Кейт Аддерли – Девочкам порой бывает непросто (страница 14)

– Застукают. – Меня так сильно потряхивало от холода, но я не могла вернуться туда с парнем. Я злилась на него, но не давала своим эмоциям выйти наружу.

– Миллер, не глупи. – Брюнет схватил меня за левую руку.

– Иди. Я останусь здесь.

Не став меня слушать, Фэст подхватил меня на руки и понес внутрь здания.

– Ты же меня ненавидишь, – наиграно вскинула я бровь. – С чего такая забота? В твоем приоритете, чтобы я быстрее сдохла.

– Я не хочу, чтобы ты умирала. – Продолжал нести меня по коридору Колинз, преодолевая развилки. – Дай лучше закурить.

– Ты всегда так много куришь?

– А ты?

– Я не курила сегодня. А ты куришь так, будто тебе завтра умирать.

Он усадил меня на подоконник, а сам сел напротив.

– Это был банальный спор. Не придавай ему так много значения.

– Ну да, – махнула головой я.

Внутри что-то до боли сильно сжалось. Я пообещала, что сдержусь и не наговорю человеку, сидящему напротив, ничего лишнего.

– Скажи честно, за что ты меня так ненавидишь?

– Минимум за то, что ты делаешь со своим телом. Этого достаточно?

– Нет.

– Я много что про тебя знаю.

– Так скажи.

– Тебе не понравится, что я знаю об этом.

Меня напрягли его слова. О чем он мог знать?

– Скажи.

– Нет, Миллер. Спи спокойно. Пока.

– Фэст, ты не поедешь на вечеринку?

Парень ответил, что на сегодняшнюю ночь у него другие планы, чем сильно заинтриговал меня.

Всю ночь я не могла заснуть, думала о всех своих секретах, но не могла понять, о каком из них он знает. Он знает, что я курю не только сигареты, но и травку. Знает, что периодически наношу себе увечья. А вдруг Фэст знает о моих 18+ фотографиях? Хотя, нет. Бред какой-то! Да и откуда он мог узнать?

Глава 7

С Зимнего бала прошло уже три месяца. Как ни странно, но с приходом весны все изменилось. Зима закончилась, и Ханна Миллер ожила.

Пробуждение далось мне нелегко, пришлось растормошить себя. Все месяцы я убивалась по Фэсту, он залез в мое чертово сердце без разрешения.

– Опять пропустишь уроки? – в голосе Лили слышалась скорбь.

– Да.

Я старалась избегать Колинза и по возможности прогуливать занятия в школе. Это действительно помогало. Но я пропускала не только уроки, но и времяпрепровождение с друзьями. Я стала реже зависать с нашей большой веселой компанией и больше посвящала время себе. Мне удалось познакомиться с новыми ребятами из других школ, но это вовсе не означало, что я забыла про остальных.

– Колинз заболел, он не ходит в школу. Можешь ходить, а не писать отпросиловку от имени мамы.

Я покраснела. Многие спрашивали в чем причина моих прогулов и избегании друзей, всякий раз я придумывала различные отговорки. Мне не хотелось признаваться им в том, что хочу забыть одного парня таким способом. А, если честно, то мне реально становилось лучше от того, что мы никак не контактировали с Фэстом.

Ему было плевать на меня, это лицезрели все, вся школа видела его неприязнь ко мне. А я таила в себе настоящее чувство и только делала вид, как парень меня бесит.

Школа. Две недели назад.

– Колинз, ты с ума сошел? – быстро среагировала я, когда поняла, что по моей спине что-то стекает.

Обернувшись, увидела довольствующегося своим низким поступком парня. Его лицо кричало о том, как он счастлив досадить мне.

Я растерялась, мы давно не виделись и впервые за месяц столкнулись с ним сейчас. До этого судьба нас не сводила.

Я прогуливала почти весь месяц, никуда не выбиралась с друзьями. Но, увидев его сегодня, я опешила. Растерялась от того, что за такое долгое время увидела его вновь. От его неожиданного поступка. Я так и не смогла ему ничего сказать и сделать.

Бегство было моим единственным выходом.

Я проплакала в туалете двадцать минут. Ко мне так никто и не подошел, Лили сегодня не было в школе, а другим, по всей видимости, дела до меня не было.

– Хватит рыдать, Миллер. – Трудно было не узнать голос грубияна.

С трудом поднявшись с ледяного пола, я нашла в себе силы с вызовом посмотреть в глаза обидчику.

– Думаешь это смешно? – Мои губы дрогнули. 

– Мы и до этого пакостили друг другу. Разве что-то изменилось? 

– Пошел ты нахрен, Колинз. Ты все испортил, абсолютно все! Неужели ты не видишь этого? – Я начала стучать своими маленькими кулачками по его груди. 

Он перехватил мою руку, одернул рукав рубашки и взглянул на царапины на коже. Фэст с болью посмотрел на это зрелище не для слабонервных и прижал к себе.

– Я ненавижу тебя! – Из последних сил вырвалось из меня. 

С того дня мы не общались. За то, что я выглядела тогда перед ним слабой, еще больше возненавидела себя. Я не знала, что он подумал тогда, с Колинзом мы это не обсуждали. Он молча выпустил меня из своих объятий и ушел.

– Приходи сегодня на вечеринку, Фэста не будет. – Я молчала, витая в том дне, когда истерила перед ним. – Ханна, ты меня слышала?

– Лили, я слышала. Но дело не в Колинзе.

Подруга не стала расспрашивать, потому что поняла бесполезность этого занятия. Я бы и не сказала всю правду.

А боялась я вот чего: реакции Фэста на мои порезы. Как теперь он будет себя вести? А больше всего я боялась, что однажды Колинз заявится ко мне домой и расскажет всю правду моим родителям. Именно поэтому я старалась редко выходить из дома и быть всегда рядом с мамой и папой, чтобы в случае чего предотвратить ужас, который будет меня ждать после вскрытия всей истины.

Вечером папа предложил нам с мамой семейную поездку. Я сразу же согласилась. Это было удачное время, чтобы снова прогулять школу и не дать Фэсту шанс испортить мою жизнь.

– Поедем к моему другу. Три часа в дороге, и мы у моего однокурсника. Эх, было же время.

– Так вы вместе учились в университете?

– Да.

Папа начал рассказывать о том, что его друг живет один, занимается бизнесом, любит охоту.

Меня передергивает, Мор стоит с пистолетом, нацеленным на мою голову. Одно нажатие, и я умру. Охота, как же он ее любит. Да, охота – его страсть. Нет, ни на животных, а на людей. В особенности на меня.

– Тогда я позвоню твоей учительнице и отпрошу тебя.

Мама ушла звонить мисс Флюгер. Отец продолжал восхищенно рассказывать о своем старом друге, с которым они всегда были неразлучны.

– Ханна, – настороженный тон матери вызвал холод по всему телу, – ты прогуливала все эти месяцы?

Черт! Я и не думала о том, что мисс Флюгер расскажет все матери. Зачем говорить об этом, если я писала все записки и объяснительные от лица мамы, а значит она заочно была в курсе моих пропусков?

– Мам, я все объясню. – На самом деле я ни черта не знала, что сказать в свое оправдание. Но защитная реакция сработала раньше, чем я могла что-либо осмыслить.

– Объясняй, – абсолютно спокойно сказала мама и села напротив.