Кейт Аддерли – Вдребезги твой (страница 12)
Он резко поднимается и закидывает меня на свое плечо. Я вскрикиваю, хохочу, бью его по спине в надежде, что он меня отпустит. Но это же Кайд, он никогда не отпустит свое.
С ним я слишком быстро сдаюсь.
Ригхан усаживает меня на кухонный стол и целует шею. Я впиваюсь ногтями в его спину от боли. Псих не щадит меня. Он действует грубо, впивается губами и задействует зубы. Метит свою территорию.
После нашей схватки наверняка останутся засосы.
– Кайден, пожалуйста.
Мне стыдно сознаться себе – я хочу его.
– Стейс, – мучительно протяжный зов.
Он смотрит мне в глаза в то время, как мой рот и я вся пылаю под ним.
Это неправильно. Но он единственный, в ком я нуждаюсь. Единственный, кого я хочу. Даже после его предательства.
– Простой вопрос. Ты скучала?
Я улыбаюсь, не спешу отвечать.
– А ты?
Он прищуривает глаза и сильнее прижимается ко мне. Глаза закатываются к затылку от того, что я чувствую между ног. Его эрекции мне не хватало все эти гребанные четыре года. Я тяжело дышу в ожидании его ответа.
Признайся, Ригхан, ты скучал по мне? Простое «да» и меня точно не спасти.
Псих вдыхает аромат моих волос, зарывается носом в мою шею и, поднимаясь выше, целует в губы. Время будто ставят на паузу. Стрелки часов замирают на восьмерке – знак бесконечности – стоит Кайду вновь овладеть мной. Я спишу все на спиртное, если кто-то нас застукает. Если Ригхан вздумает упрекнуть меня после близости, свалю на алкоголь и на то, что он воспользовался моим нетрезвым состоянием.
Я глажу его лицо во время неистового поцелуя и спешу стянуть с мужчины футболку.
Я хочу его.
Я соскучилась.
Но все обрывается также резко, как и началось.
– Нет. – Шепчет Ригхан.
Стоп, что? Нет?
Я стараюсь отдышаться от той искры, переросшей в небольшой пожар между нами. Псих отходит к окну и трет свое лицо. Он думает о прошлом?
Что ж, я тоже много думала о нас и пришла к следующему:
– Любимые всегда оставляют самые глубокие раны.
Зачем я сказала это вслух?
Ригхан приближается, снова целует.
– О чем ты, Стейс? – После вопроса он резко отстраняется, словно понял, что натворил. – Понравилось тогда объезжать член Берна и топтать мое сердце?
Реакция моментальная: я залепляю звонкую пощечину и бью его в грудь! Высвобождаюсь из объятий, слезая со стола. Он больше не держит.
– Никогда больше ко мне не приближайся! Я ненавижу тебя!
Кайд громко смеется. Больше не хочу принимать участие в этом цирке! Бредовая идея вестись на его провокации. Ригхан подпустил меня лишь для одной цели – вновь сделать больно. Он отличный игрок в манипуляции. Высший балл, первое место!
– Куда же ты, любимая? Не злись!
На глаза наворачиваются слезы. Ригхан никогда не думал о моих чувствах! В то время, как я думала о нем всегда, ежедневно.
– Пошел к дьяволу, психопат!
Запираю дверь своей спальни, снимаю одежду и бегу в душ. Холодная вода помогает остудить пыл. Я не дожидаюсь, когда высохнут мои волосы, ложусь спать с мокрыми. Меня тошнит, воротит. Ужасное чувство. Когда закрываю глаза и принимаю лежачее положение, становится легче.
Я проваливаюсь в сон, но спустя время слышу стук. Переворачиваюсь на бок и гляжу на дверь. Мне кажется, я слышу чье-то тяжелое дыхание. Мне хочется выбежать к тому, кто за ней находится, но не делаю этого. Останавливает короткая мысль – я сплю.
После пробуждения я уже сомневаюсь в реальности ли кто-то хотел пробраться в мою комнату или данное было лишь игрой воображения. Я просыпаюсь ближе к обеду. Подъем проходит тяжело. Через десять минут должна приехать Роуздейл, а я до сих пор не могу соскрести себя с постели. Когда в комнату тарабанит Терри, приходится встать и накинуть кимоно.
– Я не знал, что у тебя есть друзья!
Братишка обнимает меня с широкой улыбкой.
– К тебе подружка приехала. Она сейчас придет.
– Хорошо. Я быстро умоюсь и спущусь на завтрак. Хорошо?
– Ага. – Кивает он.
Утренние процедуры не занимают много времени. Через пятнадцать минут я сижу за столом и растираю виски́. Голова раскалывается. Надеюсь, таблетка от похмелья скоро подействует. Я смотрю на баночку, где лежали шипучки, и смеюсь с интересного подхода к продажам.
«С добрым утром!», – написано на том, что помогает снизить проявление алкогольной интоксикации.
– Как ночь с… – Пытаюсь подобрать имя парня, с которым вчера уехала Роуздейл, но не выходит. Оно вылетело.
– Генри. Отлично! Ничего не было. Мы приехали к нему, а у него не встал. Пришлось лечь спать. – Без стеснения делится Мэделин.
– Печально.
Мы обе вчера остались неудовлетворенными, хотя был намек на горячую ночку. Я все не могу забыть блестящие глаза Кайда, когда он трогал меня везде, где ему вздумается. А я дура позволяла.
– Скорее знак не спать с кем попало, будучи в браке.
– Тоже верно!
Брат вбегает на кухню и садится с нами за стол.
– Терри, ты приходил ко мне вчера в комнату? Стучал вечером в дверь?
Он мотает головой.
– Нет.
Роуздейл отпивает чай и нелепо косится на меня. Возможно, расскажу о нас с Ригханом подруге, но явно не сейчас. Неподходящий момент, учитывая, что входят мачеха, отец, мама Сары. Надеюсь, никто из них не стал свидетелем вчерашнего пламени и следующего за ним мини-скандала.
– Как вчера погуляли? – Сияет папина жена.
Да, отец все же женился на Саре после рождения Терри, вскоре после моего отъезда.
Мы с Мэд переглядываемся. У обеих вечер закончился не так, как мы мечтали.
– Нормально. – Единогласно отвечаем и хором смеемся.
Терри мало что понимает, но заливисто хохочет вместе со всеми.
– Какие планы на сегодня?
Я улыбаюсь спрашивающему отцу и делюсь первая. Разговор подхватывают и остальные. Раньше я не осознавала ценность семьи. Сегодня во мне что-то перевернулось за столом. Я увидела в людях ценность. Никогда я не чувствовала себя более счастливой, чем сейчас.
Никаких упреков, как было раньше. Только нежность, любовь и забота друг о друге. Впервые я подумала о том, что хочу оставить что-то после себя. Хочу сидеть также в кругу своей созданной семьи. Странные чувства и новые для меня, учитывая, как раньше я яростно была настроена против подобного.