Кейли Смит – Фантазм (страница 23)

— Не могу поверить, что я застряла здесь с саркастическим Призраком, пока моя сестра, возможно, подвергается опасности.

— Она настолько неспособна позаботиться о себе?

— Нет, — признала Офелия. — Во многих отношениях Женевьева намного способнее меня. Когда мы росли, я часто оставалась одна с матерью, а она была… где-то. Но мне кажется, что она по какой-то причине слишком очарована этим местом— она собирала газетные вырезки из всех городов, где проходило это соревнование за последние несколько лет. Боюсь, она слишком увлеклась мечтой, что приз сможет решить все наши проблемы, и не подумала о последствиях, когда приехала сюда.

Он наклонил голову в задумчивости:

— И не сможет? В смысле решить все ваши проблемы.

— Выплатить наш долг — да. Но вот исправить всё остальное в нашей жизни… вряд ли. Это не сделает смерть нашей матери легче. И не решит наши ссоры, — она понимала, что, вероятно, делится лишним, но, кроме Женевьевы, у неё никогда не было никого, с кем можно было бы по-настоящему поговорить. И хотя Блэквеллу она не особо доверяла, в данный момент он был единственным вариантом. К тому же, она собиралась воспользоваться их сделкой по максимуму.

— Когда умерла твоя мать?

Она пристально посмотрела на него, пытаясь понять, насколько его любопытство было искренним.

— Около пяти дней назад, — призналась она.

Он не стал задавать больше вопросов, и вскоре открыл проход:

— Значит, секретная комната была здесь?

— Да, — она сглотнула, заглядывая в темноту, наполовину ожидая, что оттуда вылетит демоническое существо. — Она должна быть там, верно?

Блэквелл пожал плечами:

— Особняк постоянно передвигает комнаты для своих призраков и ловушек. Если ты нашла её и ничего с тобой не случилось, это определённо была случайность.

— Так объясни мне систему ловушек, — скрестив руки на груди, потребовала она. — У каждого участника свой план? У вас там есть секретарь Призрак, который следит за расписанием?

— Никаких секретарей, — ответил он, когда По внезапно снова появился, потеревшись головой о его ногу. — Только Дьяволы, Призраки и сама Фантазма. У особняка есть свой разум, если ты не заметила. Он решает, когда проявить самые большие страхи своих гостей, и призывает Призраков и Привидений на помощь, но Дьяволы координируют другие ловушки, когда им становится скучно. А если этого недостаточно, чтобы уничтожить людей, за дело берутся уровни и другие участники.

— Понятно, — пробормотала она, наблюдая, как Блэквелл пнул кота в темноту. — Кто здесь главный?

— Это знают только Дьяволы — и они дали клятву хранить секрет. Единственные существа, которые встречали создателя, — это участники, прошедшие восьмой уровень и выигравшие ставку на вход в девятый.

— Ставку? — переспросила она.

— Если более одного участника проходит восьмой уровень и доживает до девятого, они либо должны устранить друг друга, пока не останется только один, либо предложить самую высокую ставку, чтобы получить право войти.

Она содрогнулась от мысли о смертельных поединках, которые должны происходить, когда слишком много людей доходит до финала. Офелия не могла представить, что убьёт кого-то только ради шанса встретиться с монстром, создавшим это место.

Блэквелл подошёл к деревянному комоду в её комнате и достал оттуда две не зажжённые свечи. Щёлкнув пальцами, он зажёг фитили и протянул одну Офелии.

— Готова?

Она напряжённо кивнула, холодок пробежал по её телу, которое отчаянно умоляло её не возвращаться в демонический проход. Но она отказалась поддаваться страху. Офелия шагнула в дверной проём и подняла свечу, освещая тени, с особой тщательностью убеждаясь, что существо, с которым она столкнулась прошлой ночью, не было рядом. По её спине пробежала дрожь при этом воспоминании.

— Что-то не так? — спросил Блэквелл, его зелёные глаза поблёскивали весельем, когда он заметил, как она замерла.

— Нет, — ответила она, не давая ему повода для очередной шутки. Выражение его лица выдавало сомнения, но она проигнорировала это, сменив тему. — Если ты не один из Призраков, устраивающих ловушки, как ты оказался здесь заперт?

— Это, — сказал он, — и есть главный вопрос, не так ли?

Блэквелл позволил ей идти впереди, шагая следом по коридору, при этом его рука едва касалась её плеча, словно уверяя её в своём присутствии. Очевидно, её попытка проявить невозмутимость при возвращении в тёмный проход не удалась, и этот жест с его стороны вызвал в ней тёплую благодарность. В свете танцующего пламени её свечи на каменных стенах колыхались тени, но его силуэт оставался отсутствующим.

— Единственная реальность, которую я могу вспомнить, — это Фантазма, — начал он, его голос звучал ровно и гладко, словно он повторял эти слова много раз. — У меня нет воспоминаний о том, как я здесь оказался, и почему могу делать то, что не под силу остальным Призракам. Всё, что я знаю, — это заключать сделки с участниками, наблюдать за их провалом и ждать, пока Фантазма переместится в другой город, чтобы найти новую жертву, когда начнётся следующее состязание. Раз за разом. Остальные Призраки привязаны к этому месту, потому что умерли здесь или заключили неудачные сделки с Дьяволом в прошлой жизни и вынуждены оставаться до тех пор, пока их долги не будут погашены, и они смогут уйти. Некоторые не справляются и со временем превращаются в Привидений, которых Фантазма использует для ловушек.

— Что случилось с другими участниками, провалившими твою сделку? — тихо спросила она.

— Немногие умерли, если ты об этом, — заверил он. — Многие сдавались, но большинство выигрывали Фантазму.

Она бросила взгляд через плечо:

— Они получили свой приз, а ты — десять лет их жизни.

Его зелёные глаза встретились с её без малейшего намёка на раскаяние.

— Именно так.

Если бы они были умнее, подумала она, они просто попросили бы расторгнуть свои кровные сделки. Но теперь, когда эта мысль пришла ей в голову, она задумалась, не потратит ли она свой собственный Дар Дьявола, если выиграет его, на возвращение десяти лет своей жизни или на что-то другое, что могла бы захотеть.

— Трудно ли было наблюдать за теми, кто умирал? — Офелия остановилась и повернулась к нему, её голова наклонилась с любопытством. — Не думаю, что смогла бы выносить такое снова и снова.

— Быть слишком сострадательной в таком месте — это ошибка, — предупредил он. — Мягкие сердца здесь не выживают.

— Какие же сердца выживают?

Он наклонился вплотную, так что их глаза оказались на одном уровне:

— Сердца с зубами, — произнёс он, нежно касаясь её подбородка, проводя большим пальцем по её полным губам.

Офелия застыла на месте.

— Ну же, ангел, покажи мне свои зубки.

Её дыхание участилось от его близости. Он был так близко, что она могла увидеть отблеск огня в его изумрудных глазах. Её взгляд на миг опустился к его губам, и, как в ту ночь в ванной, она на мгновение задумалась, каким было бы его поцеловать. Пах ли он так же, как аромат ванили и табака, витавший вокруг него? Будет ли его поцелуй холодным из-за его призрачной природы?

Губы Блэквелла начали кривиться в уголках, и она поняла, что уже слишком долго молчит, не отрывая от него взгляда. Он тихо хохотнул, потянувшись за чем-то у неё за спиной, и его губы почти коснулись её, когда он наклонился. Офелия поспешно отвернулась и сглотнула. Когда она оглянулась назад, то увидела, что они добрались до конца коридора. Он нажал на рычаг двери и распахнул её.

— Смотри, — махнул он рукой с ноткой удовлетворения в голосе. — Обычный чулан.

По мяукнул у её ног, и Офелия вздрогнула, совсем забыв о нём. Повернувшись к двери, она увидела, что Блэквелл был прав — это был всего лишь чулан.

— Может, мне нужно самой открыть? — сказала она, голос её прозвучал чуть приглушённо. Она снова захлопнула дверь и, не дожидаясь ни секунды, тут же открыла её снова. Из её горла вырвался разочарованный звук — ничего не изменилось.

— Не торопись, — посоветовал Блэквелл. — Сначала представь себе место, куда хочешь попасть. А потом открывай.

Она бросила на него скептический взгляд, но всё же снова закрыла дверь и закрыла глаза, сосредотачиваясь. На этот раз она представила ту самую тайную комнату, с длинными столами в центре и пустыми полками вдоль стен. Вспомнила, как По запрыгнул на один из этих столов, чтобы умыться и с лёгкой насмешкой наблюдать за ней.

Послышался скрип.

— Офелия, — позвал он.

Она открыла глаза, и её челюсть отвисла, когда она увидела перед собой новую комнату.

Блэквелл оценил её взглядом:

— Неплохо, ангел. Теперь посмотрим, что ещё ты сможешь найти.

ГЛАВА 19. АТМОСФЕРА

Полтора часа спустя они обыскали три разные комнаты в поисках ключа или подсказок, которые могли бы пробудить воспоминания Блэквелла о его местонахождении. Всё безуспешно. Простая комната в конце секретного коридора не предлагала ничего стоящего, и её легко было исключить. Следующим местом, которое предложил Блэквелл, оказался бар — с полками, полными бутылок, и пронизывающим до костей холодом.

— Ты привёл меня сюда только для того, чтобы выпить? — с обвинением спросила она.

— Конечно, нет, — ответил он, прежде чем одним махом опрокинуть целый стакан янтарной жидкости. — Я привёл тебя ради романтической атмосферы.

Комната была покрыта паутиной и слоем грязи.