Кейлет Рель – Три желания для попаданки (страница 98)

– У меня свадьба!

Я отбросила его руку от лица и врезала по коленной чашечке. Жаль, что у туфли не было железной набойки. Тогда бы Сейтан точно прочувствовал, что такое злая женщина, которой не дают подойти ни к алтарю, ни к столику с шампанским!

А мне нервы лечить надо, у меня что ни день, то издевательство над бедными попаданками. Я дважды чуть не умерла! А Сейтан что, пытается устроить третий раз, юбилейный?

– Принца Бездны таким не проймешь, малышка, – расхохотался он, перехватывая мои руки прямо у своего лица.

Я бессильно сжала кулаки. Выцарапать глаза не получится.

– Ты! – прошипела я. – Ты мне праздник портишь! И жизнь. Если бы не ты, у меня бы все было нормально.

Сейтан тряхнул меня так, что зубы клацнули. Вот сейчас он был зол по настоящему. В его глазах светилось желание убивать. Кажется, я слышала скрежет зубов.

– Я тебя спас, идиотка, – прорычал демон, немного успокоившись. – Ты чуть не погибла от рук того придурка! А в катакомбах? Твои суслики даже не знали, как тебя спасать. А дракон? Притащил из другого мира, испортив ритуал и порвав все нити. Ему нужно было подождать месяц, и ты бы переродилась в эльфийку. Но не-е-ет! Мы хотим все и сейчас.

Сейтан оттолкнул меня от себя и принялся взбешенно мерять шагами гостиную. Его крылья волочились по мрамору, точно полы плаща.

– И вот, пожалуйста! – продолжил демон, обвинительно ткнув в меня пальцем. – Ты радостная, в подвенечном платье, собираешься стать женой трех оболтусов, которые мизинца твоего не стоят!

– Они мои истинные, – обиженно ответила я. – Это родство душ. И я люблю их! И почему это ты прошелся по всем моим мужьям…

– Они пока женихи. Все, кроме эльфа. Хотя по драконьим обычаям… – пробормотал Сейтан, на мгновение остановившись.

– Ты припомнил все, кроме своих косяков! – рявкнула я. – Кто дал мне слабые заклинания, которые держатся пару минут?

– Ну мне надо же было как-то тебя потом похитить.

– И бросил меня на время всего путешествия, даже слова не сказав, куда пошел.

– Надо было подготовить ритуал по своему воскрешению. А к подданным не пробьешься. Пришлось отлучиться.

– И ты соврал! – крикнула я. – Ты мог сказать, что тебе нужен чертов Ле’Траэль. Мог сказать, что злобный опасный хозяин Бездны – это ты. Мог объяснить, зачем тебе все это, а не играть во властителя вселенной и чужих душ. Чтоб ты сдох!

Я позорно разрыдалась. Сейтан был сильнее. Он знал все мои заклинания и мог отразить их. Принц Бездны! Сейтан был почти что богом, и никто не защитил бы меня от него. Даже магия Деррака оказалась бессильна. И что делать?

Сейтан смотрел на меня, даже не пытаясь подойти или успокоить. Он был абсолютно равнодушен. Видимо, Ле’Траэль и правда убил в нем всякие чувства. Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и выпрямилась. Пришлось выпрямиться и улыбнуться. На стороне Сейтана сила. Сопротивляться – значит проиграть.

– Такая уж женская доля, – сказал Сейтан. – В любом мире работает право сильнейшего, Лиза. И в этом тоже. Дракон наверняка попытается тебя спасти, и я его убью. Как и остальных. А метку мы снимем, малыш, чтобы она тебя не терзала.

Я слушала его с ужасом, стараясь удерживать на лице хоть какое-то подобие спокойствия. Меня колотило. В голове проносились воспоминания обо всем, что произошло в этом мире. Я приблизилась к Сейтану и положила руки ему на плечи. Он иронично усмехнулся.

– О, значит, мне повезет не меньше, чем дракону. Только помни, Лиза, что это я тебя научил этим трюкам. Не выйдет. Они умрут. Но если очень сильно постараешься, могу просто не пускать их в Бездну. Это будет утомительно, но на какие только жертвы не пойдешь ради любимой женщины.

Ситуация его явно забавляла. И я знала, что Сейтан не держал слова. Он во всем находил свою выгоду, а с Ле’Траэлем и вовсе перестал гнушаться любой подлости. Но был ли у меня выбор?

Я встала на носочки и потянулась к его губам. Демон выждал ровно одно мгновение, после чего расправил крылья, опять спрятав нас в кокон, и с наслаждением поцеловал меня. Он терзал мои губы, вымещая скопившийся гнев, страсть. От бурлящего в его душе коктейля чувств мне становилось плохо.

Я приоткрыла рот, позволяя демону полностью завладеть моим языком. Руки сами собой сжали плечи Сейтана, скомкав бархат камзола. Я переместила одну ладонь ему на затылок, зарываясь пальцами в волосы и разрушая идеальную прическу. Сейтан простонал и усилил натиск, окончательно лишая меня возможности отстраниться и вдохнуть.

Мои пальцы нащупали холодный металл. Не заботясь ни о чем, я рванула заколку прочь, вырывая ее у Сейтана вместе с прядями волос.

– Иди к черту, – выдохнула я ему в губы, напоследок хорошенько прокусив нижнюю.

Глава 87

Демон отступил на шаг и ладонью вытер стекающую по подбородку кровь. Воспользовавшись заминкой, я бросила украшение на пол и с силой топнула каблуком по рубину в навершии. Мной двигало отчаяние. Я даже не надеялась, что смогу сломать артефакт Любви, один раз стукнув по нему.

Но камень треснул. Это было сродни чуду. Вряд ли оно помогло бы мне спастись от принца Бездны, зато получилось насолить ему. Нужен артефакт, чтобы разлюбить бывшую? Обойдешься!

Сейтан удивленно посмотрел на потемневший сломанный Ле’Траэль и расхохотался. На его лице появилось привычное ехидное выражение.

– Поздравляю, ты уничтожила его. Дальше что?

– Придумаю, как уничтожить тебя, – прошипела я, вновь отступая подальше от демона.

В его глазах появился странный блеск. Сейтан посмотрел на руку, перепачканную кровью, и усмехнулся, думая о чем-то своем. Я лихорадочно искала способы сбежать. Черная нить могла помочь, но требовалось потратить несколько секунд на подготовку. Успеет ли Сейтан сообразить и поймать меня?

– Отвратительно, – вдруг озвучил он.

– Что?

– Ты отвратительно целуешься. Я сделал все, что мог, пытаясь тебя научить. Но нет. Придется отправлять к алтарю то, что есть.

Он закатил глаза и сложил руки на груди, будто и впрямь был разочарованным наставником. Я поперхнулась вдохом. Хотелось взять с пола сломанную заколку и запихнуть ему куда-нибудь поглубже.

– Да что с тобой такое? – разозлилась я. – Ты издеваешься? Я ничего не понимаю. Ни-че-го!

– Кто-то прогуливал уроки логики, юная леди.

– У нас в школе не было такого предмета.

– Оно и видно.

Сейтан щелкнул пальцами, и прямо за его спиной материализовалось кресло из сгустков магического тумана. Его самодовольная моська бесила неимоверно, но под рукой кирпича не нашлось. Поэтому я просто плюхнулась на ближайший диванчик и скрестила руки на груди, чтобы не было соблазна взять подушку и швырнуть ему в лицо.

– Может, ты все-таки объяснишься? – притворно ласково попросила я.

Сейтан задумчиво посмотрел на меня. Он словно пытался придумать ложь, которая звучала бы более правдоподобно. Демон вдруг покачал головой и вздохнул.

– Сдаюсь. Какая разница, что я тебе скажу, если ты и так меня ненавидишь?

Я поежилась. Мне стало очень неприятно, будто мы собирались влезть на запретную территорию или обсудить старые дрязги.

– Видишь ли, у меня была одна большая любовь в жизни. Единственная, – сообщил Сейтан. – Вообще-то сердце демона не способно на такие чувства. Я не должен был влюбиться. Проблема в том, что Линиэль украла мое сердце, в прямом и переносном смысле, заменив его на человеческое. В одно мгновение я вдруг начал чувствовать все. Это было ужасно.

– Кто такая Линиэль? – нахмурилась я.

Это имя мне ни разу не доводилось слышать, а демон говорил так, будто мы с этой дамочкой знакомы. Сейтан весело хмыкнул и пояснил:

– Богиня Любви, сестричка Эстиэль. В общем, Линиэль сделала из моего сердца артефакт. Ле‘Траэль. Она подарила его Судьбе, чтобы та всегда могла оставаться бесстрастной. Эстиэль больно было казнить одних и миловать других, она жутко страдала. Линиэль решила проблему. Но создала много новых. Они с сестрой договорились, что после получения Ле’Траэля Эстиэль уберет магию истинности. Пары будут сами решать, с кем им быть, без всякого предназначения и указов.

– Погоди, это не тот конфликт, после которого Любовь сбежала из этого мира?

Сейтан поморщился и потер переносицу. Казалось, воспоминания причиняли ему боль.

– Да. Сестры не договорились. Я напал на их небесный чертог. И почему-то Линиэль была уверена, что мне нужно только сердце, ибо демон способен любить лишь себя. Ее ждал сюрприз. Я забросил Ле’Траэль куда подальше, чтобы Судьба не превратилась в жестокую демоницу, а Линиэль утащил к себе в бездну. У меня на сердце появилась замечательная метка истинности. У тебя таких три, а у меня – одна. На долгие века.

– А она тебя заперла в тех катакомбах?

Я решительно не понимала, что там за запутанная история произошла. А Сейтан не мог толком объяснить, потому что заново проживал те моменты. Для него все было яснее некуда. Я даже не до конца разобралась, кто там участвовал.

– Я утащил возлюбленную в Бездну, и мы прожили ужасные полгода, – сказал Сейтан. – Линиэль было плевать на метки. Она просто не могла их получить, так как отрицала любое предназначение. А еще Линиэль была богиней. Однажды она сбежала, и я бросился на поиски. Следы завели меня в тихий эльфийский городок, где особенно почитали богиню Любви. Мы встретились на площади. Линиэль казалась такой счастливой… Я не смог похитить ее во второй раз. Мы долго гуляли, слушали песни менестрелей, а вечером она подарила мне поцелуй. Я был счастлив. Ну, пока она меня не убила, конечно. Потом я немного разозлился.

Мне очень хотелось поскорее добраться до шампанского. У Сейтана было такое восхищенное лицо, будто он рассказывал не об убийстве, а о необычной прелюдии. Псих! Боги в этом мире все психи.

– Впрочем, Линиэль знала, чем это может закончится. Поркой, плавно переходящей в любовь. Она подготовилась на совесть, замуровав меня в той гробнице и утыкав все крестами против демонов и случайных путников. Знала бы ты, насколько тяжело мне пришлось. Я лишь через несколько столетий научился выходить за пределы саркофага в облике духа. Видишь ли, высшие демоны не умирают окончательно. Линиэль это знала. Она сделала так, чтобы ко мне не смог подойти никто, кроме нее.

– Хорошо, – устало проговорила я. – А мы-то тут при чем? Я тебя освободила и все. Только не говори, что с этой проклятой истинностью проблемы и ты стал моей парой. Я тогда вздернусь.

Сейтан захохотал. От смеха у него в уголках глаз выступили кровавые слезы. Видимо, демоны даже плакать не умели.

– Представь, каково было мое удивление, когда тысячелетия спустя в мой склеп спустилась Линиэль в компании двух оболтусов.