Кейт Андерсенн – Адреналин для Рины (страница 13)

– Нет.

Краткость – сестра его таланта.

– И я занят, если ты не заметила.

Металлическая штучка в его руках была похожа на школьный циркуль с вмонтированным для непонятной цели полукругом с делениями, к тому же мелкая и гораздо более роскошная. Внедорожник снова резко дернуло.

– Да держи же руль! – чуть повысил голос Зеленый.

Рина испугалась и перестала смотреть на его манипуляции. Почему она попадает в такие непонятные ситуации?..

Бродяга высунул голову из сумки и спросил:

– Порядок?

– Я бы тебе сказала, что все под контролем, – отозвалась негромко Рина, желая вытереть пот со лба, но понимая, что ни за что не отцепится от баранки, – но это будет ложь…

Наконец Зеленый сложил свой циркуль в карман и отложил айпад на панель.

– Спасибо, – и взялся за баранку снова. Рина сглотнула, медленно возвращаясь в свое положение.

Зеленый пошарил рукой слева в бардачке на двери и подал Рине упаковку бумажных салфеток:

– Вытри лоб. Струсила ты, детка.

– Я не детка! – буркнула Рина, принимая салфетки. – Я… я учительница.

– Пристегнись поскорее, – бросил Зеленый, сливаясь с рулем в единое целое. Рина, не понимая его более ни на йоту, достала салфетку и медленно вытирала лоб. Должно быть, выглядит она сейчас ужаснейше. – Да блин, пристегивайся! – прикрикнул Зеленый на нее. Вот так… лексикон…

– Пристегивайся, слышишь? – из своей сумки крикнул Бродяга. Рина поспешила послушаться, отказываясь понимать происходящее. Почему ею помыкают все, кому не лень, и, главное, она готова слушаться?

– Надеюсь, ты не слишком расстроишься, если мы проскочим Крым мимо, – сказал Зеленый, вглядываясь вперед сквозь непрерывно работающие дворники. Снаружи сделалось темнее, хоть, по расчетам Рины, до захода солнца еще несколько часов.

– Ну, это была цель поездки, – попыталась Рина сказать как можно спокойнее. – Но мы остановимся раньше, и я сразу сообщу о тебе, куда надо. Говоришь, у них на тебя зуб?

– Любопытно, – засмеялся Зеленый, – а когда они спросят твои данные, что ты им скажешь?

Рина насупилась и ничего не ответила.

– Мне надо на Сицилию, – сообщил Зеленый. – Так что, сообщаю тебе сразу, чтобы ты потом не ломала голову, куда попала.

– Сицилия?! – возрадовался Бродяга. – Это же то, что надо!

– Мы как раз туда и… – было заразилась восторгом кошака Рина, но потом одернула себя. – Да, мне туда и надо, но благодарю покорно. Я не собираюсь ехать с преступником так далеко. Может, я и не подам на вас, но точно от вас сбегу, – и она отвернулась к окну. Там… светлело, как перед рассветом. И ничего белого, как снег, не видать…

– Надеюсь, у тебя под свитером есть майка, – бросил Зеленый, и Рина, даже не успев возмутиться наглости, прилипнув к стеклу носом, поняла, что… Внедорожник летит в воздухе!

– Как! Мы… – автомобиль тряхнуло. Вокруг вспыхнул свет… Ярко-голубое небо… Асфальт и ядовито-зеленые деревца на склоне каменистого холма, почему-то кажущиеся оливковыми… Рина рывком обернулась в сторону Зеленого. За его плечом резало глаз синевой море с барашками. Они ехали над морем и вокруг… лето! – Как… ты… это сделал? – выдохнула девушка.

– Сел и поехал, – пожал плечами Зеленый, сворачивая с автострады. – Вот же блин, ошибся малость, – глянул он за стекло.

– Не говори «блин», некрасиво, – автоматически повторила Рина то, что когда-то говорила ученикам.

Зеленый покосился на нее со странным лицом и сказал:

– Ладно.

Автомобиль прокатился по пыльной почве и остановился.

– Ну, мне пора, – открыл дверцу Зеленый. – Успехов.

Рина открыла рот, даже не зная, что хочет спросить или сказать, как его и след простыл. В открытую дверь влетал теплый ветерок, настойчиво пытавшийся расшевелить упругие пряди ее волос. Ветерок пах морем. И еще свежими помидорами. Рина зачарованно отстегнула ремень и открыла дверь со своей стороны, с недоверием опуская ногу в желтом грязном ботинке на каменистую землю. Образовавшийся сквозняк принес крики чаек и наконец взметнул ее золотистый блонд кверху.

– Рина! – выскочил Бродяга из сумки и прыгнул на гравиеподобную поверхность, с наслаждением потягиваясь и кувыркаясь. – Проверь! Мы что же, правда в Сицилии?!..

Рина наклонила голову вперед, собирая волосы в пучок. Под ее ботинками дышала теплом незнакомая земля цвета каменистой пустыни… Рина выпрямилась и осмотрелась по сторонам, все еще не в силах верить глазам. И не надо – солнце грело спину, заставляя задуматься об избавлении от свитера. Девушка обернулась навстречу ветру, заслоняя глаза от ярких лучей с идеально чистого неба. Море. Зеленое от лазури. Море плещется прямо под ней, у подножия обрыва!

– Бродяга! – закричала Рина в восторге и подпрыгнула на месте, прижав руки к груди. – Мы правда в Италии!

– Ага, а ты только поняла? – спросил кошак, опасливо подходя к обрыву.

– Ущипни… поцарапай меня! – присела Рина на одно колено и засучила рукав. – Ну, давай! Я должна понять, что это реально!

Бродяга смерил Рину взглядом, который явно не говорил о восхищении ее умственными способностями и дернул ухом. Девушка не обратила внимания. Она оставила в покое рукав и впилась глазами в море.

– Италия, Бродяга, Италия! Я ведь всю жизнь мечтала о Франции, Италия меня ничуть не занимала… Но вот сейчас… волшебное чувство, словно я – маленький пазл, наконец попавший на свое место в мозаике. Знаю, смешно приходить в восторг с первой эмоции, но даже на миг испытать такое – прекрасно, верно? – Рина машинально положила ладонь Бродяге на голову. Кот повел глазами и снова задергал нервно ушами. – Будто я тут должна была родиться… Это знак! – Рина вскочила, и вниз посыпались несколько мелких камушков.

– Давай… отойдем, – толкнул Бродяга головой свою заблудившуюся в облаках подопечную в сторону внедорожника. – Ты не хочешь проверить наше местоположение? Этот угонщик сказал, что ошибся?

– Бродяга, не строй из себя брюзгу, – лукаво подмигнула девушка. – Только что сам катался по земле, – она присела и положила ладонь на песчаник. – Теплая… Рина зажмурилась, наслаждаясь итальянским солнцем. Из-за него здесь люди веселые. По легендам. Не надо забывать, конечно, что легенды часто с правдой не много общего имеют. Как же здесь много тепла! Правда, Рина всегда считала мороз своим другом, но после Забайкалья дружба немного охладела. – Только… – открыла глаза Рина и воскликнула: – Я же в итальянском ни в зуб ногой!

– Уже давно на всей земле ввели один язык, – со вздохом Бродяга уселся, положив хвост вокруг лап.

– Откуда ты знаешь?

– Чайки говорят… – отвернулся кошак смущенно.

– Чайки ему говорят, – проворчала Рина с нотками веселья и поднялась на ноги. – Ладно. Проверить геопозицию, говоришь? Хорошая мысль. Все же полностью сходить с ума никогда не стоит.

Девушка подбежала к автомобилю Влада и достала планшет с приборной доски. Нажала кнопку включения, экран остался темным. Еще раз… в чем дело? Рина потрясла планшетом, хмурясь.

– Да в чем дело?.. – подняла она бровь, снова безуспешно пытаясь воззвать к совести айпада.

– Зеленый что-то накрутил, точно, – запрыгнул Бродяга на крышу внедорожника и заглянул сверху. Рина подняла голову и встретилась глазами со взглядом кошака. А ведь он прав, Зеленый – личность, наводящая ужас. И можно поверить в любую страшилку, связанную с ним… Но тут Рина рассмеялась Бродяге прямо в белые усы.

– Да он просто разрядился! Немудрено… Здесь электричеством пользоваться тоже только по документам можно или как?

– Не знаю, – буркнул кошак. – Надо пойти вперед и проверять.

– Только сначала я хочу найти какие-нибудь данные Влада или кого-то из ребят и связаться с ними. Как бы там ни было, машину вернуть надо. Или хотя бы деньги.

– Я бы на твоем месте продал его на черный рынок, раз водить не умеешь, – спрыгнул Бродяга. – Деньги не помешают.

– А потом ты обвиняешь Зеленого в грехах, – поморщилась Рина. – Вы два сапога пара, только размерами отличаетесь.

Бродяга фыркнул и вразвалочку направился вдоль холма. Рина упрямо начала осмотр автомобиля.

Глава 8. «Офлайн»

– Ты в своем уме, Бродяга? – с содроганием посмотрела Рина на обшарпанную дверь в паутине. – Здесь?

Да и сам закоулок глаз радовать даже не пытался.

– Бюро эксклюзивной справки «Офлайн», – кошак, казалось, полностью увлекся наблюдением за ворковавшими на карнизе белыми голубями и цитировал отрешенно.

Да, что-то в таком духе и виднелось на покосившейся вывеске, заклеенной объявлениями и газетами. А еще эта паутина, на которой сидели два паука с длинными согнутыми кверху тонкими коленцами. Рину пробрала дрожь в который раз. В такие притоны ломиться только ради самоубийства. Даже богатые на солнечное тепло итальянские лучи не проникали в этот мрачный затхлый дворик.

– Прости, – мяукнул Бродяга, – я только на минутку… – Глаза его завороженно проводили вспорхнувших в далекое голубое небо голубков. – Встретимся на базе, ты ведь сама справишься, о’кей?

Рина и рта раскрыть не успела, как кот растворился в толкотне и свете соседней улицы, заканчивавшейся пьяццей. Да, неизвестно, что за город это, но в его «итальянистости» сомневаться не приходится. Хотя бы потому, что площади именуют «пьяццами», и на них фонтаны и кафешки с плетеными креслами, и посетители умудряются поглощать спагетти (от запаха которого текут слюнки, да все мимо рта) и обсуждать бытовщину так, будто ничего важнее нет на свете. А может, так и надо в жизни – влюбиться в каждый момент обыденности, и он сам взмахнет синим крылом и станет ежедневной феличитой[23]?.. Гомон такой, будто революция вершится или решается судьба кубка мира. А всего-то обсуждается традиционный рецепт пасты или истинный секрет женской привлекательности. Рине показалось, что солнечная суматоха захватила и ее, сменившую жаркий свитер на одну из футболок хозяев внедорожника. Хотелось улыбаться каждому встречному, и смеяться, и щуриться и подмигивать солнцу, и летать, и петь, и вертеться на одной ножке, и прыгать с пьяццы на пьяццу…