Кейли Таундсенд – Форма тьмы (страница 1)

Кейли Таундсенд

Форма тьмы

Глава 1. Пустышка

Мира опустила взгляд на листок с расписанием и поняла, что заблудилась окончательно.

Академия Серебряного Шпиля была не просто большой — она была нарочно запутанной. Коридоры здесь не шли прямо: они петляли, раздваивались, вдруг обрывались лестницами, которые вели в никуда, или упирались в стены, которые при определённом освещении оказывались вовсе не стенами. Говорили, что архитектор академии был немного сумасшедшим. Говорили также, что он сам однажды заблудился внутри и так и не нашёл выхода. Мира не знала, правда это или нет, но сейчас была готова в это поверить.

— Ты новенькая? — раздалось за спиной.

Она обернулась. У колонны стояла девушка с рыжими косами и насмешливым взглядом — таким, словно заблудившиеся первокурсники были её любимым развлечением.

— Нет, — сказала Мира. — Я здесь живу уже двадцать лет и просто иногда делаю вид, что не знаю дорогу.

Рыжая фыркнула.

— Церемония через двадцать минут. Большой зал — прямо, потом налево у статуи дракона, потом вниз по лестнице. Не той лестнице, а следующей.

— Спасибо, — сказала Мира и пошла прямо.

Большой зал оказался именно большим — в том смысле, что Мира ожидала просто просторного помещения, а получила что-то похожее на небо внутри здания. Потолок терялся в высоте, подсвеченный магическими огнями, которые медленно плыли там, как звёзды в замедленном времени. Вдоль стен стояли колонны из тёмного камня, и между ними угадывались силуэты — преподаватели, наблюдатели, кто-то ещё. Студенты выстраивались в ряды по центру.

Мира встала в конец одного из рядов и постаралась ни на кого не смотреть. Точнее — постаралась, чтобы никто не смотрел на неё.

Это было невозможно. Когда ты стоишь среди двухсот человек, у каждого из которых есть магия, а у тебя нет — это чувствуется. Мира не знала, как именно, но чувствовалось. Может быть, в том, как она держала руки. Может быть, в том, что от неё не шло никакого фонового тепла, которое исходит от всех магов даже в покое.

Она была холодной. Пустышкой.

Именно так её называли дома — не зло, но точно. В семье магов пустышка — это диагноз. Не болезнь, не проклятие, просто факт: магии нет и не будет. Поступить в Академию Серебряного Шпиля без магии было невозможно. Теоретически.

Практически — Мира всё-таки здесь стояла.

— Испытание начнётся через несколько минут, — объявил голос с кафедры.

Говорил не ректор — тот стоял чуть в стороне, сложив руки за спиной. Говорил молодой мужчина в тёмно-синем преподавательском плаще. Высокий, черноволосый, с таким выражением лица, будто всё происходящее его слегка утомляло. Не откровенно скучающим — нет. Просто отстранённым. Как человек, который присутствует на событии из вежливости, а не из интереса.

— Вступительное испытание этого года — индивидуальная демонстрация базового контроля, — продолжал он. — Вы подходите к кристаллу по одному. Кристалл считывает ваш магический потенциал и присваивает уровень. Уровень D и выше — вы зачислены. Ниже — до свидания. Вопросы?

Вопросов не было.

— Кайрен жёсткий, — шепнула девушка рядом с Мирой. Та покосилась — та самая рыжая с косами. — Он куратор первого потока. Говорят, за последние три года он отчислил восемь человек прямо на церемонии.

— Он преподаватель?

— Старший куратор. Лучший выпускник за последние десять лет. Его зовут Кайрен Вэлт.

Мира снова посмотрела на него. Кайрен Вэлт стоял у кристалла — полупрозрачного шара размером с голову человека, установленного на каменной подставке — и смотрел на первого студента в очереди с тем же спокойным, чуть усталым выражением.

Студент коснулся кристалла. Тот вспыхнул золотым.

— Уровень В, — объявил Кайрен без интонации. — Следующий.

Мира стояла последней в очереди. Пока доходила её очередь, она пересчитала в уме все варианты того, что может произойти, когда она коснётся кристалла. Первый: кристалл не отреагирует вообще. Второй: кристалл отреагирует так слабо, что уровень окажется ниже D. Третий вариант Мира старалась не думать — в нём кристалл реагировал на то, что она тщательно прятала последние восемнадцать лет.

— Следующая.

Мира подошла к кристаллу.

Кайрен Вэлт посмотрел на неё — спокойно, оценивающе, как смотрят на предмет, а не на человека — и сказал:

— Можешь не тянуть время.

— Я не тяну, — ответила Мира и положила руку на кристалл.

Ничего не произошло.

Кристалл остался тёмным. Ни вспышки, ни свечения, ни дрожи. Абсолютная мёртвая тишина внутри полупрозрачного шара.

В зале стало тихо иначе — не просто тихо, а так, как бывает, когда все одновременно перестают дышать.

— Интересно, — сказал Кайрен тем же ровным голосом. Он шагнул ближе, посмотрел на кристалл, потом на Миру. Взгляд у него был внимательный — слишком внимательный для человека, которому всё скучно. — Убери руку.

Мира убрала.

— Снова.

Кристалл молчал.

— Магического потенциала нет, — объявил Кайрен, выпрямляясь. — Уровень не присвоен. Абитуриент к зачислению не допускается.

— Подождите, — сказала Мира.

— Не подожду. Правила академии...

— Я знаю правила академии, — перебила она. — В уставе написано, что абитуриент не допускается к обучению при уровне ниже D. Уровень ниже D — это когда кристалл показывает значение. Он не показал ничего. Это другая ситуация.

Пауза.

Кайрен смотрел на неё с выражением, которое Мира не сразу научилась читать — и только потом поняла: он был удивлён. Не показывал этого, почти не показывал, но был.

— Ты цитируешь устав, — сказал он наконец.

— Параграф семнадцать, раздел три. Если кристалл не фиксирует уровень, абитуриент направляется на дополнительную проверку к магистру-диагносту. Не отчисляется — направляется.

Где-то в зале кто-то тихонько засмеялся. Кайрен не повернулся на звук.

— Ты права, — сказал он ровно. — Направляешься к диагносту. Завтра утром. До тех пор находишься в академии на условиях испытательного срока.

— Спасибо, — сказала Мира.

— Не благодари. Диагност почти всегда подтверждает кристалл. Ты просто тратишь время — своё и наше.

Мира улыбнулась — едва заметно.

— Посмотрим, — сказала она и вышла из очереди.

Глава 2. Испытательный срок

Комната, которую Мире выдали на испытательный срок, находилась на четвёртом этаже южного крыла и была размером примерно с её шкаф дома. Кровать, стол, окно с видом на внутренний двор. Мира поставила сумку на кровать, подошла к окну и посмотрела вниз.

Во дворе несколько студентов отрабатывали какое-то заклинание — Мира видела вспышки белого и синего. Хорошо поставленные жесты, уверенные движения. Люди, которые выросли с магией, двигаются иначе — она это знала, наблюдала всю жизнь. Есть в этом что-то почти телесное, как равновесие у человека, который умеет танцевать.

Мира задёрнула штору.

Она разложила вещи методично, по порядку: книги на стол, одежда в шкаф, мыльные принадлежности на полку. Потом легла на кровать поверх покрывала и уставилась в потолок.

Завтра диагност. Потом, скорее всего, отчисление.

Если диагност найдёт то, что Мира прятала — отчисление покажется лёгким исходом.

Она закрыла глаза и начала делать то, что умела с детства: загонять всё глубже, ниже, в самые тёмные слои, туда, где не достанет никакой кристалл и никакой диагност. Это было похоже на то, как задерживают дыхание — неприятно, требует усилий, но выполнимо.

Она умела задерживать это «дыхание» очень долго.

Стук в дверь раздался около восьми вечера.

— Войдите, — сказала Мира, не вставая.

Вошла рыжая — та самая, из очереди. При ближайшем рассмотрении она оказалась примерно ровесницей Миры, с веснушками на носу и с видом человека, которому интересно абсолютно всё.