Кейлет Рель – Сердце дьявола (страница 30)
Только со мной терялся. Видимо, ему просто было сложно. Часть натуры хотела меня соблазнить, как женщину, а другая не позволяла – напарник ведь.
– Мы показывали публике разные трюки. Но больше всего людям нравилась моя тьма. – Ру раскрыл ладонь и в ней завихрился маленький черный сгусток, разрастаясь и обволакивая руку. – Она уютная. В ней можно не думать ни о чем. Она столь же опасна, сколь притягательна. Многие любили ее, хоть и отрицали это. А моя сила росла вместе с поклонниками этого искусства.. Вскоре я обнаружил, что могу учить людей тьме. Она распространялась по миру. Я поздно понял, что тьма вышла из-под контроля. Она стала злой. Требовательной. Жестокой. Совсем как люди, ей овладевшие.
Ру отвернулся. Он посуровел, будто вновь переживал те моменты и хотел бы что-то исправить. Я не мешала. Для любого откровения требуется время. Нельзя просто вырвать кусок души и показать.
– Я попытался их остановить, – глухо произнес Ру. – И у меня не получалось. Раз за разом я терпел поражение, пока наконец не осознал. Истле была права насчет баланса. Она куда древнее меня и Светлобога. Плохого человека побеждает худший. Жестокость и злобу нельзя одолеть мягкими увещеваниями и человеколюбием. Приходится становиться злодеем, чтобы справиться с подобным.
– Не может быть…
Я осела на пол, не в силах принять это. Меня пугала не жестокость и не зло. Я была в ужасе от признания инквизитора.
– Ты… Ты и есть Темнобог…
Глава 63
– Мне стоит оскорбиться? – фыркнул Ру.
– Достаточно хотя бы покраснеть, – ответила я.
За показным спокойствием пряталась настоящая буря. Огонь во мне требовал каких-то действий по устранению зла. Огромные усилия потребовались, чтобы хоть немного усмирить магию. А еще я окончательо перестала понимать, почему Истле связала нас. Две искалеченные души. Одна охотится за другой.
– Ты дьявол.
– Интересная трактовка, Кара. Ну и что же ты сделаешь? – спросил Ру.
Он вальяжно раскинулся на кровати, будто смотрел представление. Словно это не его судьба сейчас решалась.
– Мне нужно убить тебя, – пробормотала я.
– Ты пыталась. Даже сердце пронзила. Оно, если честно, после этого сильно сдало, но еще бьется. Попробуешь еще раз?
Не дожидаясь внятного ответа, Ру кинул мне в руки почерневшее сердце. Я машинально поймала его. Это был не человеческий орган, а будто драгоценный камень, разрушающийся изнутри. Я беспомощно посмотрела на Йорика. Тот выполз со своего лежбища и направился ко мне, позевывая. Мне показалось, что крыс стал значительно больше. Теперь по размеру он приблизился почти что к щенку.
Йорик ухватился лапками за брючину и вскарабкался до пояса. Он выдохся. Пришлось схватить за попку и подсадить.
– Когда ты успел так отъесться? – фыркнула я, на пару мгновений забывая и о сидящем рядом Темнобоге, и о ледяном сердце в своей руке.
– Это я с голода пухну, – чихнул Йорик.
Из моего горла вырвался нервный смешок. Каким-то чудом крыс все же разрядил обстановку. За это он получил припрятанный в кармане орешек и почесывание носика. Ру с улыбкой наблюдал за нами, но, заметив мой взгляд, тут же вернул на лицо бесстрастное выражение. Ну-ну.
Я подтащила к кровати свободное кресло, нашла иголку и достала остатки волшебной нити. Если я смогла когда-то создать магию одним лишь талантом, смогу и сейчас сотворить нечто невероятное. Раньше со мной была лишь простая нить, а теперь – волшебная, да и дар Истле не зря горел в моем сердце. У меня получится. Я была в этом уверена.
Я снова подняла взгляд на Ру, крепко сжимая в руке почти что каменное сердце. Инквизитор изучал звенья цепочки. Его словно не беспокоило происходящее. Он доверил мне самое важное в человеке и не боялся, что я сломаю все. Для такого поступка нужно много смелости.
А может, ему и не нужно было сердце?
Я мотнула головой, отгоняя прочь лишние мысли. Плевать, что Ру Темнобог. Не мне решать, достоин он жизни или нет. Я аккуратно продела нитку в игольное ушко и вознесла Истле молчаливую мольбу.
Если тьма есть в нашем мире, должен быть и кто-то, кто сможет ею управлять. Пожалуйста! Дай мне еще один шанс. Дай еще один шанс Ру…
Я коснулась иглой темного твердого камня с огромным разломом сбоку. Когда нить коснулась поверхности сердца, что-то произошло. Зашипело, повалил дым. А Ру, сидящий на кровати, болезненно поморщился и рефлекторно схватился за то место, где у него было сердце. Я отдернула иглу с нитью.
– Что происходит?
Мой голос звучал странно, незнакомо. От волнения я охрипла и глотала звуки. Однако Йорик разобрал фразу. Он ткнулся мордочкой мне в щеку и вздохнул. Получилось у него как-то совсем по-человечески.
– Свет тьме не товарищ, – пробормотал крыс. – Это и так было ясно, но попытаться стоило.
– Нет, – сипло проговорила я. – В легендах сказано, что это единственный способ…
– Ты слишком веришь в сказки, Кара. Повзрослей. Далеко не каждого можно спасти. Далеко не каждый достоин спасения. Смирись, Кара. Ты заперта с умирающим чудовищем. Но не бойся, рано или поздно это закончится.
И сердце будто съежилось в моей руке. У меня оставалось совсем мало времени. Даже бог долго не протянет без сердца.
Глава 64
– Оставь, – слабо произнес Ру. – Давай просто посидим немного. Поговорим.
Я отложила сердце в сторону. Мои руки слегка дрожали. Страшно было держать в руках такую ценность, такую хрупкость. И я очень боялась его уронить.
Инквизитор устало упал на подушки, все еще сжимая левый бок. Он побледнел, но даже не думал жаловаться. Я поражалась тому, с какой молчаливой обреченностью Ру воспринимал мои попытки лечить его. Он еще и думал, что я пыталась навредить, а все равно подставлялся.
– Сильно болит?
Ру не ответил мне, только прикрыл глаза. Я села рядом, накрыв его руку своей. Слова поддержки никак не желали приходить в голову. Йорик соскользнул по рукаву вниз, плюхнувшись на подушку. Он потопал лапками, устраиваясь поудобнее, и привалился к шее инквизитора.
– Твой хвост мне в рот попал, – проворчал Ру.
– А ты пореже его разевай, – нафырчал на него Йорик.
Я лишь вздохнула. Как же я скучала без их ленивых дружеских перепалок.
– Можно мне рядом прилечь?
Ру приоткрыл один глаз. Всполохи на его алой радужке завораживали. Я не знала, стоит ли мне трепетать перед Темнобогом, страшным монстром из сказок, или плавиться от его взглядов.
– Ложись, – хрипло ответил он. – Только если обещаешь не приставать.
Я опустилась на подушки и откатилась под бок инквизитора. От него исходил странный жар. Видимо, рана на сердце сказывалась и на теле Темнобога.
– Опасно доверять жрице Истле свою жизнь, – пробормотала я.
– Как будто у меня есть выбор.
– Ты мог сбежать…
– Мы связаны.
– Ты мог… – Я тяжело сглотнула. – Ты мог сам привязать меня цепью.
– Я так и поступил. Если ты не заметила, ты во тьме. Отсюда не выбраться, пока я не позволю. Или пока я не умру.
– Ты запер нас вместе, – медленно проговорила я, подбирая слова, – зная, что мы не договоримся. Что я могу напасть еще раз. Что я хочу связать тебя.
– Кара, если бы ты хотела всего лишь связать меня, это не было бы проблемой. – На губах Ру появилась порочная улыбка. – Я люблю подобные игры. Поверь, тебе многое дозволено. Почти все. Но рисковать собственной жизнью ты не будешь. Не ради Истле и не ради мести Темнобогу. Мы вообще с тобой не враждуем. Поверь, люди сильно переоценивают влияние богов на свой мир.
Я повернулась к нему лицом, вглядываясь в знакомые черты. Разлет бровей, маленькая морщинка в уголке рта из-за не сходящей с губ усмешки. Мои пальцы сами потянулись к белоснежным волосам, абсолютно седым.
– Сколько тебе лет? – почему-то спросила я.
– Я основал инквизиторский Орден, – тихо ответил Ру. – И тогда меня уже нельзя было назвать юнцом. И потом Орден отбился от рук. Тогда я перестал быть молодым даже по меркам богов.
– Древний, как сам мир, – завороженно прошептала я.
Пальцы скользнули по мягким прядям, опускаясь вниз. Я невольно задержала дыхание. Подушечки пальцев прошлись по складке на лбу, словно пытаясь разгладить ее, очертили нос и будто нечаянно столкнулись с губами. Сердце забилось быстрее. Меня поражала собственная смелость.
Вдруг Ру поймал мою руку и на пару мгновений прижал кисть к губам. Поцелуй не продлился долго. Инквизитор властно прижал мою руку к своей груди, не давая продолжить это безобразия.
– Песок не сыпется, – хрипло произнес он. – И дряхлым, поверь, меня не назовешь.
– Чем докажешь? – фыркнула я.
Ру промолчал. Из его груди вырвался очень тяжелый вздох, а Йорик, лежавший между нами, тихонько захихикал.
– Спи, Кара, – велел Ру.