов из прозрачного пластика размером с доллар и вытащил тот, на котором красовались мои данные.

— Это волшебный амулет? — спросила Ренада с благоговением в голосе. Теперь она не казалась такой утонченной, но по-человечески она мне понравилась еще больше.

— Это просто синтетический кристаллический пластик, созданный для того, чтобы резонировать с моей электроэнцефалограммой, — сказал я. — Он усиливает сигнал и испускает характерное излучение, которое улавливает психотронная схема в Боло…

— Так я и думала, — сказала она, кивая. — Магия.

— Можешь считать это магией, малышка, — я опустил пропуск в карман, встал и посмотрела на Ренаду. — Я не сомневаюсь, что ты умеешь обращаться с этим пистолетом, милая, но сейчас я уйду. Постарайся не подстрелить меня.

— Ты будешь дураком, если попытаешься это сделать, — рявкнул Мэллон. — Если Ренада не пристрелит тебя, это сделают мои охранники, и даже если бы тебе удалось, я все равно был бы тебе нужен!

— Я тронут твоей заботой, Тоби, — сказал я ему. — Хорошо, у тебя есть две минуты, чтобы убедить меня. Начинай говорить!

— Ты бы не прошел мимо первого сторожевого поста без моей помощи, Джексон. Эти люди знают меня как Повелителя Троллей. Они в восторге от меня от моей маны. Но только вместе мы сможем добраться до пульта управления Боло, а затем использовать его, чтобы вывести из строя сторожевую машину на Участке…

— А что потом? — хотел знать я. — С работающим Боло ты мне не нужен, — напомнил я ему. — Повысь ставки, Тоби. Я не впечатлен.

Он облизал губы.

— Неужели ты не понимаешь? Прометей! В нем есть все, от иглометов “Браунинг” до парализаторов “Нордж”. Инструменты, оружие, приборы! И главный ионный двигатель, Джексон…

— Мне не нужны игрушки, если у меня есть Боло, Тоби. А ионный двигатель бесполезен кроме как для того, чтобы делать то, для чего он был создан.

Мэллон усмехнулся.

— Только не говори мне, на что способен ионный двигатель, Виз. Я же эксперт, помнишь? Именно мне в первую очередь пришла в голову идея поглотителя энергии. Если я чего-то не знаю об этом, то этого никто не знает.

— Они называют это манией величия, — сказал я ему.

Мэллон употребил несколько ненормативных выражений.

— Ты оставишь свою печень и глаза на дворцовом алтаре, Джексон. Я обещаю тебе это…

— Расскажи ему то, что он хочет знать, Тоби, — сказала Ренада.

Мэллон прищурился, глядя на нее.

— Ты еще пожалеешь об этом, Ренада…

— Может, и пожалею, Тоби. Но ты научил меня обращаться с оружием и играть в карты на всю катушку.

Румянец сошел с его лица, и оно стало бледным.

— Хорошо, Джексон, — сказал он почти шепотом. — Дело не только в оборудовании, дело… в людях.

Я услышал, как где-то тикают часы.

— Какие люди, Тоби? — тихо спросил я.

— Команда. Дэй, Мэйси, остальные. Они все еще там, Джексон — на борту корабля, в стазисе. Мы все еще пытались запустить корабль, когда произошло Обрушение. Было много предупреждений о том, что приближается толпа, жаждущая крови. Все было готово к запуску. Вы с Бэннером уже были внутри, не было времени задействовать основную команду… Я пошел туда с надеждой — но был совершенно не уверен, что я когда-нибудь выйду…

— Продолжай говорить.

— Ты знаешь, как была настроена система, она рассчитывалась на девять лет с автоматическим разворотом по истечении этого срока, если Юпитер не окажется в пределах расчетного диапазона. — Он фыркнул. — Конечно, запуска не произошло. После двадцатилетнего круиза, все еще находясь в доке, ее приборы снова и снова проверяли параметры. Она была защищена от всего, кроме того, что произошло: сбой при запуске за три секунды до старта. : автоматика об этом не знала. Она провела проверку и обнаружила, что гравитация составляет 1, а содержание кислорода в атмосфере тридцать с лишним процентов — все в пределах расчетных параметров, так что она была удовлетворена: масса планеты была в пределах допустимого диапазона. Поэтому после третьей проверки меня оживили, — он снова фыркнул. — Самый продолжительный тестовый запуск в истории. Я отстегнулся и вышел посмотреть, что происходит. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что произошло. Я вернулся и вывел Бэннера и Джонни из стазиса. Мы пошли в город, ты знаешь, что мы обнаружили. Я видел, что мы должны были сделать, но Бэннер и Блэк повздорили. Эти дураки хотели снова запечатать “Прометей” и приступить к запуску. Для чего? Чтобы мы могли провести остаток своей жизни, сидя на корточках в руинах, в то время как разграбив корабль, мы могли бы стать королями?

— Это еще не все, мистер Джексон, — ровным голосом произнесла Ренада. — Расскажи все, Тоби.

Он повернулся и свирепо посмотрел на нее.

— Ты что, не можешь держать свой проклятый рот на замке, неблагодарная шлюха? — он зарычал, а затем снова повернулся ко мне. — Ну ладно: ионный двигатель, конечно. Ты знаешь, что он был спроектирован так — а я был в команде разработчиков, — что мог обеспечивать наземное питание, как только мы благополучно приземлимся на Каллисто. При полной мощности катушка в качестве побочного продукта вырабатывает более миллиона мегаватт постоянного электрического тока. Если помнишь, одной из самых больших проблем в проекте была его безвредная утилизация.

Я кивнул.

— Конечно, все подземные установки были предназначены для поглощения энергии. Так что с того?

— Теперь ты, конечно, можешь понять, когда тебе на это указали, — презрительно сказал он. — Что нужно этой башне, да и всей этой провинции, Джексон? Энергия, вот что! Генераторные установки отключены, но система распределения по-прежнему цела. Все, что требуется, это источник питания, и все эти отключенные каналы снова заработают! Свет зажжется, стиральные машины, телевизоры и кондиционеры оживут! Поговорим о мане! Как только я сделаю для населения такое, недовольных больше не будет!

— Как же ты предлагаешь направить этот миллион мегаватт в чайники и настенные часы, не превращая “Прометея” и все остальное в разреженный газ? — хотел бы я знать. — На Каллисто катушка была бы установлена снаружи корпуса.

Он улыбался от уха до уха и кивал.

— Вот тут-то и вступает в игру моя гениальность, — сказал он мне. — И моя подготовка: я был офицером энергетики, помнишь? Черт возьми, чувак, я уже сделал это! Я собрал все до последнего кусочка меди и серебра в городе — да и во всей провинции! Мы заложили шины возле Участка, а раковину я приспособил в качестве трансформатора и опустил ее. Подключил магистраль к системе округа. Все, что теперь нужно, это запустить ее! И конечно, я установил последний переключатель для подключения к сети. Прямо в этой комнате! — Он указал на большой автоматический выключатель, установленный на грубой консоли.

— Понятно, — сказал я ему. — Я так понимаю, все это было выполнено до того, как Тролль заступил на дежурство.

Тоби зарычал.

— Это была вина Маккензи, придурка! В конце концов он отвернулся от меня, сказал, что люди на борту погибнут, если что-то пойдет не так. Только подумайте! — Тоби развел руками. — Разрушить империю из-за того, что несколько человек могут погибнуть. Вот безумие!

— Значит, был спор? — подсказал я.

— У меня был пистолет. Я не хотел им пользоваться, но они заставили меня. Кажется, я ранил Джонни в ногу, но они скрылись, нашли машину и опередили меня по пути к Участку. В бункере было два Боло. Какие шансы были у меня против них?

Мэллон хитро ухмыльнулся.

— Но Бэннер был дураком. И поплатился за это, — улыбка сползла, как лифчик стриптизерши. — Но когда я отправился за своей добычей, то обнаружил, что шакалы расставили мне ловушку.

— Это было крайне недружелюбно с их стороны, Мэллон. Как ни странно, но мне не хочется оставаться и держать тебя за руку.

— Ты что, еще не понял? — голос Мэллона превратился в сухой скрежет. — Даже если ты выберешься из Дворца и воспользуешься Боло, чтобы стать бароном, ты никогда не будешь в безопасности — по крайней мере, пока хоть один человек на борту корабля еще жив. Ты бы не спал всю ночь, гадая, когда же кто-нибудь из них выйдет и бросит вызов твоему правлению…

— Неспокойно приходится руководителю, а, Тоби? Ты напоминаешь мне пчелиную матку: та, что первой вылезает из куколки, жалит всех своих соперниц до смерти.

Тут подошел официант, принеся с собой ароматы, от которых у меня заболели челюсти. Мы ели цыпленка по-киевски из фарфора “Хэвиленд”[59] и пили изысканное вино из тонких, как бумага, бокалов “Орефорс”[60].